Загадка кольца с изумрудом - Лорен Уиллиг

Джефф сложил руки на груди и взглянул на жену:

— Но это ничего не доказывает.

— Ничего, — согласилась Летти. — Однако я остаюсь при своем мнении.

Оттого, с какой отвагой она произнесла эту фразу, Джефф рассмеялся.

— Если последнее слово будет всегда за тобой, это дурно на тебя повлияет, — заявила Летти.

— Что ж, следи, чтобы впредь складывалось иначе, — произнес Джефф. — Теперь же, прошу, больше не спорь. Не желаю, чтобы ты оказалась в опасном положении и не знала, что делать.

Со скрещенными на груди руками и сдвинутыми бровями, он был сама непреклонность. Синеватая тень на его чисто выбритом подбородке и щеках подчеркивала мужественность черт и придавала всему облику каплю небрежности, отчего он походил на искателя приключений из времен Возрождения или на короля пиратов — безжалостного, привыкшего командовать.

Летти было приятно сознавать, что вся эта неумолимость направлена на нее. Она чувствовала себя избранной. Драгоценной. Казалось, Джефф правда боится, как бы с ней не стряслось беды.

— В конце концов, — деловито заключил Джефф, — я за тебя в ответе.

Радость Летти вмиг исчезла, как радуга на запястье. В ответе. До чего же гадкое выражение! Так недолго стать обузой. А обуза никому не в радость. Ее волокут из чувства долга, ею не наслаждаются. Почему Летти до сих пор не приходило подобной мысли? Задумывался ли об этом кто-либо из ее семейства?

Джефф смотрел на нее вопросительно, явно ожидая либо согласия, либо возражения.

— Не в моих привычках играть с огнем, — произнесла она прежним несерьезным тоном,

— Просто до сих пор не представлялось случая. — Засунув руку под жилет, Джефф извлек длинный узкий предмет. В какое-то мгновение изумленной Летти показалось, он бесконечен. Джефф широким жестом протянул оружие жене, рукоятью вперед.

Рукоятка поражала красотой. Изящной формы, деревянная с серебряными накладками, она была отполирована, точно дорогая мебель. Однако несмотря на великолепие и на изящный кремневый замок, что выгибался сверху, подобно купающейся русалке, длинный узкий ствол говорил лишь о том, для чего был создан: о смерти.

Летти не шевельнулась, чтобы взять пистолет. Обмерев, смотрела на него широко раскрытыми глазами.

— Это огнестрельное оружие. — Джефф вложил рукоятку в руку Летти.

— Понимаю. — Держа пистолет большим и указательным пальцами, Летти нерешительно его рассмотрела. Хоть она и выросла в деревне, с оружием никогда не сталкивалась. Ее отец не любил охоту. — А он не?..

— Заряжен? Нет.

Вздохнув с облегчением и прищурившись, Летти заглянула в ствол.

— А для чего он? Чтобы огреть Вона рукояткой по голове?

Джефф, морщась, повернул оружие в руке Летти правильной стороной. Хоть он и собственноручно извлек пули, увидев, как жена приставляет к лицу дуло, похолодел от страха.

— Правило номер один: никогда не наводи пистолет на себя. Даже незаряженный, — прибавил он, не дожидаясь, что Летти возразит.

— Но ведь эта штуковина не поместится в ридикюль, — заметила она, тыча дулом в сумочку. — Совать его в корсаж я тоже не намерена.

— И не надо. Только этой гадости в твоем корсаже недоставало. — Хоть слова Джеффа и услаждали слух, он произнес их вовсе не нежным тоном. «И правильно, — подумала Летти. — Мы готовимся к операции, не к любовному свиданию».

— Так что же остается? — бодро спросила она. — Куда девать пистолет? Не для красоты же ты прихватил его.

— Можно сказать, для красоты. Чтобы он просто был у тебя, как у актера на сцене. Я знаю, что пуль в нем нет, ты тоже, но Вон не знает.

— Однако увидит, когда я спущу курок.

Летти сознавала, что с ней непросто, но ничего не могла с собой поделать. Может, она вредничала оттого, что не выспалась. Усталости всегда сопутствовало дурное настроение, а Летти в прошлую ночь спала считанные часы.

Джефф, разумеется, не больше.

Летти принялась рассматривать причудливые изгибы кремневого замка.

— До этого не дойдет, — утешительно сказал Джефф. — Просто нацелься на Вона с угрожающим видом.

— А с ножницами напасть на него прежде или после?

Джефф пропустил вопрос мимо ушей.

— Давай-ка попробуем. — Он сжал ее пальцы вокруг рукоятки. — Наведи на меня.

— Ты уверен, что в нем нет пуль? — спросила Летти, выполняя указание. Все, что от нее требовалось, — нацелиться и прикинуться неумолимой. Получится ли?

Десять дюймов стали и дерева оказались на удивление тяжелыми. Летти изо всех сил старалась не подкачать, но, увы, проиграла. Рука через мгновение-другое задрожала, и дуло стало опускаться — дюйм за дюймом.

Джефф забрал у нее пистолет — то ли из жалости, то ли оттого, что она невольно нацелилась ему прямо в причинное место. Летти тайком покрутила запястьем, удивляясь, что оно столь напряжено.

— Тяжелый! — в растерянности воскликнула она. На газетных картинках все выглядело куда проще.

— Легче не найдешь, — сказал Джефф, без малейшего усилит поднимая пистолет, будто дамский веер.

— Только не хвастай, — сказала Летти.

Джефф довольно улыбнулся.

— Если хочешь, можешь держать рукоятку обеими руками, — посоветовал он.

Когда Летти снова взяла пистолет, Джефф принялся внимательно следить за каждым ее движением. Она неловко сжала рукоять не желавшими подчиняться пальцами.

— Немного согни руки в локтях, — велел Джефф.

Летти тотчас согнула руки под прямым углом, одним локтем нечаянно ударяя Джеффа. Тот поморщился:

— Не так сильно.

Придвинувшись ближе, он поправил ее руки на рукоятке, взялся за дуло и стал покачивать пистолет из стороны в сторону, чтобы Летти расслабилась.

— Чувствуешь разницу?

— М-м-хм-м… — Надо отмстить, думала Летти не только об оружии. Большая часть ее мыслей против воли переметнулись на аромат одеколона мужа и на то, как дивно играли под сюртуком его мышцы.

— Смотри вдоль ствола.

Летти подняла пистолет. Джефф снова положил на ее руки свои, а когда наклонился проверить, на что она нацеливается, задел щекой ее щеку.

— Представь, что Перед тобой неприятель. Цель прямо в него.

— Так? — Летти взглянула через плечо.

Джефф смотрел не на пистолет и не на воображаемого врага.

— Именно.

Летти вдруг забыла, что держит тяжелое оружие, неудобно выгибает шею и на пятке у нее волдырь.

Джефф притянул ее к себе, запустив руки в волосы, и быстро, но страстно поцеловал.

В ушах зазвенело, забытый пистолет выпал из рук и со стуком упал на пол кареты. В дальнем-предальнем углу сознания мелькнула неясная мысль: «Как славно, что он не заряжен!»