Падающая звезда - Любовь Блонд

На экране сканера неожиданно возник еще один объект и почти сразу исчез. Через минуту странная точка снова появилась, на этот раз задержалась на несколько секунд и исчезла.

— Похоже мы добили сканер. — Разочарованно произнес Паппей, отвлекаясь от визуального слежения за захватами.

— Тогда забирай зонд и летим отсюда. — Приказал капитан. — Надо как можно скорее покинуть это проклятую зону и вернуться в безопасное место. Нам еще корабль надо запустить.

Сканер еще несколько раз подал признаки присутствия какого-то объекта, но замолчал под тяжелым взглядом капитана. Наконец, Паппей торжественно сообщил, что зонд зафиксирован и готов к транспортировке. В этот же момент в отсвете пульсара прямо по курсу что-то блеснуло и сканер снова ожил.

— Что за чертовщина! — Воскликнул Макс и почти носом уперся в иллюминатор атока. — Еще один зонд?

Вся команда устремила взгляды вперед, пытаясь разглядеть во мраке космоса и отсветах космического тела небольшой объект. Он медленно плыл по орбите пульсара прямо навстречу студенческому кораблю.

— Это определенно не зонд. — Пробормотал Макс и бросился смотреть данные сканера. — Это точно не зонд, это корабль! — Заорал он на весь аток. — Черт меня дери, мы нашли корабль-призрак!

Два корабля неизбежно приближались друг к другу. Очень скоро можно было разглядеть очертания незнакомца. Стандартная модель, старая, но еще вполне рабочая. Хоть сканер и сходил с ума, но смог определить модель почти одновременно с Максом.

— Это «пирожок». — Макс ткнул пальцем в экран, пытаясь считать данные. — Интересно, какой из десятков пропавших? Сканер не видит никакой активности, давно тут болтается, один корпус наверно остался. А хотя, постойте, что-то есть… или нет.

— Мы же у пульсара. — Паппей закатил глаза на манер землянина, в сотый раз напоминания, где они находятся.

— Может просто очень слабый сигнал жизнеобеспечения.

— Ну конечно. На таком расстоянии мы аток увидеть можем, а сигнатуру активности не можем. — Глисадинец смотрел в окно, прикидывая, как можно захватить такую махину. — Ну что, капитан, какие будут приказы?

— Отпускай зонд и готовься к захвату корабля. — Без колебаний приказал Йоллти. — Даже если он выжжен изнутри, это найденный корабль. Экзамен у нас с вами в кармане. А может и повышение получим сразу.

Два дня потребовалось команде, чтобы захватить найденный корабль и отбуксировать его на безопасное расстояние. Автономная система жизнеобеспечения была почти на исходе, когда корабль отошел достаточно далеко от пульсара, чтобы включить все системы. В какой-то момент капитану казалось, что они вот-вот разделят участь найденного корабля, но когда приборная панель привычно загорелась, а данные об ошибках и неисправностях не вызвали приступ паники, вся команда смогла вздохнуть с облегчением.

Дорога домой после такого испытания уже не казалась сложной. Черт, да они у пульсара корабль нашли! Надо срочно возвращаться на Эо и получить свою минуту славы. Но помимо предвкушения победоносного возвращения, абсолютно всех на корабле волновал один вопрос: что за корабль они нашли? Посему, как только включились все системы и был проведен небольшой ремонт, Йоллти с командой попытались провести диагностику найденыша. Удаленно это сделать не удалось, корабль и в самом деле выжгло изнутри. Визуальные данные капитан передал на Эо и Лиин, но они тоже не смогли определить его происхождение.

Тогда было принято решение перейти на него. В команду исследователей вошли капитан, Макс и кэнсиец Уо. Остальные остались на корабле, готовые получить сигнал, в случае, если получится запустить приборную панель.

Трудности начались с самого начала — входной люк, который на нормальном корабле открывается от нажатия двух кнопок, не работал. В ручном режиме тоже не хотел поддаваться. Все спеклось за десятки лет. Тогда Макс использовал старый земной способ — монтировку покрепче и пару матерных выражений. За годы совместного существования Альянса и Земли, земляне лучше всего научились ругаться на всех возможных языках и диалектах, а вот учить языки целиком ленились. Да и зачем, если переводчик в ухе сделает свою работу?

В конце-концов, под физическим натиском Макса, люк поддался и запустил исследовательскую команду. Внутри ни кислорода, ни давления, абсолютно ничего. Тьма и смерть. Чтобы с непривычки не ударится в невесомости и мраке, пришлось медленно и очень осторожно пробираться к атоку. Это заняло уйму времени и нервов. Вроде и студенты-выпускники, а боялись каждой повисшей в воздухе мусоринки, принимая за останки тел.

Аток мало отличался от остального корабля — мрак и невесомость. Макс почти на ощупь ползал среди панелей и где-то через час удача соблаговолила ему. Сначала в гулкой тишине загудели диагностические платы, потом загорелись огни панели управления и в последнюю очередь, с гулким шумом, запустилась система жизнеобеспечения. Корабль медленно оживал под ликующие крики Макса и сдержанные хлопки капитана. Похлопать в ладоши, если что-то получилось — чисто земная привычка. Йоллти таким образом показывал свое почтение умениям механика.

Примерно полчаса потребовалось старому кораблю, чтобы прийти в себя. Конечно же на приборной панели загорелись абсолютно все тревожные кнопки. Просто ужас для капитана и техника. Макс по очереди их отключал, считывая данные на планшете.

— Это лиинский корабль, — произнес он, уткнувшись в экран, — и он, ребятки, очень-очень давно пропал.

Йоллти заглянул в экран и смог произнести только «ого». Уо, посмотрев данные, выдержанно промолчал.

— Так, ну что, кислород есть, давление есть, температура поднимается. Пройдемся по кораблю? — Глаза Макса горели в предвкушении потрясающих находок.

Но ничего необычного в ходе разведывания не попадалось. Каюты были пустые, технические отсеки тоже. Уо больше всего боялся неожиданно наткнуться на истлевшие тела команды и пассажиров, но удивительным образом на всем корабле не обнаружилось ни одного тела. Макс предположил, что команда могла спастись, бросив корабль. И эта теория вполне устраивала неподготовленных к таким приключениям студентов.

Корабль оказался абсолютно пустым. Команда и в правду бросила его в разгар полета. В каютах остались чьи-то вещи, питание, давно пришедшие в негодность, хранилось на своих местах. В грузовом отделении тоже было пусто. Либо корабль ничего не перевозил, либо груз перенесли при эвакуации.

Макс был откровенно расстроен, Уо радовался, что не увидел тел и только Йоллти был задумчив. Они вернулись на аток в надежде считать маршрутные данные, но подключенный планшет все еще выдавал критическую ошибку.

— Что за чертовщина? — Макс снял шлем скафандра и почесал затылок. — На приборке нет никаких ошибок.

И в самом деле, приборная панель была девственно чистой, хоть прямо сейчас отцепляй корабль и лети. По диагностике была неисправность, но не представляющая угрозы для корабля.