Имперская жена - Лика Семенова

которое испытывала, глядя на его трогательную белую спинку, украшенную маленьким изображением черного дракона. Его назвали «Поднявший голову». Мой малыш будет расти, и его дракон будет расти вместе с ним. Я все еще не могла поверить, что все это происходит наяву. Боялась, что однажды проснусь, хоть и прошло столько времени. Могла ли я, глядя на скалы с балкона на Альгроне, даже мечтать о том, что мой сын станет наследником высокого дома? И мама не могла.

Мы обе рыдали, когда я, наконец, связалась с ней по галавизору. Долго молчали, глядя друг на друга. Казалось, мы не виделись много-много лет. Она была все так же молода, так же красива. Теперь мы обе, наконец, были спокойны. Меня огорчало лишь то, что я не могу обнять ее, что она не может взять на руки своего внука. Кто знает, может, однажды мы сможем увидеться по-настоящему. Положение положением, но мама всегда останется мамой.

Я все время вспоминала, как унижал ее Марк Мателлин, и то, что его планам не суждено было сбыться, отзывалось во мне удовлетворением. Его «наградили» неотчуждаемым наместничеством на какой-то далекой планете, вынуждая убраться «с почестями». Как и Опира, под предлогом тайной деятельности в дипломатической палате. Место в Совете высокородных занял представитель одной из ветвей дома, не замешанный в грязных делах с Кольерами. Ирию выдали замуж за кого-то из Контемов — сбросить ее ниже было просто невозможно. О возвращении в Сердце Империи она могла теперь только мечтать. Говорили, что ее лицо так и не обрело былой красоты, несмотря на все усилия медиков. А женщины при дворе не переставали гадать, что именно могло случиться с ее лицом. Истинную причину знала только я. И, конечно, молчала. Мне было плевать, что станет с этой стервой.

Я уже битый час сидела перед зеркалом, дожидаясь, когда рабыни закончат прическу — Рэй специально купил для меня обученных девушек-асенок, творящих настоящие чудеса. Я терпеливо ждала, когда они прядь за прядью уложат длинные волосы в сложную конструкцию, украшенную сиурским жемчугом. Индат сидела в отдалении и просто наблюдала. Я время от времени поглядывала на нее, ловя восторженные взгляды. Индат больше не прислуживала мне. Работала в саду. И была счастлива, как никогда. Рэй сдержал обещание, данное мне в Кольерах — он выкупил Перкана. Марку Мателлину просто не оставили выбора. И выбирала уже Индат, потому что останется ли этот раб в нашем доме, зависело только от ее желания. И она пожелала. Я не верила, но оказалось, что их чувства были взаимными, несмотря на козни его бывшего господина. Мы не могли сочетать рабов браком, но они все равно могли создать семью и быть уверенными, что мы с Рэем ее не разрушим.

Девушки, наконец, закончили с прической, и я смогла подняться, чувствуя, как затекли ноги. Была ли я когда-то такой красивой — не знаю. Более блестящей от драгоценностей — точно нет. Нежно-розовое воздушное платье, похожее на пену из кристаллов, тугой расшитый корсаж, в котором было трудно дышать. Прическу украшала высокая бриллиантовая диадема.

Сегодня был важный день — официальное оглашение нашего нового положения. Хотя все обо всем уже знали. Как меня принимали? Не скажу, что были рады. Косо смотрели все: и женщины, и мужчины. Но демонстративное покровительство госпожи де Во быстро заставило всех если не считаться со мной, то проявлять должное моему положению почтение. Рэй говорил, что они перебесятся, когда пройдет злость. У меня не было оснований не верить ему.

Двери открылись — и пришли няньки с сыном на руках.

— Ваше сиятельство, господин Линнит готов.

Он спал, и в огромных руках пожилой вальдорки казался крошечным и беззащитным в своей первой голубой мантии. Он был еще таким маленьким, но уже таким важным. При взгляде на него у меня замирало сердце. Я могла часами просиживать у колыбели, глядя, как он спит, как длинные черные ресницы отбрасывают тени на нежные щечки. И я постоянно воображала, каким он станет. Как оградить его от имперского зла. Положение моего малыша обещало много соблазнов. Но я всей душой верила, что мы сможем воспитать достойного сына.

— Итак… — госпожа де Во вплыла без доклада — я знала, что она придет. — Вы готовы, моя дорогая? — Она просияла, глядя на Линнита: — Какая же чудная детка! Наконец-то я вижу эту крошку. Как же я скучаю по тому времени, когда мои дети были малышами. А теперь даже внуки выросли.

Я поприветствовала ее поклоном:

— Ваше сиятельство…

Она поджала губы:

— Нет, моя дорогая. Отныне вы должны приветствовать меня, как равную — оставьте поклоны Императору. Отныне станут кланяться вам. Вы супруга главы высокого дома. Никогда не забывайте об этом.

Она была права, но я чувствовала себя неловко.

— Итак, вижу, вы готовы. Прекрасно. Просто прекрасно. — Она тронула кончиками изящных пальцев мой рукав: — И мой вам совет: смотрите на них свысока — только так вы заставите эту свору уважать себя.

Я опустила голову. Я так переживала, что сегодня почти не спала. Казалось, госпожа де Во понимала меня.

— Наш мир навязывает свои правила. Играйте по ним, но не меняйтесь под них — это главное. Это единственный способ остаться здесь человеком. Советник очень верит в вашего мужа. А я верю в вас, моя дорогая.

Я кивнула — эта поддержка нужна была, как никогда:

— Благодарю, госпожа.

Она кивнула в ответ:

— Итак, надо торопиться — иначе наши мужья порвут нас в клочья своими злыми взглядами. И запомните: вы выходите отсюда одним человеком, но вернетесь совсем другим. И выше голову — даже ваш герб требует этого.

Я смотрела в необыкновенные глаза госпожи де Во, и этот солнечный взгляд придавал оптимизма. Я и сама понимала, что испуганной безродной девчонки с Альгрона больше нет. Ей здесь не место. Я больше не Контем. Больше не никто.

Мое имя отныне: Сейя из высокого дома Дагнис.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Конец