Автор его победы - Юлия Галл

— Думаешь, о нем будут помнить, когда он исчезнет? Будут его искать?

— Я думаю магия, что выйдет из сферы, сотрет следы его пребывания, подстроит мироздание под привычный ритм жизни, и никто не вспомнит о нем.

Вздрогнув, Ника вскочила, схватила телефон. Пальцы заскользили по сенсорному экрану, и уже через мгновение она открыла галерею. Вот они на дискотеке, а вот на крыше высотки, а вот…

На экране фигура мужчины рядом с девушкой подернулась дымкой и стала медленно таять.

— Нет, нет, нет!

Ника листала фото, но везде видела свою одинокую фигуру. На телефон пришел вызов от Маринки, и, приняв звонок, Ника, даже не сказав привет, взмолилась:

— Скажи! Скажи, что ты его помнишь!

— Кого? — подруга растерянно зависла на другом конце звонка.

— Ратмира, мужчину, что сегодня приходил со мной к тебе на завтрак!

— Ника, о чем ты? Сегодня утром ты была одна.

— Одна?

— Да… У тебя все хорошо? Ты не заболела?

— Заболела? Да, что-то мне нехорошо…

— Солнышко, выпей противовирусное и ложись спать. Я забегу к тебе завтра после работы.

— Хорошо.

Не спросив подругу о причине звонка, Ника отключила телефон и прошла к себе в спальню. Рядом с кроватью стояли ее сумки, ноутбук лег на рабочем столе и, подойдя к нему, она включила его и открыла папки с историей Рэтмира.

Домой… Он вернулся домой…

Как было глупо мечтать и надеяться, что она может его заинтересовать. Что он может полюбить ее…

Позвать с собой… Он знал историю, что она писала с самого начала. Она стала ключом, что открыл ему путь домой. Она была одной из его коллекции чудес, словно та же самая бабушка Нина, или Григорий с Мишей…

Он ушёл сам писать свою историю. Так категорично возражал против любовной линии…

Написать продолжение? Ника усмехнулась.

— Вы победите всех, Ваше Высочество, и будете жить долго и счастливо.

Она писала эпилог, как автор, создавая для Рэтмира идеальное будущее. Победа над Лесаром, освобождение родителей, признания их силы другими королевствами, изгнание Ле Вильмонов и долгую счастливую жизнь в кругу семьи.

Это не стало отдельной историей, это не стало открытым концом. Она создала героя, в которого так неосторожно влюбилась, и настало время закрыть последнюю страницу и попрощаться. Со своими чувствами, надеждами, планами… Ратмиром.

Поставив точку, полностью опустошенная направилась в туалет. Посмотрев на телефон, вздрогнула и, схватив его, в надежде набрала номер Ратмира.

— Номера не существует.

Ника набрала телефон Бориса, прошли гудки и заспанный мужской голос ответил:

— Слушаю.

— Горский Ратмир Олегович.

— Простите, здесь таких нет.

Звонок сбросили. А Ника, словно потеряв последнюю надежду, шаркая ногами, поплелась в ванную. Стараясь не смотреть на себя в зеркало, почистила зубы. Умылась, переоделась в новую пижаму и медленно прошла к кровати. Лиза постелила постель, на подушке лежала открытка с пожеланиями крепкого сна, и, укрывшись одеялом, Ника застыла.

Её все оставляют. Все, кого она искренне любит, уходят от нее. Сначала мама, потом бабушка, а теперь и Ратмир.

— Ты просто глупая, наивная девчонка, — неожиданно зло прошептала Ника. — Ты влюбилась в мираж, сказку, вымысел, который сама же себе и создала. Завтра ты забудешь его! И это будет правильно! Потому что он тебе не пара! Он принадлежит другому миру, а ты этому!

Вот только с каждым словом, боль в груди расплывалась все больше и в результате вылилась в громкие рыдания. Уткнувшись в подушку, Ника пыталась справиться с вновь обрушившимся на нее одиночеством и, только выплакав все свои слезы, забылась сном без сновидений.

* * *

А в замке восьмого королевства, у черного монумента в виде книги, сверкнула сфера, рассыпаясь тысячью искр, и каждая искорка словно переносила тело мужчины домой. Оракулы встрепенулись, Нордик и Элрик вскочили, ожидая полной трансформации своего принца.

Магистр видел, как Рэтмир стоял, подняв лицо к небу, и замечал, что магия Оракулов меняет его, подстраивает под мир магии. Лицо мужчины становилось моложе, ведь он покинул дом всего меньше двух лет назад. Одежда так же менялась, и из странного костюма трансформировалась в дорожный наряд. Глаза юноши были закрыты, но первый вздох показал, что перенос закончен.

— Мой принц.

При звуке его голоса, Рэт открыл глаза, и Нордик вздрогнул. Старого мага обожгло такой болью в глазах юноши, что он испугался, что перенос не был закончен. Принц отвернулся, поднял свои руки, осмотрел свое тело, костюм. Подскочил Элрик, и на лицах парней проявилась практически одинаковые улыбки. Они крепко обнялись, и молодой маг не удержался, приподнял принца и вновь опустил его на землю.

— Вернулся, ты вернулся, — засмеялся Элрик.

— А как иначе, — Ратмир обернулся к наставнику, и магистр не удержался и, шагнув ближе, крепко обнял принца. Чувствуя под руками тепло его тела, крепость мышц и костей, старый маг наконец-то успокоился и выдохнул. Решив, что видение боли было ошибочным.

— Нам пора домой, — обратился принц к магистру. — Надо освободить семью Рури и ее саму из рук Ле Вильмонов, остановить Лесара. Вы ведь нам поможете? — Рэтмир оглянулся на Оракула.

— Да, Ваше Высочество, — кивнул старик. — Мы откроем портал, как только вы поедите и освоитесь после переноса. Наши люди проводят вас. Думаю, стоит переодеться и вооружиться.

— И обсудить план действий! — заметил магистр. — Не забывайте, Ваше Высочество, вы теперь из плоти и крови, и рисковать вашей жизнью я вам не позволю.

Принц засмеялся, а большие двери, ведущие из зала, распахнулись и один из прислужников пригласил следовать за ним.

— Элрик прав, — неожиданно заметила Оракул, как только мужчины вышли, — порой Рэтмир действительно ведет себя как идиот!

— Не ворчи на мальчика, он впервые влюбился. Я бы тоже не стал рисковать жизнью и свободой своей любимой.

— А по мне, в такие моменты надо быть вместе, и преодолевать все трудности рука об руку. Разлука ничего не приносит, кроме боли и печали. Он практически разбил ей сердце.

— Сама виновата, не стоило дарить девочке прозрение. Подумаешь, поморгала бы чуток и решила, что исчезновение ей просто привиделось.

— Сам не ворчи. История запущена, и теперь только от них зависит, чем все кончится.

— Согласен. Как там Ле