Наваждение - Аманда Квик

— Добрый день. — Шарлотта улыбнулась всем присутствующим, но сперва обратила взгляд на Бакстера. — Я вижу, у вас гости.

— Они уже собрались уходить, — бесцеремонно заверил ее Бакстер. — Не знал, что ты здесь, Шарлотта. Где, черт побери, Ламберт? Пусть принесет чай или еще чего-нибудь.

— По-моему, он сидит у парадной двери и не собирается больше вставать, — сказала Шарлотта.

Ариэл рассмеялась:

— Он говорит, что со всеми этими посетителями ничего не успевает делать.

Гамильтон усмехнулся:

— Мы все пришли благодарить Бакстера, а он указал нам на дверь.

— У меня дела! — прорычал Бакстер. Его никто не слушал.

— Какое совпадение! — воскликнула Ариэл и озабоченно продолжила:

— Кто бы мог подумать, что все так окончится?

— Да. — Гамильтон хмыкнул. — Маг и не подозревал, что в результате всех его махинаций на сцену выйдет Бакстер — его заклятый враг.

— А я другого мнения. — Шарлотта водрузила ридикюль на стол. — Мне кажется, он предвидел участие Бакстера в этом деле и усмотрел в нем перст судьбы.

Гамильтон вскинул брови.

— Возможно, и так.

Ариэл это предположение показалось любопытным.

— Я вспомнила, что сказала мне Шарлотта в тот день, когда спасла Джулиану Пост. Она обмолвилась, что видела карту с изображением смерти на полу ее гостиной. Мисс Пост утверждает, что она всегда предсказывала колдуну только удачу. Но в тот день она случайно предопределила его истинную судьбу.

Розалинда поежилась.

— От всего этого просто дрожь берет.

Бакстер нахмурился:

— Что за чушь! Мисс Пост говорила, что не вытаскивала эту карту. Должно быть, та случайно упала на пол, когда Морган потащил ее к дивану.

Гамильтон прищурился:

— А может, и не случайно.

— Да, такой знак — не простое совпадение, — согласилась Розалинда не без злорадства.

— Все это говорит о вмешательстве некоей потусторонней силы, — заявила Ариэл.

— Да, все это более чем странно, — промолвила Мериэнн.

— Довольно, хватит! — рявкнул Бакстер. — Все, что случилось, — результат естественного хода событий, не более.

— Что вы хотите этим сказать? — спросила Ариэл.

— Бакстер прав в одном, — ответила за него Шарлотта. — Во всем, что произошло, была логическая неизбежность. Морган Джадд прекрасно понимал, что, допуская Гамильтона в свой клуб, он привел в движение определенные механизмы.

Мериэнн нахмурилась:

— Почему вы так говорите?

Шарлотта взглянула на нее.

— Джадд знал, что, заманив в «Зеленый стол» Гамильтона, он рано или поздно привлечет этим внимание Бакстера. Ему нравилось рисковать. Думаю, он нарочно хотел дать знать Бакстеру, что выжил после пожара в Италии. Хотел восторжествовать над ним, доказать, что он самый хитрый и умный из двух естествоиспытателей. И конечно же, желал отомстить.

— Понятно. — Гамильтон склонил голову набок, раздумывая над этим. — Понимаю, почему Джадду не терпелось доказать свое превосходство. Но с чего он решил, что Бакстера заботит моя судьба?

Шарлотта криво усмехнулась:

— О, я уверена, ему и в голову не приходило, что Бакстер попытается вытащить вас из «Зеленого стола», а тем более станет спасать вашего друга Норриса. Джадд думал, что Бакстер иссушил свою душу затаенными обидами и злобой, как и он сам. Но был твердо уверен, что этим привлечет внимание Бакстера, а ему только это и надо было.

— И даже несмотря на то что Бакстер представлял угрозу его планам? — спросила Розалинда.

— Он собирался убить Бакстера после того, как продемонстрирует свои недюжинные способности. — Шарлотта слегка пожала плечами. — Джадд сам оказался себе злейшим врагом. Тщеславие, злоба и жестокость превратили его характер в адскую смесь, которая разъедала его изнутри, подобно едкой кислоте.

Розалинда задумалась.

— Так или иначе Бакстер ввязался бы в это дело, даже если бы я и не просила его расследовать убийство Друсиллы?

— Совершенно верно, — ответила Шарлотта. — И я бы все равно оказалась втянутой в эту игру, поскольку миссис Гескетт являлась моей клиенткой. Мне необходимо было узнать, замешаны ли в ее смерти бывшие поклонники, о которых я наводила справки. — Она улыбнулась Бакстеру. — Единственное, чего нельзя было заранее предусмотреть, — что мне понадобится новый поверенный в делах.

— И Бакстер нанялся к вам на службу, — подытожила Розалинда.

Бакстер отбросил щетку в сторону.

— Даже если бы не понадобился поверенный, я бы все равно столкнулся с Шарлоттой — след вел прямо к ней.

Гамильтон изогнул бровь и промолвил замогильным голосом:

— Судьба или естественный ход событий — кто знает?

— Я знаю, — решительно заявил Бакстер. — И скажу вам, что во всей этой истории нет ничего, что не объяснялось бы логикой. На этом разговор окончен. Я желаю, чтобы вы немедленно покинули мою лабораторию. Убирайтесь.

— Слышали его?! — радостно воскликнул Гамильтон. — Наше присутствие здесь нежелательно. Что ж, придется идти.

Бакстер с мрачным удовлетворением наблюдал, как толпа направляется к двери. И вдруг заметил, что Шарлотта тоже собралась уходить.

— Черт побери, Шарлотта, я не имел в виду тебя. Мне надо сказать тебе пару слов.

Она остановилась и выжидательно посмотрела на него.

Гамильтон покачал головой с печальной укоризной, выпроваживая всех в дверь.

— Бакстер, нам обязательно надо будет побеседовать с тобой о хороших манерах.

Бакстер почувствовал, как его лицо заливает краска смущения.

— Будь любезен, попроси Ламберта принести чай в лабораторию, — сердито проворчал он.

— Да, и еще не забыть бы поговорить с тобой насчет твоей прислуги, — бросил через плечо Гамильтон.

Бакстер подождал, пока за ними захлопнется входная дверь, и поднял глаза на Шарлотту, Девушка насмешливо улыбалась.

— О чем ты хотел говорить со мной, Бакстер?

Он откашлялся. Потом снял очки и принялся протирать стекла платком. Так будет проще, подумалось ему. Теперь, когда ее лицо расплывалось, как в дымке, и он не мог различить, что таит в себе взгляд прекрасных глаз, ему удастся выстроить свои доводы, как подобает.

Бакстер принялся ходить взад и вперед по комнате.

— Ты, наверное, помнишь, как в позапрошлую ночь мы с тобой стояли на крыльце особняка Моргана Джадда.

— Да, и вряд ли когда-нибудь забуду эту ночь.

— Но, возможно, ты не помнишь точно, что говорила тогда.