Венера и воин - Сьюзен Гастингс

– Ну, и что это такое?

– Имена. Имена его наложниц или рабынь или что-то вроде этого. Эта женщина не его жена, и с ним римский короткий меч с такими же знаками, какие выжжены у женщины на руке.

Женщины смотрели на нее, раскрыв глаза.

– Ты уверена?

– Абсолютно уверена. Я была очень близко к нему, на нем. О, ну у него и способности, наши увальни с ним не сравнятся. А тело у него, как у римского бога, о котором нам рассказывал торговец солью, однажды продавший нам маленькую фигурку. И знаете, что еще?

Женщины застыли с раскрытыми от удивления ртами и смотрели на служанку с восхищением.

– А тебе с ним понравилось?

Евига откинула голову назад.

– Мое дело, – сказала она только и ухмыльнулась, полузакрыв глаза. – Он плохо переносит пиво, он опьянел после пары кувшинов. Северяне не пьянеют так быстро от пива, как он. Ведь в Риме пьют вино.

– Что же нам делать?

Женщины беспомощно переглянулись.

– Дадим ему напиться, пока он совсем не опьянеет. – Евига по-боевому подбоченилась. – Потом мы его разоружим и запрем в клетке, в которой мы держали медведя. Оттуда он не выберется, а затем пусть мужчины решают, что с ним делать.

– Да-да, мы так и сделаем.

Женщины вскочили на ноги и выбежали во двор. Из пивной все еще раздавалось громкое пение, хотя оно стало более невразумительным и казалось, что поют уже не все бражники.

Евига заглянула в дверь. Несколько мужчин еще, шатаясь, сидели на скамейках, но было только вопросом времени, когда они свалятся на пол, где, уже опьянев, спали другие. Среди них лежал и Велокс. Женщины достали из сарая медвежью клетку и поставили ее посреди двора. Они тихо проскользнули в пивоварню, подхватили Велокса за руки и за ноги и вытащили его оттуда. Объединенными усилиями они засунули его в клетку и задвинули засов.

Велокс проснулся, когда по его лицу скользнуло что-то влажное. Он с трудом открыл глаза и взглянул на восходящее солнце. Перед ним стояла, махая хвостом, собака, она просунула язык через решетку и лизнула его в лицо. Растерянный Велокс хотел выпрямиться и стукнулся головой о решетку. Что случилось?

Он тряхнул перекладины, затем схватился за свой меч. Однако перекладины оказались очень крепкими, а меча у него не было.

Он взревел, как раненый хищник, и женщины выбежали во двор. Двое мужчин также высунули свои растрепанные головы из пивоварни и с удивлением посмотрели на необычное явление.

– Не кричи так, подлый лжец, иначе мы тебя успокоим раскаленным железом. Кто ты и что тебе нужно у нас?

– В чем дело? Я же сказал вам, что меня зовут Велокс и что я посланник короля арвернов.

– Ты носишь римский меч. Насколько мы знаем, галлы отлично куют оружие, их мечи самые лучшие из всех. Посланник галльского короля должен носить галльский меч.

– Чепуха! Я купил его у римского торговца.

– Только послушайте, – насмехались женщины, – он снова рассказывает нам сказки. Как и сказку о своей жене, которая совсем не его жена.

– Зигрун? Что с Зигрун? – Велокс почти потерял власть над собой.

– Она твоя наложница или рабыня? Где ты ее украл? Ты и нас хочешь украсть? Смотри-ка сюда, мы все крепкие, и на рынке за нас заплатят кучу денег.

Одна из самых дерзких женщин приподняла свою шерстяную юбку и показала Велоксу свои крупные обнаженные ягодицы, другие хрипло и насмешливо расхохотались.

– Вы дуры, – послышался внезапно из дома ясный громкий голос. В дверях стояла Зигрун, почти касаясь головой косяка. Она строго смотрела на собравшихся. – Как вы могли коснуться его меча, который заколдовал друид Верцуликс. Кто его коснется, того настигнет смерть. Это – магический меч, он может перелетать из руки в руку, однако только у того, кто избран для этого.

Зигрун заклинающе подняла руки, и женщины в испуге отпрянули.

– Ты тоже рассказываешь нам сказки, чтобы его спасти, – закричала одна из женщин.

Зигрун снисходительно посмотрела на нее.

– Он, – произнесла она и указала вытянутой рукой на Велокса, – он спас меня из пещеры дракона. Да, я была рабыней и должна была стать жертвой жестокого дракона, который хозяйничал в пещере далеко на севере. Потом прибыл этот благородный воин с заколдованным мечом и убил дракона. Тотчас отпустите его, чтобы он мог рассказать об этом королю.

Женщины некоторое время смущенно молчали.

– Мы тебе не верим. Где доказательства, что он убил дракона? Где голова дракона или его лапа?

У Велокса волосы встали дыбом на голове. Зигрун, по меньшей мере, умела рассказывать сказки так же хорошо, как он сам, однако эти фурии загнали ее в западню.

– Ха! – воскликнул он. – Зачем мне таскать с собой падаль, если у меня есть с собой живое доказательство. Я везу с собой домой ту, которая должна была стать жертвой.

– А от кого она беременна? От дракона? – смеясь, заорали женщины.

– Он вам докажет, глупые вы женщины. – Зигрун откинула свою голову назад. – Он будет драться с самым сильным из ваших мужчин здесь, во дворе, и он со своим магическим мечом победит. Тогда вы с миром отпустите нас и король Антекус вознаградит вас.

– А если это правда? – взволнованно шепнула одна из женщин.

– Он должен доказать.

Между тем мужчины уже столпились вокруг клетки и молча с изумлением смотрели на эту сцену.

Велокс с отчаянием вцепился в перекладины клетки – в висках стучала барабанная дробь. Он ни в коем случае не смог бы выстоять в борьбе против одного из этих великанов, пока в голове бушевало это германское варево.

Ему нужно выспаться, поесть, ему нужны тепло и покой.

– Кто будет драться против него? – услышал он требовательный голос Зигрун. – Кто обладает мужеством отчаявшегося?

Никто не двинулся.

– Разве вы сильны только на словах? – насмехалась Зигрун. – И прячетесь за спинами ваших женщин?

Мужчины недовольно заворчали, потом один выступил вперед. Он был молод и крепок и, по меньшей мере, на полголовы выше Велокса.

– Я буду драться, – сказал он и распрямил свою грудь. – Сейчас, немедленно.

– Пила, прекрати, – сказал Велокс на латыни, чтобы крестьяне его не поняли, – у меня раскалывается голова, и этот бык растопчет меня, как свиной пузырь.

– Напился, – прошипела она. – Ты за это время стал уже почти германцем.

Она подняла голову и громко сказала:

– Твое нетерпение делает тебе честь, молодой воин, однако это поединок, за которым будут наблюдать боги, поэтому мы не должны гневить их, а соответствующим образом подготовить бойцов. Им предстоит горячая баня, последний обед и молитва с ритуальным жертвоприношением. Сейчас утро. Вы оскорбите Циу, если будете бить друг друга перед его ликом, или же у вас другие обычаи?