Титан и Титанида - Anne Dar

Я едва сдержалась, чтобы не встряхнуть головой в попытке развеять пугающие меня мысли о том, что однажды я могу увидеть самых дорогих мне Металлов погасшими и разорванными в клочья собственными чувствами…

– Ты чего? – Теона, с противоположной стороны украшающая ёлку оранжевыми деревянными фигурками в виде белок, вдруг ухмыльнулась.

– Скажи, что у тебя с Беорегардом всё в порядке.

– У меня с Беорегардом всё в порядке.

– Ты ведь знаешь, как сильно он тебя любит. Он без ума от любви к тебе. Ты нужна ему.

– Тебе стоит быть менее проницательной, знаешь?

– Знаю. Моя семья мне регулярно об этом говорит. Но, знаешь, мне плевать на непрошенные советы.

– Даже на мудрые?

– Раз речь о мудрых советах, вот тебе один: люби Беорегарда так же сильно, как он любит тебя. Потому что он этого достоин.

– Или потому что ты любишь своего дядю… – она попыталась ухмыльнуться, но вышло криво, и я сразу же перебила её.

– Доверься своему сердцу.

– Моему сердцу… – её рука зависла в воздухе с игрушкой в виде ёлочной шишки, которую она хотела повесить на уровне своего солнечного сплетения. – Я не думала, что мне будет так сложно наблюдать за Душаной. Она почти одного возраста с Теей, разница всего в полгода… Уверена, Беорегарду тоже непросто, но он… Улыбается при виде её, а я… Не могу. В октябре, когда Купава и Добромир на семь дней приходили с Душаной в Рудник, – я замерла. В октябре меня здесь не было, я вела отшельнический образ жизни на соседней горе… Старшие Металлы, очевидно, запамятовали рассказать мне об этом событии из пропущенного мной периода их жизни! Теона продолжала говорить: – Мне было особенно сложно… На медицинском обследовании девочки, знаешь ведь, выяснилось, что в её сердце содержится капсула с реактивом, который мы вводили в свои сердца искусственно, то есть… Я, Беорегард, Тристан – мы стали Металлами благодаря прямым вакцинам, не как ты… Мы думали, что сможем обратить детей, как тебя, но нахождение этой капсулы в сердце Душаны перевернуло всё. Получается, она может стать Металлом и без нашей помощи – достаточно правильно вскрыть капсулу: понимаешь, что это значит?

– Эм… – я растерялась. Добромир и Купава ходили в Рудник с Душаной осенью… И все дружно забыли рассказать мне об этом – попросту не успели из-за всех событий этой осени. Но ведь то, что Теона рассказала мне только что, безумно важно для металлического мира! Мне необходимо знать все подробности!

Так и не дождавшись от меня ответа, Теона продолжила:

– Вы рассказывали о том, что Конрада вёл через Дикие Просторы его дядя… Я часто думаю: кто-то когда-то однажды вернёт мне мою девочку, возьмёт её за руку и приведёт в мои объятья… Но… Быть может, она уже будет взрослой? Быть может, она проживёт к тому времени больше одного десятилетия? И возникает страшная надежда: я не хочу увидеть её состарившейся, не хочу, чтобы моя дочь явилась передо мной в теле, выглядящем старше моего… Если она такая же пятикровка, как Душана, что, скорее всего… – пятикровка?! Что это значит?! – значит, она тоже более живучая, нежели обычные человеческие дети, и значит, есть риск того, что она может вернуться к нам Металлом. У меня сжимается сердце от одной только мысли о том, сколь многое я рискую пропустить в её жизни! Её первые шаги, первые слова… Всю её жизнь!

– Теа найдётся… – я нервно моргнула.

– Мы с Беорегардом ни на миг не сомневаемся в том, что рано или поздно день встречи с нашей дочерью наступит! До тех же пор… – она нервно сглотнула, и я почти почувствовала ком боли в собственном горле. – Нам нужно продержаться…

Обычно я так не делаю. Не любительница я лишних тактильных контактов… И Теона прекрасно знает об этом. Поэтому тот факт, что я взяла её за руку, стоил для нас больше, чем все слова, которыми мы могли бы обменяться.

– Ты говорила: тебе была предсказана судьба Теи – её исчезновение и возвращение – ещё до того как ты обратилась в Родий, до того как составила пару с Беорегардом. Тебе предсказала сильная провидящая, на видениях которой был отстроен Рудник.

– Да… Но не все предсказания сбываются. Будущее изменчиво, ты ведь знаешь.

– Я знаю, что будущего у нас нет. Как и прошлого. Они фантомны. Настоящее у нас только настоящее, – и всё же я первой отстранила руку.

– У Спиро и Клэр скоро свадьба, – она наконец повесила стеклянную шишку на ёлку. – Они вместе всего ничего, а уже хотят детей.

– Не понимаю я этого.

– А я понимаю.

– Ты серьёзно? После всего, что произошло?

– Родительство – это чудо.

– Это чудо уничтожает вас.

– Ты просто ещё слишком юна.

– Я просто не вы.

– Я бы с удовольствием стала матерью вновь, вот только… Металлам крайне сложно зачать.

– Особенно когда у них напрочь отсутствует половая жизнь.

– Хватит. Быть. Такой. Проницательной.

– Хватит. Быть. Такой. Сильной.

– Что ты имеешь в виду? – она явно удивилась моим словам.

– Сдайся Беорегарду. Ведь он единственный, кому ты можешь сдаться.

– Он и так слишком сильно пострадал…

– Твоя позиция “я спасу себя сама” добивает и тебя, и его. Позволь ему спасти тебя и тем самым спаси его. Я понятно объяснила?

Она едва уловимо, положительно кивнула головой и чуть хмыкнула. Она поняла меня. А я её нет. Как можно хотеть детей – в принципе для меня непонятно, но как можно хотеть детей с её опытом на родительском поприще – то, что для меня непонятно в квадрате. Или я отбитая, или она сумасшедшая, но скорее – одно не исключает другое.

Глава 39

Вечер серьёзных разговоров был хотя и немного напряжённым, однако интересным. В этот раз много говорил Беорегард, так как именно он владел большим количеством новой и крайне важной информации.

В Парадизаре сменилась власть: вместо Осы Сэвиджа там теперь правит Лив Киттридж, при которой тоталитаризм хотя и продолжает цвести, всё же Паддок и Конкур не возобновили своё существование. Мускулы Джекки ходили ходуном, пока Беорегард делился новостями из этой точки света.

На Камчатке всё тихо: после падения Замка и Великого Металлического Исхода на тех землях, похоже, ничего и никого значительного не осталось.

Дилениум интереснее. Там кипят страсти.