(не) просто сосед - Стася Андриевская

Господи, как же давно это было. И было ли вообще? Всё так перемешалось и стало таким неважным…

Взяла ножницы и на глазах у обалдевшей Светки срезала первую прядь. Почти под корни. Следом вторую, третью. Рваными кусками, небрежно, как маленькая девочка, играющая в парикмахерскую с куклой. Светка заторможено осела на диван. А Полина, внутренне замирая от непривычной лёгкости и обнажённости, зарылась пальцами в мягкие пшеничные огрызки на голове, сжала, до боли натягивая кожу. Посидела так пару минут и схватилась за краску. Навела от души — целую ораву таких ошалелых дурочек можно покрасить… и смело мазнула по пробору. Краска жирно ляпнула на светло-голубые джинсы, но Полина не обратила внимания — взгляд стремительно туманился слезами, они катились по щекам, а она лишь закусывала губы и продолжала наносить краску…

Очнулась, когда её руку крепко и требовательно, перехватила Светка. Нетерпеливо дёрнула, вырывая, но Светка не отпустила. Наоборот, силой забрала из судорожно сцепленных пальцев кисть и отложила в чашку. И, замешкавшись на мгновенье, вдруг обняла. И Полина только сейчас увидела, что Светка тоже плачет.

— Полин… Ну прости ты меня, дуру…

— Проехали, — с усталой злостью ответила Полина. — Мне давно уже плевать на Марка.

— Я не про него. Про Руслана.

Полина замерла.

— Он искал тебя, спрашивал про тебя, тогда, когда ты, помнишь, в деревню уехала? И потом тоже… А я говорила, что ему с тобой не светит. Мне так завидно было… Так хотелось и себе тоже — и мужика, и отношений стабильных, но… Мне казалось я круче и достойнее тебя. Но… — помолчала, хлюпая Полине в ухо. — Знаешь, я видела и передачу эту дурацкую, и видео в ютюбе. Вот ты говоришь, ты во всём виновата, потому что терпела. Но ты говорила как будто про меня, Полин! Каждое слово — в точку! И про трусость, и про то, что моё бездействие привело к беде. Я тоже во всём этом виновата. Ещё с самого начала, ещё с общаги. Мы там… Там много чего было такого, о чём так просто не расскажешь, и если потянуть — такое может всплыть, что не отмоешься. Он шантажировал, и я молчала. Поначалу. А потом переиграла так, что он и деньги мне таскать начал и подарочки… Ну ты и сама знаешь… — Помолчала. — Полин, я такая сволочь. Если ты не простишь, я пойму. И я всё равно скоро переезжаю в Саратов… Вчера решила, когда видео посмотрела. Нет, ну правда, что у меня здесь — одни дурацкие фантазии, а там семья. Мама, брат и отец алкаш. Я от них сбежала, чтобы не напрягали своими проблемами, но от себя разве сбежишь? Всё равно тянет к ним, знаешь… Но страшно, что погрязну в бытовухе… А вчера подумала — а чего страшно, если оно и здесь ни то, ни сё? А Руслан… он классный, Полин! Он такой, прям… Мужик. Настоящий. И плевать на его прошлое, ты права. Он своё давно отсидел. А вот Марк… Он знаешь, скольких изнасиловал? Только я троих знаю лично, не считая себя. И знаю, что на самом деле их больше. Но мы же молодые дуры были, а там всё на извращениях, с таким ни в суд не пойдёшь, ни маме толком не расскажешь… И Марк это понимал. На скрытое видео снимал, а потом… Блин, я вот сейчас говорю, и у меня у самой волосы шевелятся… Какая же я мразота…

Судорожно выдохнув, замолчала.

— Спасибо, что рассказала про Руслана, Свет. Для меня это важно.

— Он напишет тебе, Полин, обязательно!

Она кивнула.

— Как будет, так и будет. Это теперь вообще не главное. — Помолчали. — Подстрижёшь меня нормально?

Светка улыбнулась, прижимаясь лбом к её плечу:

— И даже покрашу. И маникюр забацаем. Какой-нибудь крышесносно-яркий, да?

Когда заканчивали с маникюром, зазвонил телефон.

— Полина? — уточнил приятный женский голос. — Здравствуй. Мне твой номер дал Андрей. Тебе удобно сейчас говорить?

— Какой Андрей?

— Шереметьев. Ну, ведущий на первом, если помнишь. Пока ещё на первом. А вообще знаешь, он уже почти полтора года всё собирается уйти оттуда, да всё время откладывает. А теперь, вот, созрел. Мы с ним давно и хорошо знакомы. Он сначала ведущим у меня на свадьбе был, потом ведущим на вечеринке по случаю развода. Дети у нас с ним в одном классе учатся. У меня пацан, у него девчонка. Может, даже, поженятся когда-нибудь. — Рассмеялась. — А у вас с Марком дочка, кажется, да?

— Извините, а вы кто?

— А, извини, совсем заболталась! Я Инга Сурнина, но ты меня не знаешь, скорее всего. О таких, как я не рассказывают. — Рассмеялась. — Особенно такие, как твой бывший муж. Я когда-то была его девушкой, даже, пожалуй, невестой. Но бог, как говорится, миловал. Я по какому поводу звоню-то — видела передачу Шереметьева. Ну, что сказать, впечатлена! С огромным удовольствием тоже потягала бы за лохмы неуважаемую мною Лидию Петровну, но статус, увы, не позволяет. И тем приятнее было видеть, как это делала ты. Но, давай ближе к делу, да? Мой очень близкий друг Эмиль Грофштайн, по моей личной горячей просьбе согласен рассмотреть дело Руслана Подольского и оценить перспективы. И если они, эти перспективы есть, Эмиль возьмётся за это дело. Безвозмездно. У меня тут, знаешь ли, давние, личные счёты к Маркуше и его мамаше.

От того, как окаменела Полина, замерла даже Светка.

— Инга, извините, а этот Эмиль… Как вы сказали, его фамилия?

— Грофштайн.

— А он кто?

Инга рассмеялась:

— Гугл тебе в помощь, Полин! И номер мой запиши, я сейчас в самолёт уже сажусь, а как долечу — свяжемся ещё.

Она отбила вызов, и Полина тут же суетливо полезла в поиск. Этот человек высветился на первом месте в ТОП-10 лучших адвокатов России.

«Эмиль Исаакович Грофштайн, знаменитый адвокат России с адвокатским стажем более 30 лет. Оказывает помощь по резонансным уголовным и гражданским делам крупным бизнесменам, VIP-персонам из сферы политики, искусства и шоу-бизнеса. Представлял интересы мультимиллиардера Семёна Голицина, политика Бориса Березина, певца Филимона Кокорина, бизнесмена Виталия Спивакова, и других влиятельных лиц страны и ближнего зарубежья…»