Пятьдесят свиданий с врагом - Елена Дженкинз

Миссис Паркер поймала ее буквально на входе, словно караулила.

– Джун! Ты едва не опоздала. Какая же ты безответственная! Познакомься, пожалуйста, это моя новая помощница Клаудия. Она из семьи Брин… О, прости. Тебе эта фамилия вряд ли о чем-либо говорит. Объясню проще: из нее выйдет достойная пара для любого требовательного наследника в этой стране… Клаудия, это Джун, из оргкомитета. Я тебе рассказывала о ней. Она… она студентка. Пока еще. – Нэнси хмыкнула, мол, вряд ли такая «безответственная» особа долго продержится в стенах великолепного университета.

Двойной намек, прозрачный, как бриллианты на шее Нэнси, хлестнул очень больно, но на Джун были доспехи в виде ожерелья Иден, а еще нечто новое, освобожденное внутри. Самоуважение? Кто бы знал, но чувство оказалось чертовски приятным. Оно и помогло выдержать оценивающий взгляд безумно привлекательной Клаудии, которая пахла одним из тех масел, которые готовят в Лос-Анджелесе вручную и которые мама заказывала себе на день рождения. Аромат сандала, мускуса и женского отчаяния.

Клаудия из семьи Брин. Зловеще звучит… Очередная любительница чужих парней. А вернее, одного конкретного парня по имени Тони Андерсон.

Сколько их было за годы. Еще одна не сделает погоды.

– А вы случайно не имеете отношения к Розе Брин, вдове Тристана Эвери? – высокомерным, снисходительным тоном поинтересовалась Джун.

Клаудия удивилась.

– Да. Это моя тетя. Правда, мы никогда не встречались.

– Вы с ней очень похожи. Та же… доброта во взгляде, – мягко сказала Джун, давая понять, что бесконечно рада знакомству, и потуже стянула воротник пальто на шее, прикрывая ожерелье. Рано выставлять напоказ тяжелую артиллерию. Пусть думают, что враг отступил. Она торопливо прошла в зал, в котором скоро должен был начаться прием, и больше не попадалась на глаза миссис Паркер.

Джун битый час в одиночку занималась организационными мелочами за кулисами, пока Шейла и Оливер преспокойно встречали гостей, а с началом приема они и вовсе растворились в толпе.

Наконец пришло время концерта. Первыми собиралась выступить группа «Драйв». Бедная Холли, ее заставили надеть твидовый костюм, от которого веяло модой 1960-х. Сиенна, наоборот, казалось, была рада выглядеть, как политик за трибуной.

Группа вышла на сцену и начала настраивать инструменты, а Джун снова выглянула в зал, чтобы отыскать глазами Шейлу… и весь мир ушел на второй план, сердце пропустило удар.

Тони.

Здесь.

Приехал!

Он о чем-то спорил с Нэнси… а может, показалось. Как бы там ни было, занятый разговором, он не видел, что к нему подбирается Клаудия. Властно распустив щупальца, она собралась ухватить не своего лосося. Вот это нахальство! Джун возмущенно хохотнула, кутаясь в пальто, которое так и не сняла, а потом глубоко вдохнула – и сорвалась с места, чтобы побороться за место под солнцем.

– Мечты не сбываются, Фрэнк! Я сдаюсь, не хочу делать канал на ютубе, у меня всего три просмотра за сутки!

– А что такое, по-твоему, мечта? Это цель. Ты же не ждешь, пока цель сама сбудется. Ты ее достигаешь, постепенно.

– Ка-А-а-К?

– Для начала сделай шаг. Потом еще один, и еще. И не важно, если смотрят косо. Это проблемы того, кто смотрит.

Джун спустилась в зал, на ходу сбрасывая пальто, чтобы расправились крылья ее новообретенного самоуважения. Какого они цвета? Наверное, болотного, как и ее глаза. Теплый цвет.

Кто-то окликнул ее, сделав комплимент, но она не обратила внимания. Шаг, и еще шаг, нельзя останавливаться, иначе сердце разорвется. Она настойчиво пробиралась к нему, игнорируя миссис Паркер, которая выпучила глаза и попыталась испепелить малышку Бэмби потоком ненависти.

Плевать. В этот момент существовал лишь Тони. Только его реакция имела значение. Его затягивающий в омут серый взгляд. Шторм, дождь, туман в Речных садах.

Пульс, как у землеройки, душа искрится вопросом.

Что ты ответишь мне, Тони?

Мята, бергамот, первый рассвет вместе…

А будет ли новый?

Да или нет?