Полуночная роза - Люсинда Райли

Дональд присел на край кровати и посмотрел на малыша, который насытился и уснул на руках у матери.

– А можно его подержать?

– Конечно, – ответила Анни и передала ему мальчика.

Дональд посмотрел на ангельское личико своего сына, уловил теплый, молочный аромат детской кожи, и его охватила такая любовь, что на глазах выступили слезы.

– Я просто не верю, что мы сотворили такое чудо.

– Каждый ребенок – чудо, что бы его ни ожидало в жизни.

– Анни, ты меня ненавидишь?

– Я старалась тебя возненавидеть. Ты сделал мне очень больно, но я полюбила тебя с первого дня, – помолчав, сказала Анни.

– А теперь, когда я нашел тебя? Ты позволишь мне заботиться о тебе и о нашем сыне?

– А что мне еще остается? – печально спросила она.

На следующий день Дональд оставил Анни с малышом на Селину и няню, а сам поехал в Астбери-холл – прямо в Дауэр-хаус, где жила теперь мать.

– Она дома, Бесси? – спросил он горничную, быстрым шагом входя в дом.

– Отдыхает наверху, милорд.

Дональд на одном дыхании взлетел на второй этаж и постучал в дверь спальни.

– Войдите.

Мод сидела в кресле у камина с книгой.

– Что ты здесь делаешь, Дональд? – возмутилась она.

– Мы должны поговорить. Пожалуйста, отложи книгу. Я хочу задать тебе несколько вопросов, – ответил он, садясь напротив.

– О чем?

– Недавно я выяснил, что в прошлом году в Астбери-холле бесследно исчезло несколько адресованных мне писем, и у меня есть основания предполагать, что именно ты позаботилась о том, чтобы я их не получил.

– Письма? – Мод изо всех сил старалась разыграть полнейшее неведение.

– Да, мама, письма. Из Индии, из Парижа, затем из Йоркшира – от одной юной леди, которая, как ты знаешь, была мне небезразлична. Да будет тебе известно, я любил ее и люблю до сих пор.

– Гм… послушай, Дональд, мы получаем много писем, из всех уголков мира. Наверное, в пропаже корреспонденции следует винить почтовую службу. При чем здесь я?

– Думаю, очень даже при чем. Я могу пойти к слугам, которые, как ты знаешь, теперь подчиняются мне, и выяснить у них правду.

Дональд хотел встать, однако Мод властно взмахнула рукой.

– Ты выжил из ума? Не хватало еще, чтобы слуги болтали о наших частных делах, – прошипела она.

– Мне все равно.

– Даже если это дойдет до ушей Вайолет?

– Я же сказал, мне все равно, потому что я нашел Анахиту. Она сейчас у Селины в Лондоне, пока я не решу, как лучше поступить.

На лице матери отразился такой ужас, что Дональд с трудом подавил желание рассмеяться.

– Что ты имеешь в виду? Ты ведь не собираешься рассказать Вайолет о своей… интрижке с индианкой?

– Если ты не признаешься, что перехватывала письма, то так и сделаю.

– Господи! Дональд, ты окончательно спятил! Ты поставишь нашу семью на колени. Вайолет немедленно с тобой разведется, и что тогда будет с Астбери?

– Думаешь, меня это волнует? Ты прекрасно знала, что я готов его продать и даже нашел покупателя. Но тебе это не подходило, да, мама? Признай это, пока я не пошел к Вайолет. Поверь, мне терять нечего. Я с самого начала намеревался продать Астбери. Я хотел всего лишь спокойно жить с женщиной, которую люблю. И, между прочим, – Дональд разыграл козырную карту, – Анни не так давно родила ребенка. У меня есть сын, а у тебя – внук.

Мать была раздавлена.

– Хочешь, чтобы я сообщил об этом моей жене? Представляешь, какой будет скандал?

– Прекрати! Как ты смеешь? Я – твоя мать… – простонала она.

– Да, мать, которая ставит свои прихоти выше потребностей сына. Анни принадлежит к аристократическому роду, она умная и образованная женщина, а не безродная крестьянка, которую я подобрал в борделе!

– Довольно!

– И да будет тебе известно, в наше время заключается немало смешанных браков даже в самых высших слоях общества. Так нет же, твои глупые предрассудки не позволили твоему сыну жениться на такой женщине. Ты всегда была холодной, расчетливой и нетерпимой. Я…

– Прекрати! Хватит! – вскрикнула Мод и разразилась слезами.

Вид ее слез заставил Дональда прервать обвинительную речь.

– Перестань плакать, мама. – Он неловко сунул ей платок.

– Ты прав, – выдавила наконец Мод. – Я просила приносить почту мне и прятала ее письма, но разве ты не понимаешь, что я всего лишь пыталась защитить тебя? Ты говоришь, на таких теперь женятся. Может, и так. Но ты ведь еще и собрался продать имение. Что бы у тебя осталось?

– У меня осталась бы любовь, мама, – тихо сказал Дональд. – Я был бы счастлив.

Она долго молчала, погруженная в свои мысли.

– Что ты собираешься делать?

– Ну, думаю, тебе будет приятно узнать, что я не намерен причинять боль Вайолет. Она ни в чем не виновата.

Дональд заметил, что мать покраснела.

– В то же время я не собираюсь прятать любимую женщину и ребенка, которого она мне родила, словно постыдную тайну. Я хочу видеть, как растет мой сын. Поэтому предложу Анни поселиться где-нибудь неподалеку, на территории поместья.

– А если узнает Вайолет? – ужаснулась Мод.

– Об этом знает всего пять человек. Даю голову на отсечение, что никто из них не скажет.

– Знаешь, Дональд, ты сам решил жениться на Вайолет, – парировала Мод. – Я не тащила тебя под венец.

– Когда человек теряет всякую надежду, ему безразлично, что с ним будет. Так что, решено?

– Как тебе угодно, – не поднимая глаз, ответила она.

– Хорошо. Тогда я займусь поисками подходящего дома. И возможно, – добавил он, идя к двери, – тебе захочется как-нибудь повидать внука. У него твои глаза.