Спасительная близость - Адриана Алекс

Последующие три дня не принесли никаких изменений в состоянии  Кости. Он все еще был в коме и врачи не давали никаких прогнозов. Дима не находил себе места, но не знал, что можно сделать, чтобы стало лучше. Он сообщил о несчастье матери и сестре, которые на следующий же день вылетели из Парижа в Москву.

– Я всегда знала, что рано или поздно это случится, – плача, сказала Ева. – Костя всегда стремился к риску, словно по другому не чувствовал жизнь!

– С любым человеком может произойти несчастный случай, – сказала мама. – Не обязательно для этого любить риск.

Мама старалась держаться, но Дима видел страх в ее глазах. Переживет ли она, если потеряет еще и сына? А сможет ли он смириться, если еще и похоронит мать? От этих мыслей Диму обжигал дикий страх, даже дышать становилось невозможно, что словно невидимая сила запирала воздух в его легких.

Дима сидел у себя в кабинет и пытался работать. Он уже неделю не мог нормально спать и это сильно сказалось на его самочувствии. Он тупил и ошибался, не замечал мелочей и один раз чуть сам не попал в аварию, после чего решил временно ездить на такси.

Макс заглянул к нему в кабинет и сказал:

– К тебе пришел Борис, – в его голосе послышалась неприязнь.

– Да, пусть войдет, – задумчиво проговорил Дима. Он ничего не слышал о Борисе со дня похорон Соломона и общаться с ним не было никакого желания. Он согласился принять его только из уважения к памяти друга.

Борис вошел в кабинет бесшумно, как призрак. Прикрыл дверь и оценивающе посмотрел на Диму, словно прикидывал, какие у него шансы на успех.

– Приятное у тебя кафе, – сказал он и не дожидаясь приглашения, сел на стул напротив Димы. – Стильное.

– Спасибо, – сухо ответил Дима и подался вперед. – Но ты ведь не комплименты раздавать пришел, так?

– Мне нужна работы и я хочу просить тебя о помощи, – прямо сказал Борис, глядя Диме в глаза.

– Я не занимаюсь компьютерными технологиями, – сказал Дима и Борис усмехнулся. – И уж точно не являюсь работодателем мирового уровня.

– Не подкалывай, ты ведь понял, что я соврал ради отца, – осадил Диму Борис. Несмотря на свое бедственное положение, он вел себя как король и это позабавило Диму. Ему бы так уметь! – Он всегда ждал, что я буду самым лучшим, а у меня не выходило. Я родился средним, скучным, тупым. Все эти кружки, конкурсы, самые крутые репетиторы и высшее образование за границей – я не вытягивал все это и ненавидел отца за то, что он видел во мне гения, которым я не являлся. Он всегда ждал от меня больше, чем я мог дать и от этого я ощущал себя еще большим ничтожеством.

– Он любил тебя.

– Я задыхался от этой любви. Мне было бы намного проще жить, если бы он не верил в меня и не ждал от меня успехов во всех областях жизни, – сказал Борис. – Если бы ему было плевать на меня. 

– Тогда бы тебя задевало его равнодушие.

– Я понимаю, ты всегда будешь на его сторону, – с кривой усмешкой сказал Борис. – Не возьму в толк, что тебя так зацепило в моем старике, ведь он был такой занозой в заднице. Просто ты не знал его в лучшие времена.

– Это не повод игнорировать умирающего человека, – возразил Дима.

– Считаешь меня монстром?

– Самовлюбленным придурком, который упивается тем, что мир не понимает его.

– Как ты добр ко мне! – рассмеялся Борис. – Я думал, что ты меня ненавидишь.

– Мне до сих пор хочется разбить тебе лицо, это правда. Но я не буду этого делать. Для меня это желание выплеснуть обиду за друга, а тебе с этим придется жить всю жизнь, так что…