Полуночная роза - Люсинда Райли

4 сентября

После этого, используя в качестве рычагов давления здоровье и благополучие моего сына и отметая возражения, я заставил А. собрать немногочисленные пожитки и увез их из этого ужасного дома. В первый вечер мы остановились в гостинице. Я понятия не имел, куда везти А. Просто понимал, что никогда ее не брошу. Горевший в ней огонь погас, она была какая-то опустошенная, словно теперь ничего не имело значения. За всю дорогу она не произнесла ни слова, не считая односложных ответов на мои вопросы.

– Есть хочешь? – спросил Дональд, когда они проезжали через Дербишир-Дейлс.

– Нет. Только надо поменять ему подгузник.

– Хорошо. – Дональд остановился у гостиницы на окраине Матлока, и они вышли из машины. Дожидаясь Анни в ресторанчике, он спросил у официанта, есть ли у них телефон. По дороге у него созрел план. Дональд решил сдаться на милость Селины, которая наверняка сможет предложить Анни с малышом комнату в своем новом доме. В качестве временной меры ему не приходило в голову ничего лучшего. Он хотя бы знал, что Анни никуда не денется из-под самого носа сестры.

Официант сказал, что телефон имеется, и Дональд пошел звонить. Когда он вернулся в ресторан, Анни ждала его за столом, а мальчик крепко спал у нее на руках.

– Я поговорил с Селиной. Поживете у нее, пока я не придумаю, где вас устроить, – сказал Дональд.

– Да, – безразлично ответила Анни.

– Я заказал суп и сэндвичи, хочешь что-то еще?

– Нет, спасибо.

Дональд в отчаянии протянул к ней руки.

– Послушай, Анни, я могу только представить, что тебе пришлось пережить и как ты меня ненавидишь, но я тебя нашел и никогда больше не оставлю, клянусь. Пожалуйста, поверь: если бы я не потерял всякую надежду, то никогда не женился бы на Вайолет.

Она медленно подняла глаза:

– Ты ее любишь?

– Она мне нравится, – честно ответил Дональд. – Она милая и совсем как ребенок, хотя старше тебя, и я не хотел бы причинить ей боль, это уж точно. Однако я не люблю ее и никогда не любил. Это такой же договорный брак, какие приняты у вас в Индии.

– Она очень красивая.

– Ради бога, Анни, – Дональд в отчаянии потряс головой, – я ведь тебе уже говорил: мы все совершаем ошибки…

Анни съела суп и откусила сэндвич. Она слегка ожила, на щеках появился несмелый румянец. Дональд понял, что она голодает. Они вернулись к машине, и Анни с ребенком проспали все оставшееся путешествие.

У дома Селины он осторожно разбудил Анни.

– Приехали? – спросила она.

– Да. Помочь тебе с ребенком?

– Нет! Селина знает о нем? Я ей не говорила.

– Не волнуйся, я сказал, все в порядке, – успокоил ее Дональд. – Теперь она понимает, почему ты исчезла.

Горничная отвела Анни с малышом наверх, а Дональд выпил джина в гостиной.

– О, Дональд, как это ужасно. Могу представить, каково сейчас Анни. Я живу здесь в чистоте и уюте с ребенком и жду второго, а она, бедняжка…

– Господи, ты бы видела, где я ее нашел…

– Они-то могут временно пожить здесь, но что ты собираешься делать дальше? – спросила Селина. – Ведь это твой сын, и пока у вас с Вайолет не появится ребенок, он – твой наследник. А вдруг о нем узнает Вайолет?

– Я сам не знаю, что делать. Главное – Анни нашлась. Я думал только о том, чтобы вытащить их из этого кошмара. У меня не было времени все обмозговать. Можно было бы устроить их в Лондоне и навещать, когда бываю здесь, но я не хочу относиться к Анни как к любовнице, и она тоже этого не потерпит.

– А она сказала, чего хочет?

– Молчит, словно воды в рот набрала, – хмуро ответил Дональд. – Понимаешь, последние несколько месяцев она просто пыталась выжить. Ей нужно время, чтобы окрепнуть – душой и телом.

– По крайней мере, я могу предоставить ей теплую постель, хорошую еду и няню, которая будет заниматься малышом, пока она отдыхает. Где один – там и двое, – улыбнулась Селина. – В конце концов, они ведь брат и сестра.

– Как бы я хотел, чтобы все знали!

– Исключено. Бедняжка Вайолет ни в чем не виновата. Мы никогда с ней особо не дружили, но представь, как она будет страдать, если узнает, что у ее мужа есть… – Селина запнулась, – ребенок от другой женщины.

– Ты права, – сказал Дональд, наливая себе вторую порцию джина. – Я собираюсь поехать в Девон и выяснить отношения с матерью. Хочу удостовериться, что это ее рук дело.

– Ты скажешь ей о ребенке?

– О да! – мрачно усмехнулся Дональд. – Пусть узнает, что у нее есть незаконный внук смешанной расы, которого я могу признать наследником Астбери-холла.

– Господи, Дональд, эта новость уложит ее в могилу!

– Сомневаюсь. Хотя порой она ведет себя как восьмидесятилетняя старуха, ей еще и пятидесяти нет, – напомнил сестре Дональд. – Она здорова, как лошадь, еще нас переживет. Если мы правы в своих предположениях, это все она натворила. Я больше не боюсь ее.

Сославшись на плохое самочувствие, Анни отказалась ужинать с Селиной и Дональдом, и горничная отнесла ей еду наверх. Перед сном Дональд постучал в дверь ее комнаты.

– Кто там?

– Я. Можно?

Не получив ответа, он толкнул дверь и увидел, что Анни сидит на кровати и кормит ребенка грудью.

– Извини, – сказала она, оторвав малыша от груди и прикрывшись.

– Тебе не за что извиняться. Мне кажется, это прекрасно, хотя большинство моих знакомых почему-то не кормят своих детей сами.

– У меня не было выбора: это дешевле, чем покупать молоко. Но Мо уже большой, почти одиннадцать месяцев, и ему не хватает грудного молока, поэтому он так часто плакал в Кейгли.

– Можно посидеть с вами? – со вздохом спросил Дональд.

– Если хочешь.