Фетиш - Тина Альберт

– Ты прав, – киваю я, чувствуя, как предательски дрожит подбородок. – Нам лучше не видеться больше.

Разворачиваюсь и быстро выхожу, пока не передумала. Его молчание бьет по спине больнее любых слов.

Глава 27

Одри

Джейсон хочет, чтобы я развелась с Дэйвом. Звучит так просто. Но он не понимает… Никто не понимает, насколько все сложно. Я и сама не могу объяснить, почему не могу просто подать на развод. Что-то держит меня. Страх? Чувство долга? Или это связано с тем, что случилось два года назад?

Мысли путаются в голове, как спутанные нити. Каждый раз, когда я пытаюсь распутать этот клубок, становится только хуже. Проще загрузить себя работой, чем разбираться в том, что творится в душе.

Сижу, уставившись в монитор, когда стук каблуков Аманды вырывает меня из глубокой задумчивости. Её появление в дверях моего кабинета сопровождается легким ароматом её парфюма.

– Ты подготовила презентацию для Уолтер Групп? – её голос звучит непривычно напряженно.

– Я… что? – моргаю несколько раз, пытаясь вернуться в реальность. Глаза болят от долгого сидения перед экраном.

– Презентация. Уолтеры. Завтра, – чеканит она каждое слово. – Скажи, что ты не забыла.

Чувствую, как холодок пробегает по спине. В голове полная пустота относительно любых презентаций.

– Боже, Одри! – Аманда подходит ближе, её каблуки отбивают нервный ритм по паркету. – Где витают твои мысли? Или правильнее спросить – о ком?

Я машинально пытаюсь закрыть окно браузера, но поздно – Аманда уже видит результаты поиска по имени Виктории Винсент. Десятки статей о её загадочной смерти пестрят на экране.

– Серьезно? Ты одержима женой Джейсона? – в её голосе слышится смесь раздражения и беспокойства.

– Это не то, что ты думаешь, – защищаюсь я, чувствуя, как краснею при упоминании Джейсона. – Что-то здесь нечисто, Аманда. И да, может быть, я немного увлеклась, но…

– Немного? – она приподнимает бровь. – Ты пропустила подготовку важнейшей презентации года ради расследования старого дела?

Я виновато опускаю глаза, но Аманда неожиданно смягчается.

– Слушай, – говорит она, присаживаясь на край моего стола, – у Стива есть друг-патологоанатом. Может, он сможет пролить свет на эту историю.

– Правда? – я подскакиваю на месте, но Аманда останавливает меня жестом.

– При одном условии – ты немедленно берешься за презентацию. И никаких возражений!

– Ты лучшая! – я обнимаю подругу. – Обещаю, презентация будет готова к утру. И… спасибо.

– Только не говори потом, что я потакаю твоему помешательству, – ворчит Аманда, но я замечаю, как предательски дергаются уголки её губ в попытке сдержать улыбку. – И постарайся не думать о Джейсоне… хотя бы следующие пару часов.

Я чувствую, как щеки заливает предательский румянец, и торопливо отвожу взгляд к монитору. Сейчас действительно нужно сосредоточиться на работе, а не на мыслях о нем.

***

После изматывающей рабочей недели выходные накрывают меня долгожданной волной облегчения. Позавчера я до полуночи пыхтела над презентацией, глотая остывший кофе и проклиная свое обещание Аманде. Но сейчас, когда файл благополучно отправлен ей на почту, я чувствую приятную легкость во всем теле.

Сегодня утром Дэйв будит меня нежным поцелуем в висок.

– Просыпайся, соня. Предлагаю сбежать на завтрак в город, – шепчет он, поглаживая мое плечо.

Теплые губы Дэйва касаются моей щеки, вырывая из сладкой дремоты. Сквозь полуприкрытые веки вижу его улыбающееся лицо, залитое утренним солнцем. Он выглядит таким домашним в своей белой футболке, с взъерошенными после сна волосами.

– Но у меня же работа… – начинаю я привычно отнекиваться.

– Ты слишком много работаешь, дорогая. Давай просто проведем время вместе, – в его голосе слышится легкая грусть.

Что-то екает внутри от этих слов. Он прав – в последнее время мы как два корабля, проплывающие мимо друг друга в ночи. Отношения требуют работы, напоминаю я себе. Дэйв старается, и мне тоже стоит приложить усилия. Может быть тогда образ Джейсона перестанет преследовать меня в мыслях.

Я киваю, и его лицо озаряется улыбкой.

Спустя час мы уже в "Sweet Morning". Кофейня наполнена звонким детским смехом и запахом свежей выпечки. Устраиваюсь в мягком кресле, рассеянно наблюдая за посетителями. Вокруг нас удивительно много семей – молодые мамы с колясками, счастливые пары с детьми разных возрастов. В углу оборудована детская площадка с яркими игрушками, где малыши могут резвиться, пока родители наслаждаются своими капучино.

Мой взгляд притягивает пара за соседним столиком. Их крошечная дочка, едва ли старше года, восседает в высоком стульчике, с упоением размазывая фруктовое пюре по пухлым щечкам. Родители обмениваются влюбленными взглядами, папа бережно вытирает личико малышки салфеткой, пока мама спешит запечатлеть момент на камеру телефона. В их простом семейном счастье есть что-то настолько подлинное, что у меня щемит сердце.

"Почему мы зашли именно в это место?" – этот вопрос крутится в моей голове с того момента, как Дэйв предложил зайти сюда выпить кофе. Это совсем не похоже на наши обычные места.

Через пару столиков от нас я замечаю семью. Маленький мальчик, лет трёх, с золотистыми кудряшками увлечённо рассказывает что-то своему отцу, размахивая пухлыми ручками и рассыпая крошки от печенья. Его мама, молодая женщина в белом свитере, смотрит на них с такой всепоглощающей нежностью, что у меня внутри что-то болезненно сжимается. Я торопливо отвожу взгляд, но Дэйв уже заметил направление моего внимания.

– Как ты смотришь на это? – его голос звучит мягко, но я сразу напрягаюсь.

– На что именно? – я делаю вид, что не понимаю, хотя прекрасно знаю, к чему он клонит.

– На детей, Одри. На собственных детей.

Дэйв выбрал это место неслучайно, теперь я понимаю.

Я со звоном ставлю чашку на блюдце. Кофе выплёскивается на скатерть.

– Серьёзно? Мы женаты всего четыре месяца, а ты уже заводишь этот разговор? – мой голос дрожит от возмущения.

– Именно потому, что мы семья, мы должны говорить об этом, – Дэйв подаётся вперед, его карие глаза смотрят внимательно и серьёзно. – Я хочу знать, как ты видишь наше будущее.

Я нервно кручу обручальное кольцо на пальце.

– Я… я совершенно не готова к детям, Дэйв. Это просто не моё.

– Дело не в готовности, – он качает головой, и теплый свет от винтажной люстры отражается в его карих глазах. – Важно другое.

– Что? – мой голос звучит тише, чем я хотела бы.

– Хочешь ли ты этого в принципе.

Я чувствую, как к горлу подкатывает ком, а ладони становятся влажными. За соседним столиком молодая мама кормит малыша с ложечки, и этот простой жест почему-то вызывает во мне почти физический дискомфорт.

– Нет.