Не. Прикасайся ко мне - Лаура Кнайдль

– Апрель и Гэвин на самом деле в близких отношениях? – Я видела их вместе уже в разных ситуациях, однако никогда не ощущала между ними близости, которую позволяло предположить это фото.

– Раньше мы были неразлучны, – сказал Лука. Он стал рядом и обнял меня за плечи, как это делал Гэвин с Апрель на фото. – Но три или четыре года назад все закончилось. Гэвин и я переехали в Мелвью, чтобы учиться, и они потеряли друг друга из виду.

– Почему ты не съехался с Гэвином?

– Он всегда хотел иметь собаку, но у меня аллергия и я выдерживаю в его квартире не дольше нескольких часов. Оставь меня там спать на две ночи, и у меня будет голос как у Дарта Вейдера.

Я вспомнила, что Апрель однажды говорила что-то подобное.

– Тебя беспокоит, что они больше не дружат?

Лука на мгновение задумался, потом покачал головой.

– За три года, которые я провел в Мелвью без Апрель, я привык к тому, что мы больше не трио. А теперь у Апрель есть ты, и, кажется, Гэвин тоже не особенно скучает.

– Хочешь услышать что-то забавное?

– Конечно.

– Когда я познакомилась с Апрель, я сначала думала, что Гэвин это ты.

– Что?

– Апрель много рассказывала о своем брате, но никогда не называла твоего имени. А потом Гэвин на лекции профессора Эриксена познакомился со мной. Я знала, что Апрель и ее брат в близких отношениях, и подумала, что Гэвин знает обо мне именно поэтому. Только когда я через неделю пришла к Апрель и ты открыл дверь, я поняла свою ошибку.

Лука засмеялся, и я ощутила вибрацию его тела – так близко ко мне он стоял.

– Поэтому ты так уставилась на меня тогда, как будто я инопланетянин.

– Поэтому и потому, что ты невероятно привлекательный, – тихо сказала я, так как не хотела ему говорить, что на самом деле боялась его.

– Невероятно привлекательный? – Лука притянул меня к себе и скрестил руки у меня за спиной, так что я оказалась в его объятиях, а DVD с «Железным человеком» были между нами.

Я кивнула, стала на цыпочки и прикоснулась губами к его губам, не целуя.

Лука тихо заурчал.

– Ты не должна этого делать.

– Почему? – спросила я и провела языком в уголке его рта.

Он тяжело сглотнул.

– Потому что я твердо решил вести себя прилично в доме родителей. А то, что ты сейчас делаешь, вызывает у меня довольно неприличные мысли.

Я улыбнулась:

– Правда?

– Да. – В его глазах появился задорный блеск, и, прежде чем я поняла, что он собирается делать, он легко поднял меня.

Я засмеялась и крепко прижалась к нему, выронив коробку с DVD.

Сделав три больших шага, он донес меня до кровати. Она была маленькая, не больше метра в ширину, но нам и не надо было больше места. Лука осторожно положил меня на матрас и склонился надо мной, расположив ноги слева и справа от моих бедер. Медленно, как будто у него было полно времени, он скользил взглядом вниз, по моему носу и рту, по шее до самой груди, которая интенсивно поднималась и опускалась от моего взволнованного дыхания.

Мой смех стих, так как желание в глазах Луки невозможно было не заметить. Почти задумчиво смотрел он на полоску обнаженной кожи на моем животе, где свитер сдвинулся вверх. Он провел пальцем по бледной коже.

Я содрогнулась от прикосновения, мурашки побежали по всему телу. Довольная улыбка появилась на лице Луки, и он провел еще два, три, четыре раза по моему животу. Его взгляд жадно скользил по моему лицу, пока не остановился на губах, которыми я его только что раздразнила.

Я прикусила нижнюю губу – просьба и провокация.

Лука издал тихое урчание и наклонился. Упершись руками рядом с моей головой, он приблизился ко мне.

Мои губы приоткрылись. Я хотела, чтобы он поцеловал меня, не тревожась о моей реакции. Так же как в первый раз, в его кровати в Мелвью.

Лука был так близко, что я ощущала его дыхание на своих губах. Я прикоснулась к его футболке. Мои пальцы впились в ткань, чтобы удержать его рядом, и я потянулась навстречу.

Смеясь, он отклонился назад.

– Не будь такой нетерпеливой.

– Ну и нахал!

– Почему? Ты начала это.

Ему нравились сладостные мучения. Хотя в этот момент я ничего не хотела более страстно, чем поцеловать его, я тоже наслаждалась дорогой к поцелую и непринужденностью между нами, которая раньше была невообразима для меня.

Лука снова наклонился ко мне, и мое и так уже неровное дыхание остановилось, когда он легко прикоснулся губами к уголку моего рта, как я это прежде сделала ему. Я повернула голову, чтобы украсть у него поцелуй, но у Луки были другие планы. Не удовлетворяя мое желание, его губы двинулись по моей разгоряченной щеке вверх к скуле, а потом проследовали по дуге к мочке уха. Он обхватил ее губами и нежно прикусил.

Я с трудом перевела дыхание от неожиданности. Лука двинулся вниз и остановился на нижней части живота.

– Ты ведь хотел вести себя пристойно, – сказала я. Мой голос звучал хрипло.

– Я передумал, – прошептал Лука.

– Но родители…

– …не вернутся до полуночи, – прервал он меня, и всякий протест затих во мне, когда Лука прикоснулся губами к месту, где бился пульс. Он должен был чувствовать, как мое сердце билось все быстрее с каждой последующей его лаской. А когда он нежно скользнул языком по чувствительной коже, я запрокинула голову.

Лука истолковал мое движение как приглашение и расположил ногу между моих коленей. Я открылась для него, благодаря чему вес его тела переместился и он мог вложить еще больше страсти в свой поцелуй. Он ласково покусывал мою шею, и каждый раз, когда его зубы касались моей кожи, усиливалось покалывание между бедер.

Ни на секунду не отрывая от меня губ, он проследовал к ключице, пока вырез моего свитера не преградил ему путь. Я уже хотела облегченно вздохнуть, предполагая, что эта сладостная пытка наконец закончится. Однако Лука снова удивил меня. Он подцепил пальцем ткань и оттянул ее в сторону, чтобы обнажить кожу под ней.

– Лука, пожалуйста…

Я увидела его улыбку, но он не игнорировал мои слова. Он снова двинулся с поцелуями вверх, от ключицы вдоль шеи до скулы, и наконец вернулся к губам – и тогда он освободил меня, освободил нас.

Жадно встретились наши полные ожиданий губы. Я погрузила руки в волосы Луки, и он издал довольное ворчание, на которое я ответила стоном, когда он скользнул языком мне в рот.

Мы целовались долго и настойчиво, а между нашими телами возникло сладостное трение. Мы часто целовались и прикасались друг к другу в последние дни, но в основном наша близость сопровождалась игривой легкостью. Но сейчас Лука охватил мои бедра, его переполняло определенное желание, этот игривый оттенок исчез – и я осознала серьезность ситуации.