Любовь творит чудеса - Кэйтлин Битнер Рот

Даже три бокала вина не смогли ослабить сдавливающую грудь Кэмерона боль. Может, это удастся четвертому? Он наполнил свой бокал снова, откинулся на спинку стула и теперь взирал на присутствующих в столовой. Прошло пять дней с тех пор, как он проснулся после двухнедельного кошмара. Пять дней с тех пор, как Жозетта сладко и раскованно занималась с ним любовью. Пять дней с тех пор, как она отправилась на работу, пообещав прийти к нему ночью, и вернулась домой замкнутая с поцарапанным лицом. Она отказывалась поведать, что произошло, до тех пор, пока он не поправится окончательно. А потом Жозетта заявила, что работа требует ее постоянного присутствия в магазине. С тех пор Кэмерон видел ее нечасто, а если и сталкивался с ней, она вела себя мило, но как-то отстраненно. Рядом с ней всегда находились Рене и Бастьен, напоминавшие запертых в клетке тигров.

А еще Кэмерона беспокоила Алексия. Она сидела за столом как раз напротив него. Девочка ни разу не заговорила с ним и не посмотрела в глаза. Вместо этого она жалась к Рене, как делала с той ужасной ночи на болотах. Все дни Алексия проводила в конторе судоходной компании, не отходя от Рене и Бастьена. Во всяком случае, так сообщил Кэмерону Мишель. Поэтому бо́льшую часть времени Кэмерон проводил в обществе двух кузин Жозетты.

Господи, что он делает среди членов скандально известной семьи Тибодо? Как его жизнь стала вдруг еще более запутанной, чем в месяцы после смерти Дианы? Проклятие, даже будучи выброшенным на необитаемый остров, он не чувствовал бы себя более одиноким, нежели здесь среди членов этого ненормального клана. В самом деле мысль о том, чтобы оказаться под пальмой где-нибудь на острове в южных морях, с каждой минутой казалась все более привлекательной.

Кэмерон осушил свой бокал и наполнил его снова. Жозетта бросила взгляд в его сторону, а потом продолжила обсуждать с Бастьеном и Вивьен рецепт какого-то нового лечебного крема.

Алексия тоже что-то сказала, но Кэмерон не расслышал ее слов. В отличие от Жозетты, которая улыбнулась и переключила внимание на племянницу и Рене. По мере того как Кэмерон за ними наблюдал, у него на подбородке задергался мускул. Но он знал, что сделает. Как только Алексия отправится спать, он выскажет все, что думает.

Девочка зевнула, и Рене что-то прошептал ей на ухо. Кивнув, Алексия пожелала всем спокойной ночи, но вновь не посмотрела Кэмерону в глаза. Черт, в его груди опять возникла эта боль.

Вивьен отправилась провожать Алексию. Регина собрала со стола тарелки и в полном молчании вышла из столовой.

Кэмерон сделал глоток вина и откашлялся.

– Бастьен, вы сказали, что бледность кожных покровов вокруг раны может сохраниться в течение нескольких месяцев и что боль будет возникать время от времени еще очень долго. В остальном я вполне здоров и могу вернуться в свой дом. Что и сделаю завтра утром. Мишель также принес мне кое-какие документы, пробудившие у меня неподдельный интерес.

Жозетта сдвинула брови, услышав последнее замечание. Но вместо того чтобы посмотреть на Кэмерона, она начала теребить лежащую на столе салфетку. Бастьен, собиравшийся отпить вина, замер с поднятым бокалом. Рене расстегнул сюртук, подвинул пустой стул, повесил сюртук на его спинку и теперь лениво наблюдал за Кэмероном из-под полуопущенных век.

– Завтра «Колетт» доставит очередную порцию рома с Бермудских островов, – произнес Кэмерон. – Менее чем через неделю она отправится назад. Поскольку корабль назвали в честь моей матери, будет логично, если я покину Новый Орлеан на ее борту.