Клуб "Калифорния" - Белинда Джонс

— Я не буду спать с ним! — выпалила Зои, пока мы ехали в такси по бульвару Сансет.

— Тебя никто и не просит, — заверила ее я, тихонько добавив себе под нос: «Пока что».

— Я, правда, так думаю. Знаю, мне этого хотелось, когда мне было пятнадцать, но сейчас я просто хочу иметь возможность рассказывать всем, что мы пили коктейли в отеле «Беверли-Хиллз» с какой- то знаменитостью. Разве это плохо?

Я сказала, что это очень даже приемлемо — «Однажды в Лос-Анджелесе…».

— И в то же время что-то в нем есть, да? Помнишь, у меня был такой плакат, где он с обнаженным торсом стоит под струями дождя? Я каждый раз перед сном целовала его в пупок!

Я украдкой взглянула на Зои. Может, ей нужно именно это — соприкоснуться кожей со звездой, чтобы понять, что на самом деле не существует черты, которая отделяла бы знаменитость от простых смертных.

— Розовый дворец! — известил нас шофер, когда мы свернули с дороги и растворились в сочной зелени, которая служила отличительным признаком проезда к отелю.

— Это такое знаменитое место! — воскликнула Зои. — Не могу поверить, что мы тут!

Впереди нас двигался «бентли», а сзади — лимузин, когда мы подъезжали к бетонному навесу, увитому плющом. Я быстро расплатилась с водителем, и мы вместе с Зои ступили на красную ковровую дорожку. Но бюст Зои, обычно гордо поднятый, слегка опал уже после первого шага.

— Я не могу зайти внутрь в этой футболке! — воскликнула она.

Удивительно, что я совершенно об этом забыла.

Она огляделась, словно где-то в листве мог болтаться бесхозный топик от Гуччи.

— У меня нет шерстяной шали или чего-то в этом роде, чтобы одолжить тебе, — извинилась я.

В отчаянии Зои потянула Эдди за нос и завернула ткань так, что лицо перекосилось и превратилось в неузнаваемое расплывчатое пятно.

— Ну как?

— Выглядит, словно у тебя еще один сосок, — вынуждена была признаться я, ущипнув за острый краешек узелка.

— А что, если я переверну задом наперед? — предложила Зои.

Очевидно, мы были уже одинаково пьяны, поскольку мне это показалось хорошей идеей, как будто девушка, пытающаяся перевернуть крошечный топик, привлечет меньше внимания, чем футболка с каким-то потрепанным стариканом.

— Все в порядке, мэм? — портье попытался скрыть свое возмущение.

— Да! Вот если я только могла бы… — Зои сделала еще один рывок, в процессе показав портье часть своих прелестей.

— Ну вот! — Она торжествовала, а потом взглянула на меня в поисках одобрения. — Нормально?

— Отлично, — сказала я. Многие серферы в Ла-Хойа именно так завязывают топики сзади.

Кажется, Зои хотелось услышать нечто другое, так что я добавила:

— Ты только подумай, если здесь рыскают агенты в поисках актеров для долгожданного продолжения фильма «На гребне волны», то ты будешь первой в списке.

— Ты права! — сказала Зои, взяв меня за руку, когда мы уверенной походкой зашли в вестибюль.

Первым делом мы заметили фирменные обои в листьях банана, дальше — трехъярусный канделябр, его золоченые лепестки придавали залу еще большую роскошь. Было ощущение, что в любой момент могла бы появится Лана Тернер.

— А если газетчики узнают? — Зои тщательно изучила пальмы в горшках на предмет фотоаппаратов папарацци. — Прикинь, я ведь могу стать знаменитой героиней какой-нибудь скандальной статьи в одном из таблоидов.

— Для начала им придется опубликовать сенсационную статью под названием «А где они сейчас?», — пробормотала я, пока мы пытались найти лифт.

— Ну, очевидно, дела у него идут хорошо, раз он остановился в таком местечке.

— Это не он платит, а кинокомпания, — напомнила я.

— Тем не менее… — Зои пожала плечами и вытянула руку, чтобы нажать на кнопку вызова лифта. Ее палец замер в паре сантиметров от кнопки, так как она услышала смех и звон стаканов.

Я проследила за ее взглядом в фойе. Там, казалось, все еще была в разгаре какая-то частная вечеринка.