Близость - Элизабет Гейдж

Она впустила Тони. Тот внимательно осмотрел гостиную, заметив снимки дочери Росса, самой Лесли и Лесли с мужем. У стены стояли инвалидная коляска и «ходунки», которыми иногда пользовался Росс.

— Как здоровье мужа? — спросил Тони.

— Неплохо, — неохотно ответила Лесли, поднимая глаза. Тони улыбнулся, быстро обретя самообладание. Лицо приобрело стандартно-угодливое выражение, присущее страховым агентам и коммивояжерам.

Он сочувственно посмотрел в глаза Лесли.

— Сожалею о твоем муже.

Лесли молча уставилась на Тони, не в силах поверить, что теперь, после всего случившегося, они могут спокойно стоять и беседовать о страховых полисах. Какой бессмысленный каприз судьбы свел их сегодня? Какая зловещая ирония в том, что именно болезнь Росса заставила снова пересечься их пути!

— Спасибо, — кивнула она. — Ты очень добр.

Лесли знала, что похудела и выглядит старше. Интересно, какой он ее видит? Случившаяся трагедия оставила на Лесли свой след, точно так же, как на Россе. Сегодня утром она сама видела это в зеркале собственными глазами.

Но вдруг Лесли стало стыдно, о чем она думает! Не хватало еще заботиться о том, как она выглядит в глазах Тони Дорренса! Он больше для нее не существует!

— Мне пора уходить, — резковато бросила Лесли. — Почему бы тебе не прислать свое предложение по почте? Я обсужу его с мужем, и мы посмотрим.

— Конечно, — кивнул Тони, — прости, что побеспокоил.

Но взгляд не был извиняющимся, скорее, оценивающим. Странная жесткая энергия поблескивала в этих зрачках. Лесли прошла вперед и открыла дверь.

— Ну что ж, — сухо бросила она, — до свидания.

Тони протянул руку, Лесли нерешительно пожала ее, и, прикоснувшись к его ладони, поняла, что перед ней все тот же, прежний Тони, и вспыхнула.

— Какая нелепость, — улыбнулся он почти дружески. — Я имею в виду: встретиться вот так.

Лесли сдержанно улыбнулась. Почему-то эти слова показались ей слишком самоуверенными.

— Никогда не думал, что увижу тебя на этом свете, — продолжал Тони.

Лесли ничего не ответила.

— Ладно, — кивнул он, поворачиваясь на каблуках со странной развязностью, — я немедленно пришлю тебе все документы. Это хорошее предложение. Уверен, что твой муж будет доволен.

Лесли подумала, что и это заявление выглядит весьма провокационно, и даже не улыбнулась.

Тони шагнул к выходу, но тут же остановился, и Лесли отчетливо увидела, что происходит сейчас в его мозгу. Тони, неожиданно обернувшись, болезненно поморщился.

— Послушай. Я понимаю, сейчас не время и не место. Но то, что было между нами, Лесли…

Очевидно, ему было не по себе. Но Лесли все-таки показалось, что в глазах блеснуло нечто похожее на торжество. Тони прекрасно знал, как много значил для нее когда-то.

— Ты прав, — согласилась она. — Но все это древняя история, Тони. Не стоит мучиться из-за этого.

Она говорила твердо, в голосе слышалось явное пренебрежение.

Разрываясь между ролью вежливого агента и интимными воспоминаниями, связывающими его с Лесли, Тони попросту пожал плечами и направился туда, где стояла его машина. Лесли заметила следы былой развязности в том, как он швырнул портфель на заднее сиденье и захлопнул дверь.

Она долго смотрела вслед, стоя в дверях, пока он не отъехал. Потом тщательно заперла дверь и села в автомобиль. Только взявшись за рукоятку переключения скорости, она поняла, как сильно трясутся руки. Раздраженно фыркнув, Лесли подала машину назад, но почему-то из горла вырвалось рыдание. Взглянув на зеркальце заднего обзора, Лесли с удивлением заметила, что по щекам струятся слезы.

Днем Лесли заехала, как обещала, за Россом и повезла его в офис, что часто делала в последнее время. Он поболтал со служащими, справился о проделанной работе, — чистая проформа, как знали все в офисе, — а потом они вернулись домой. Они поужинали вдвоем, и Лесли делала все возможное, чтобы скрыть, как взволнована. Но Росс всегда чувствительный к перемене ее настроений, заметил, что жена расстроена.

— Что-нибудь случилось, дорогая? — спросил он.

Лесли заметила в глазах мужа тревогу и сочувствие.

Он всегда беспокоился, что слишком обременяет ее своей болезнью.

— Ничего особенного, — пробормотала она, потянувшись к его руке.

Росс слабо сжал ее пальцы, но не стал настаивать. Болезнь не сделала Росса менее тактичным или проницательным.

— Пойдем со мной, — попросил он после ужина.

Росс повел Лесли в спальню, позволил помочь ему лечь и раскрыл объятия. Лесли примостилась рядом, и он прижал ее к себе.

— Девочка моя, — пробормотал он.

Лесли, почувствовав, как слезы жгут глаза, спрятала лицо на груди мужа.

— Тебе так много пришлось перенести из-за меня, — шепнул он.

— Нет, Росс, — покачала головой Лесли, — не ты, виноват, а болезнь.

— Девочка моя, — повторил он, нежно лаская Лесли. И только сейчас, сама не зная почему, она дала волю слезам. Плечи сотрясались от молчаливых рыданий. Росс осторожно сжал ее, стараясь притянуть еще ближе.

— Я все знаю, — вздохнул он.

Лесли кивнула и тоже обняла мужа. Он никак не мог знать, что происходило в ее мозгу, и считал, что жена переживает стресс, после всего, через что ей пришлось пройти за шесть месяцев его болезни. Росс никак не мог представить, что прошлое властно вторглось в жизнь Лесли, омрачив ее существование, заставив осознать, как далеко она зашла тогда в своем ослеплении, и сколько пришлось из-за этого страдать.

Но теперь это не имело значения — его объятия не стали менее нежными, любовь — менее искренней. И, как ни странно, понимание не стало менее глубоким оттого, что Росс не знал, что творится в ее сердце.