Бархатная ночь - Джо Гудмэн

Рис проводил Клаудов на улицу и вернулся в контору. Кенна села за стол, но не могла сосредоточиться на бухгалтерских книгах и рассеянно смотрела в окно. Рис закрыл за собой дверь и, прислонившись к ней спиной, изучающе посмотрел на Кенну. В ее лице была какая-то безмятежность, которая удивила его. Уголки ее красивых губ загнулись вверх в намеке на улыбку. В глазах отражался льющийся в окно свет, придавая особый блеск ее взгляду.

— О чем ты думаешь?

Застигнутая врасплох, Кенна вздрогнула и виновато улыбнулась Рису.

— Так, ни о чем, — сказала она, словно это не имело никакого значения. Сказать по правде, она была немного смущена тем, куда завели ее мысли после ухода Алексис и Тэннера. Рис окликнул ее в тот момент, когда она думала о детях. Одно из последних замечаний Алексис снова заставило ее вспомнить о семье.

Рис прошел через комнату, сел на край стола и уперся одной ногой в стул, на котором сидела Кенна.

— «Ни о чем», — мягко повторил он. — Это были чудесные мысли, о чем бы ты ни думала. Ты выглядела просто красавицей.

— Спасибо за добрые слова, — сказала она, чуть наклоняя голову набок и бросая украдкой на Риса полный нежности взгляд.

— Я не льщу попусту, миссис Каннинг. А если ты будешь продолжать смотреть на меня таким же взглядом, я в два счета покажу тебе, о чем сейчас думаю я.

— Рис!

— Кенна! — передразнил он ее.

— Я запрещаю тебе делать это в конторе!

— Запрещаете, мадам?

Она смягчилась, зная, что он примет вызов и ей неизбежно придется сдаться.

— Ладно, я не запрещаю тебе этого, но, если ты хочешь, чтобы я еще немного поработала, тебе следует выбросить это из головы. Я потом не смогу собраться.

Рис откинул голову назад и засмеялся.

— Раз так, у меня нет выбора. Я не могу позволить себе лишиться лучшего бесплатного работника.

Кенна скинула его ногу со стула и попыталась удержаться от смеха.

— Иди, — строго сказала она. — Иначе наш корабль никогда не построят.

У дверей он весело помахал ей рукой, подмигнул и исчез в коридоре, прежде чем она схватила бухгалтерскую книгу, чтобы запустить в него.

В этот день Рис вернулся домой довольно поздно. Когда он вошел в комнату, Кенна читала, лежа в кровати, но даже до того, как он подошел, чтобы поцеловать ее, она почувствовала запах спиртного.

Она сморщила нос и толкнула его в плечо.

— Ты ходишь в таверну пить вино или полоскать в нем одежду?

Рис потянул лацкан куртки к носу и понюхал его.

— Клянусь, я намеревался пить, — засмеялся он. — Я не вру, но прощу тебя, если ты мне не поверишь. Один из друзей Тэннера опрокинул поднос с ромом, и почти все вылилось на меня.

Кенна вылезла из постели и помогла Рису снять промокшую куртку и бриджи.

— Я забираю одежду, а ты полезай в ванну. На огне горячий чайник с водой. Возьми его, вода в ванне чуть теплая.

Рис снял остальную одежду и отдал Кенне. Пока она относила пропахшие ромом вещи, он залез в ванну и тут же пожалел, что забыл добавить горячей воды. Когда Кенна вновь вошла в комнату, он жалобно посмотрел на нее и демонстративно застучал зубами, привлекая ее внимание к своему бедственному положению.

— Скажу Алькотту, чтобы утром он вырубил тебя изо льда, — сказала Кенна, беря рукавицей чайник с огня. — Подвинь ноги, если не хочешь, чтобы я тебя ошпарила. — Она осторожно налила воду в ванну.

Когда чайник опустел, Рис погрузился глубже, положил голову на край ванны и закрыл глаза.

— Ты добрая женщина, Кенна Каннинг, — вздохнул он.

Она опустилась возле ванны на колени и взяла в руки губку и мыло.

— Терпеливая — будет точнее, — сказала она, начиная намыливать ему грудь.

— М-м-м.

Приятный массаж прекратился.

— Ты согласен со мной или просто наслаждаешься моим вниманием?

— Второе, дорогая. — Губка снова заскользила по его груди, и он блаженно улыбнулся.

— Как случилось, что ты пошел в таверну?

— Примерно через час после того как ты ушла, на верфь пришел Тэннер. Он предложил мне несколько дополнений к нашему плану, а я предложил обсудить их за кружкой пива. Я не думал, что ты будешь возражать.

— О дорогой! Неужели я похожа на сварливую жену? — спросила она и поцеловала его в губы. — Конечно, я не возражаю. Но, учитывая неприятности, которые произошли сегодня утром, лучше было бы послать кого-нибудь домой и передать, что ты задержишься.

Его глаза округлились.

— Ты беспокоилась?

— А ты думаешь, что у тебя исключительное право на это чувство? Я люблю тебя, Рис Каннинг. Конечно, я беспокоилась. — Она прикоснулась к синяку на подбородке: — Мне не нравится мысль, что кто-нибудь поставит еще один синяк на это прекрасное лицо.

— Я мог бы тебе напомнить, что это красивое лицо, которым ты сейчас восхищаешься, осталось бы целым, если бы меня не отвлекло появление Эльфа с доской в руках. Я мог бы напомнить тебе об этом, но не буду.

— Умение молчать о прошлом — одно из твоих самых замечательных качеств.

— Я рад, что ты так думаешь. — Рис закрыл глаза, потому что Кенна нежно провела губкой по его лицу. — Если мне в будущем придется засидеться на работе, я пошлю кого-нибудь предупредить тебя.

Его обещание было вознаграждено горячим поцелуем.

— Спасибо. — Она смахнула пузырящуюся пену с уголков его рта. — Подними ногу.

Он зацепился пальцами ноги за край ванны, чтобы Кенна могла вымыть ее.

— Кенна, ты действительно хочешь пойти на маскарад к Клаудам?

— Да, конечно. Глупо позволять прошлому вмешиваться в настоящее.

— Раз ты хочешь, тогда пойдем.

— Да, хочу. Другую ногу; пожалуйста. — Она обождала, пока он выполнит ее просьбу. — Что ты наденешь?

— Я уже решил, что разбойником не буду. И пиратом тоже. Здесь все права у Алексис.

— Несомненно. Она потрясающая женщина, правда? Мне бы хотелось узнать ее историю. Я тебе говорила, что она выросла на Бричем-лейн? Ты представляешь? Никогда не догадаешься по ее речи.

— Я уверен: придет время и Алексис расскажет тебе, как стала капитаном Дэнти. А если ты мне не расскажешь об атом, я больше никогда не буду с тобой разговаривать.

— Пока тебе не надоело мыться, — засмеялась Кенна, погружая губку в воду, чтобы потереть мужу бедро, — скажи: как ты оденешься на маскарад?

— Я думал, ты уже потеряла к этому интерес.

— Совсем нет, хотя, должна согласиться, мой интерес сейчас принимает другое направление. — Наклонившись над ванной, Кенна потянулась к другому бедру, и у Риса перехватило дыхание при виде ее грудей, обнажившихся в низком вырезе ночной рубашки.