Не. Прикасайся ко мне - Лаура Кнайдль

Наконец наша компания распалась, и, пока Апрель и я убирали на кухне, а Джоан позволила себе небольшой перерыв перед концертом, Лука с отцом запоздало добавляли на фасад дома еще несколько украшений.

– Что ты подаришь Луке? – спросила Апрель и протянула мне помытую кастрюлю.

– Это противоречит моей установке по поводу подарочных сертификатов, но я купила ему полугодовую подписку на аудиокниги. Если во время пробежки он не захочет слушать музыку, – объяснила я, понизив голос, чтобы Лука случайно не услышал меня. Подписка стоила почти сто долларов, больше, чем я обычно тратила на подарки. Но Лука заслужил это, а благодаря предпраздничной торговле мой счет мог выдержать эту сумму. – А что у тебя для него?

– Подарочный сертификат на книги.

– Естественно. – Я закатила глаза, но знала, что Лука будет рад этому. Подарочный сертификат, который он получил на день рождения, не лежал и недели.

После того как мы закончили мыть посуду, Апрель отправилась к своим старым друзьям. И так как я не хотела бездельничать в гостиной, то ждала Луку в комнате для гостей и смотрела повтор серии развлекательного ток-шоу «Сегодня вечером». Немного позже в комнату пришел Лука в толстой куртке и вязаной шерстяной шапке. Капли воды от растаявшего снега лежали на его плечах, а щеки покраснели.

– Я уже упоминал, что ненавижу зиму? – спросил он, снял перчатки и помассировал пальцы, окоченевшие от холода.

– Да. Примерно от двух до пяти сотен раз с начала недели. – Я засмеялась. – Вам понадобилось много времени. Я думала, вы хотите повесить несколько фонариков.

– Нам пришлось дважды делать всю работу, так как кое-кто принес из подвала испорченную гирлянду и мы заметили это слишком поздно.

– И этот кое-кто был ты? – спросила я, разглядывая Луку, который стоял возле кровати замерзший и дрожащий. Я взяла его пальцы и охватила их своими ладонями.

– Возможно. – Лука наблюдал, как я терла его руки своими, а потом наклонился вперед и поцеловал меня в лоб. Его губы были холодными и шершавыми, однако в его жесте было так много тепла, что он заставил мое сердце биться быстрее.

– Я приму душ. А ты можешь подыскать фильм на сегодняшний вечер.

– Где диски?

– В гостиной. В шкафу рядом с телевизором.

– Понятно. – Я поднялась и тихо спустилась по лестнице.

Русселя и Джоан не было видно. Вероятно, они собирались на концерт. Я сразу нашла шкаф, который имел в виду Лука. Выбор фильмов был внушительный. Прошло некоторое время, пока я не прочитала все названия. Наконец я выбрала «Железного человека». Нельзя сказать, что мне очень хотелось смотреть именно этот фильм, но я знала, что Луке нравится вселенная Марвел, а выбор романтических комедий был более скудным. Теперь понятно, от кого Апрель и Лука унаследовали вкус.

Позади меня раздались шаги.

– Что-нибудь нашла? – спросила Джоан.

– «Железный человек». Три части. – Я показала коробку с DVD.

– Отличный выбор. – Она улыбнулась.

– Вы великолепно выглядите.

– Спасибо. – Она разгладила свое черное платье с серебристыми блестками, с которым прекрасно контрастировали красные губы. – В этом году Руссель и я решили выходить на люди хотя бы раз в неделю. Мы сделали это уже целых семь раз. И если у меня есть возможность, я хочу хорошо выглядеть.

– А все другие мужчины будут мне завидовать. – Руссель подошел к жене и положил руку ей на спину. – Ты готова?

Джоан подняла на него глаза:

– Уже несколько часов. Я жду тебя.

– Да, да, – сказал Руссель, подмигнув мне, и направил жену в сторону входной двери. – После концерта мы еще пойдем перекусить с друзьями. Поэтому вернемся поздно.

Я вышла за ними из гостиной.

– Я передам Луке.

– В морозильной камере есть лазанья, – сказала Джоан и надела пальто. – Или закажите себе что-нибудь. Меню…

– …рядом с хлебницей, – прервал ее Лука, который в этот момент с шумом спустился по лестнице. – Сага здесь в первый раз, но я прожил в этом доме восемнадцать лет, уже забыли?

– Может, я сделала перестановку.

– Ты никогда не делаешь перестановку. – Лука стал рядом с мамой и наклонился вперед, чтобы поцеловать ее в щеку. – Ты действительно замечательно выглядишь.

Она улыбнулась Луке.

– Правда и то и другое.

– Никто не хочет что-нибудь сказать о моей одежде? – спросил Руссель и вытянул руки, при этом под его толстой курткой едва ли можно было увидеть костюм.

– Ты тоже выглядишь чудесно, – сказала Джоан своему мужу. В ее голосе появилась кокетливая интонация, сигнал для Луки выпроводить обоих из дома. Он пожелал им хорошо провести вечер и запретил возвращаться домой до полуночи.

После того как за ними закрылась входная дверь, он со вздохом повернулся ко мне:

– Что же мы смотрим сегодня вечером?

– «Железный человек»? – Я потрясла коробкой. – Но сначала я хочу посмотреть твою старую комнату.

– Это действительно необходимо?

– Ты еще спрашиваешь? Непременно.

Лука повел меня по лестнице на второй этаж, к двери, которая располагалась в конце коридора, противоположном от гостевой комнаты. На белой лакированной двери висела табличка, на которой было написано «Открыто».

– Когда-то, лет в четырнадцать, я потерял ключ, с тех пор у меня эта табличка.

Он открыл дверь и мимоходом перевернул табличку. «Закрыто».

Первым, на что упал мой взгляд, был постер полуобнаженной женщины, прямо над кроватью. Я повернулась к Луке, чтобы что-то сказать, и обнаружила другой постер с подобным сюжетом. Я прыснула от смеха.

– Не смейся! – Он ласково толкнул меня, так что я оказалась в середине комнаты, и закрыл дверь. – Тогда, в четырнадцать или пятнадцать, я считал их невероятно классными.

– А теперь не считаешь?

Он пожал плечами.

Лгун.

– Почему ты их потом не убрал? – поддразнила я его.

Он что-то пробурчал, а я засмеялась еще громче, когда обнаружила на двери постер, который не мог быть более пошлым: блондинка в красном бикини потягивалась на капоте. Губкой она мыла не машину, а себя.

– Прекрати смеяться, иначе мы уйдем отсюда, – сказал Лука еще раз, при этом он вынужден был подавить ухмылку.

– Нет, пожалуйста, не надо. С этого момента я буду вести себя прилично. – Я сжала губы и подошла к стеллажу, на котором стояло огромное количество книг, но также фотографии и другие памятные вещи. Я обнаружила фото Апрель, Луки и Гэвина, которое было сделано на пляже. Луке на этом фото было, возможно, шестнадцать, а Гэвин одной рукой обнимал Апрель. Если бы ей на фото было не тринадцать, их можно было бы принять за пару.