Пятьдесят свиданий с врагом - Елена Дженкинз

Расстроенная, она прислонилась спиной к каменной стене, и Тони ступил ближе, обнимая свою сумасшедшую демонессу, просовывая руки между нею и камнем, чтобы голую спину не поцарапала.

– Миссис Паркер мне угрожала, и я растерялась, – с отчаянием в голосе продолжала она объясняться, впиваясь ему в предплечье побелевшими пальцами, будто он мог оттолкнуть ее и уйти. Но он лишь крепче обнял ее. Мысли поплыли, и Тони зажмурился, стараясь прийти в себя.

– Ты должна была сразу мне признаться.

– Я собиралась, но не смогла. Она заявила, что если я от тебя не уйду, то она разорит вас и придется продать Иден-Парк с молотка.

– Да ты что? Так и сказала?!

– Да!

Тони от удивления задержал дыхание, а потом резко рассмеялся, избавляясь от тлена, который терзал его в последние дни. Господи-боже-ты-мой! Он крепко прижал к себе Джун, захлебываясь от нездорового смеха, который заглушил даже звуки музыки… Это чувство Тони сразу узнал: его накрыла эйфория, разбивая в дребезги бетонную плиту обреченности. Так смеялась Джун после того, как расколола на части его кубок по сноуборду, а Фрэнк заверил, что все хорошо, что он все равно ее любит…

Ощущение чуда.

И даже не верится.

– Джун, болото ты моё! Мы в Иден-Парке столько всего производим, что расходы покрываются с внутренней выручки. Нэнси, конечно, та еще стерва, но она бы никогда не пошла против нашей семьи, о чем ты говоришь, вообще? А даже если она не подпишет контракт… Я и сам не уверен, стоит ли продолжать дела с человеком, которому больше нельзя доверять.

– Но ведь Паркеры – ваши главные партнеры.

Тони обхватил ладонями нежное лицо Джун и осуждающе на нее посмотрел.

– В первое утро после нашего знакомства ты притворилась, что разбираешься в бизнесе. Это было чертовски мило, не спорю. Но прошу тебя, смирись, что без финансового образования не видать тебе три бакса прибыли от Доу-Джонса.

– Из-за меня у тебя будут проблемы.

– Если проблема решается деньгами, то это не проблема, а задача. Проблема для меня – это когда тебя рядом нет. С остальным я разберусь.

Он прислонился лбом к ее лбу, и Джун всхлипнула:

– Прости, пожалуйста.

– Ну что ты, не плачь. Все хорошо… Я говорил тебе, какая ты потрясающая? Ты выглядишь сногсшибательно, я увидел тебя и мгновенно забыл, что мы поссорились.

Внутри было непривычно светло, только вены звенели от того, что их резко расслабили. Тони тронул губами горячую щеку Джун, затем ее припухшие губы – снова кусала на нервах – и неспешно раздвинул их языком, ощутив вкус сладкого шоколада.

Заедала стресс, значит.

Страдала.

Ему показалось странным, что он думает о таких вещах во время поцелуя, но от этого еще сильнее защемило сердце. Тони пил ее дыхание, как умирающий в пустыне, млея от того, с каким нетерпением Джун подавалась ему навстречу. И пришлось напомнить себе, что они сейчас в общественном месте. На приеме у Паркеров.

Одни проблемы от этих Паркеров.

– Мне было так плохо без тебя, – прошептала Джун. – Но я испугалась, что разрушу твою великолепную, совершенно замечательную жизнь.

Его голос звучал хрипло, когда он поддразнил ее:

– Ох-ох-о-о, Бэмби. Спасибо, конечно, но на будущее запомни: меня не надо спасать, меня надо держать за руку мертвой хваткой. А то теряешься на поворотах.

– Честное слово, я буду держаться, – пообещала она в неповторимо искреннем порыве, но потом нахмурила брови и недовольно пробормотала, прислушиваясь к музыке: – Идем. У меня осталось последнее задание в списке дел.

– Какое?

– Довести Нэнси Паркер до белого каления.