Чердак на Куин-стрит - Карен Уайт

Он молчал, и я подумала, что он снова меня не услышал. Я хотела было повторить сказанное, но он заговорил:

– Думаю, что возможно все. Мы не можем знать точно, пока не увидим ее своими глазами.

Я улыбнулась:

– Что ж, значит, нам повезло. Я договорилась встретиться с Ребеккой в следующую пятницу по поводу праздника детских подарков. Я пригласила мать и Джейн в качестве отвлекающей приманки, а отца попрошу быть в дедушкином патруле, чтобы самой немного пошпионить.

– Похоже на план. – Лицо Джека оставалось серьезным. Он наклонился вперед и, упершись локтями в колени, сцепил руки перед собой.

– Я думала, ты будешь в большем восторге, – с упреком сказала я.

– Наверно, я скорее заинтересован, нежели взволнован. Как я уже сказал, успех этого фильма и счастливое выполнение нашего договора с Марком становятся все менее и менее важными.

– Не хочешь сказать почему? Раньше ты мне все рассказывал. Ты даже говорил, что вместе мы отличная команда. Что изменилось?

Уже совсем стемнело, но я почувствовала на себе его пристальный взгляд.

– Хотел бы я знать ответ, Мелли. Честное слово.

– Это когда ты говоришь: «Это я, а не ты»?

Джек встал, взял сумку и рюкзак.

– Я устал, – сказал он. – Слишком устал, чтобы вести сейчас этот разговор. Хочу лечь спать пораньше.

Я прекрасно знала: это не приглашение, как то бывало когда-то.

– Ты не будешь есть? – спросила я, пытаясь выиграть время.

Он остановился у моего стула и, помешкав мгновение, наклонился и поцеловал меня в щеку.

– Поешь без меня. Я не голоден.

Он пытался выпрямиться. И я потянула его за руку.

– Пожалуйста, Джек. Чего ты мне не говоришь? Мне следует беспокоиться?

– Нет, Мелли. Мне просто нужно еще немного времени, чтобы во всем разобраться. Я работаю над чем-то большим и пока не готов об этом говорить. Ни с кем.

Его слова задели меня за живое.

– Но я не кто-нибудь, Джек. Я твоя жена.

Он припал губами к моим губам и нежно поцеловал.

– Я знаю. Разве такое можно забыть.

Он отстранился и пару секунд постоял надо мной, затем открыл входную дверь и дал ей мягко закрыться за ним.

Глава 24

«Мелани». В следующий вторник я села в постели, резко вырванная из тяжелого сна. Кто-то звал меня по имени. Я потянулась к лампе на прикроватной тумбочке и, включив ее, лихорадочно оглядела комнату.

– Джек? – сказала я скорее для самоуспокоения, ибо это определенно был женский голос.

«Мелани».

У голоса не было никакого источника. Казалось, он исходил из моей головы и окружающего меня воздуха. На моих глазах дверь со скрипом приоткрылась, – за ней было лишь пустое пространство и освещенный ночником коридор. Только тогда я узнала пронзительный аромат роз и поняла, кто это был.

Я взглянула на радионяню: Джей-Джей и Сара крепко спали, ночник в их спальне освещал крепко сжатый в кулачке Джей-Джея венчик. Я быстро сделала мысленную пометку спросить их педиатра, нормально ли это, но так же быстро отбросила эту мысль. Для нашей семьи слово «нормальный» имело собственное значение.

Вспомнив сон Ребекки, я вскочила с кровати, оставив Генерала Ли храпеть на подушке Джека, и поспешила по коридору к спальне Нолы. Ее дверь стояла нараспашку. Из дверного проема открывался вид на пустую кровать Нолы – без признаков ее самой или двух собак.

Из-под закрытой двери Джека выбивался свет, в тишине дома стук пальцев по клавиатуре компьютера было сродни грому аплодисментов. Я посмотрела на лестницу. Слова Ребекки кричали в моей голове о тени высокого человека, который опрокинул часы и раздавил Нолу.

Я сбежала вниз по лестнице и, наступив на последней ступеньке на подол ночной рубашки и чуть не упав, влетела в гостиную, где почти столкнулась с Нолой.

– Мелани? Ты в порядке?

Я кивнула, оглядываясь в поисках высокой тени, но увидела только Порги и Бесс, резвящихся с каким-то невидимым дружком.

– А ты? – спросила я, повернувшись к Ноле. – Ты не должна находиться рядом с этими часами, помнишь? Даже если Ребекка и не может считаться надежным источником, ее сны обычно сбываются.

– Верно. Я знаю. Держитесь подальше от высоких мужчин и напольных часов. Но мне пришлось спуститься вниз, потому что часы били как сумасшедшие – около пятидесяти раз, – и я решила посмотреть, смогу ли я их остановить. Разве ты не слышала?

Я покачала головой:

– Должно быть, теперь я невосприимчива к их бою. Но то, что они били не переставая, должно было разбудить меня. Как тебе удалось их остановить?

Нола расправила плечи под потрепанной футболкой с надписью «Вампирский уик-энд».

– Они просто… умолкли сами. Как только я вошла в комнату. И увидела это. – Нола подняла какой-то предмет, но я уже ощутила запах гари и дыма.

Меня тотчас прошиб холодный пот.

– Где это было?

– Она… вернее, оно… лежало на полу лицом вверх и было наполовину засунуто в узкое пространство под часами.

Я передернулась, чувствуя в горле привкус пепла.

– Гм, скажи, доктор Уоллен-Араси, случайно, не заходила вчера, чтобы его вернуть? – Я знала: с моей стороны это было попыткой выдать желаемое за действительное, но я должна была попытаться.

– Понятия не имею. Я давно его не видела. Только сейчас, когда случайно пнула ногой. Между прочим, было довольно больно.

Я вздрогнула, ощутив в глубине горла привкус пепла.

– Не сомневаюсь. – Я вздрогнула в ночной рубашке и пожалела, что не накинула халат. – Ты снова видела девушку? Ту, что с расплавленным лицом?

Она явно колебалась.

– Не совсем. Скорее почувствовала ее присутствие. Например, как папа знает, что ты рядом, еще до того, как увидит тебя.

Когда я не ответила, она сказала:

– Я не слепая. Ты делаешь то же самое, когда папа рядом. Можно подумать, такое можно скрыть. Особенно от меня. Я пишу музыку и тексты. Я более тонко чувствую человеческую природу, чем большинство людей. – Она пожала плечами, как будто это не имело большого значения. – Ты ведь можешь разговаривать с мертвыми. Просто мы так устроены, так почему бы нам не извлечь из своих талантов максимум выгоды?

Я пристально посмотрела на нее в тусклом свете из окон.

– Ты уверена, что тебе всего шестнадцать?

– И скоро будет семнадцать. – В ответ на мой намек на наш любимый фильм, который мы посмотрели вместе как