Это всегда была любовь - Никола Хотель

Я сажусь к Айви в машину и прилагаю все силы, чтобы не разрыдаться. Моя футболка мокрая, меня трясет от холода.

– Ной с нами не едет? – тихо спрашивает Айви.

– У него велосипед. Пожалуйста, не говори ничего, хорошо? – Мои зубы стучат от холода, но я не поэтому прижимаю руку ко рту. Я делаю это, так как вижу в боковом зеркале Ноя, который стоит, сгорбившись над своим велосипедом, скрестив руки на руле и прислонившись к нему лбом. Он выглядит таким… потерянным. Почему меня это волнует? Мне должно быть все равно. Только мне не все равно.

Айви смотрит на меня, еле слышно вздыхает и заводит мотор.

– Посмотри назад, мне кажется, там на заднем сиденье лежит одеяло. Почему вы не укрылись где-нибудь? Вы могли подождать в боксерском клубе. – Она пытается говорить спокойно, но в ее голосе слышится напряжение. Я благодарна ей за заботу, но не могу ответить из-за дрожи. Одеяло немного пахнет плесенью, но оно теплое, хоть и колючее.

– Райс с первого этажа. Он был мне кое-чем обязан.

– Н-надеюсь, что он не разозлится, если я намочу ему сиденье.

– К тому времени, когда он поедет куда-нибудь, сиденье точно высохнет. – Айви включает печку и смотрит на улицу. Машина замедляется, словно подруге нужно сосредоточиться на своих мыслях. – Мне очень жаль, что вы поссорились. Я могла бы Ноя… ар-р-р… – она издает отчаянное рычание. – Может, ты хочешь… хочу спросить, насколько ты готова сейчас куда-нибудь махнуть? У тебя есть что-то в общежитии, что тебе срочно нужно взять?

– Э… да, – протягиваю я, – моя одежда, Эррол, Гровер.

Так, стоп, не думать о Гровере. У меня ничего нет с собой, кроме ключа и телефона, да и моя спонтанность сейчас в полном минусе.

– Я подумала сейчас, а не поехать ли нам на остров?

– Сейчас?

– А почему бы и нет? – Айви бросает на меня взгляд, прежде чем резко тормозит, потому что ее подрезает машина с второстепенной дороги. – Идиот!

Чтобы удержаться, я хватаюсь за дверную ручку. Почему нет? Потому что… Мне приходит в голову миллион причин, и почти все они связаны с Ноем, но я не могу сказать это вслух.

– Если мы поедем, ты опять пропустишь много материала в университете.

– Я знаю. Да и ладно, как-нибудь наверстаю. Мы могли бы остаться на острове на несколько дней, например до выходных, если хочешь.

– Не уверена. Твоему отцу нужен отдых, и он определенно не захочет, чтобы вокруг были чужие люди. Кроме того… посмотри, как я выгляжу. Он еще подумает, что ты подобрала бродячую кошку.

– Во-первых, ты не чужая. Твоя мама терпела меня на протяжении четырех лет каждые каникулы. Да и папа будет очень рад наконец познакомиться с тобой. Во-вторых, ты совершенно не похожа на бродячую кошку, скорее на утопленную. – Она усмехается, но тут же становится серьезной. – Когда мы приедем, он будет спать, так что познакомитесь вы только утром после хорошего, горячего душа. – Она на мгновение замолкает, а потом продолжает убеждать меня. – Я тоже не уверена, так себе идея. Но мне кажется, там тебе будет лучше. Ты сможешь отключиться от всего и расслабиться. Тебе не придется ни о чем беспокоиться. Ты сможешь от всего абстрагироваться и все. У нас ты сможешь гулять, не рискуя столкнуться с кем-то, кроме нас. Если и нас не захочешь видеть, ничего страшного, можешь закрыться в своей комнате. В ней, между прочим, есть удобная кровать. Твою новую кровать доставят сюда только через пару дней. Хочешь спать на жутко неудобном диване?

– Я хочу… – на самом деле все, что говорит Айви, звучит отлично, особенно если учесть, что она будет рядом.

– На острове ты не столкнешься случайно с Ноем.

Это аргумент, хороший аргумент. Только вот не буду ли я чувствовать себя предателем по отношению к Ною, когда поеду к его отцу. Это ли не безумие?

– Ты права, давай поедем на остров. Я с удовольствием посмотрю твой дом. У тебя найдется зубная щетка для меня?

– Конечно. – Слева появляется территория медицинского центра. Айви жмет по тормозам, не включая поворотники, делает крутой разворот. – Ты будешь ночевать в доме владельцев корпорации Блейкли. Если у них и есть что-то в изобилии, так это предметы гигиены. А в моем шкафу полно одежды, которую я могу одолжить тебе.

– Спасибо, Айви.

После этого я откидываю голову назад, закрываю глаза и стараюсь не думать о Ное, который отразился в боковом зеркале. Не думать об отчаянно опирающемся на руль велосипеда Ное. О Ное со сбитыми костяшками пальцев, рассечением на лице и полными безнадежности глазами. В какой-то момент я слышу, как Айви глубоко вздыхает. Уверена, что мы только что проехали мимо него. Но я не открываю глаз.

* * *

Ночь была ужасной, но утро еще хуже. Я стараюсь не думать о том, что произошло, но потом, моргнув, вспоминаю побитого Ноя, мои слова, и меня как будто обливают ледяной водой, как на Ice Bucket Challenge. Я издаю стон и хватаюсь за смартфон, лежащий у меня в постели. Новых сообщений нет.

Ну, нет так нет. Я бросаю телефон на тумбочку и разочарованно сворачиваюсь в клубок в постели, но через минуту выпрямляюсь и снова тянусь за смартфоном. Я захожу в Instagram через свою поддельную учетную запись. Ной ничего не публиковал уже целую вечность. Я нажимаю на «Подписаться», чтобы сразу видеть, когда он загружает новые фотографии. Его последняя публикация была в ту ночь, когда мы первый раз встретились. Я тогда ждала его у дверей несколько часов, в компании большой коробки, отчаяния и недоверия. Он утверждал, что с ним неожиданно произошла какая-то хрень. Сейчас, посмотрев его аккаунт и комментарии, я узнаю, что произошло с ним в тот вечер. Ной опубликовал фотографию из боксерского клуба, с тренировки во второй половине дня. Куин оставил свой комментарий к фотографии на следующий день.