Раздвоение соседки - Лина Филимонова

- А я все думаю: чего это твой сосед смотрит на меня так, как будто я придушил его любимую бабушку... Теперь понятно.

Это произнес Аркадий, Гоша все еще молчал и смешно хлопал глазами.

- Что тебе понятно? – спросила я.

- Что надо поторопиться. Давайте, проходите назад, к парашютам.

- Так вы не... – начал Гоша.

Аркадий лишь оскалился в ответ. На все свои восемьдесят восемь белоснежных зубов.

Я тоже не стала ничего объяснять. И так все очевидно!

И потом, мне нравилось видеть Гошу растерянным и ошарашенным. И слегла смущенным. Ему это очень идет...

Аркадий подтолкнул нас с Гошей к месту, где был закреплен парашют, а один из парней пристегнул наши крепления к рейке. Аркадий посмотрел, подумал и попросил сдвинуть крепления ближе друг к другу.

- Думаю, так будет лучше, - заявил он.

Потом мы уселись на возвышение на корме, яхта рванула вперед, парашют, отпущенный на волю, взмыл вверх. А мы с Гошей полетели назад.

Я завизжала, Гоша накрыл мою руку, вцепившуюся в ремень, своей ладонью.

Я посмотрела на него и улыбнулась. Он улыбнулся мне в ответ. Мое сердце чуть не выпрыгнуло из груди от радости.

В то время, как моя тушка болталась на ремнях между небом и морем, моя душа воспарила в заоблачные высоты...

Парашют поднялся на пару сотен метров и теперь просто парил, как воздушный шарик на веревочке. Меня накрыло ощущение невесомости и невообразимой легкости. И виною этому был не только парашют, но и мой спутник.

Оказаться под облаками с Гошей… это просто мечта!

Мы в первый раз остались наедине с тех пор, как между нами исчезли все секреты. Может, обиды и недосказанность еще существуют, но тайн больше нет.

Гоша знает, что я – это я. Что я могу быть забавной и нелепой, но, при необходимости, ловко трансформируюсь в женщину-вамп. Для меня самой такая трансформация стала большим открытием. Оказывается, я многого о себе не знала...

И Гоша знает не все. Так что надо объясниться.

- Я тогда просто не успела договорить фразу. Хотела сказать: «Это жених моей подруги»… Но Мила помешала.

- Я уже понял, - произнес Гоша.

Его рука все еще лежала поверх моей.

Мне не было страшно, наоборот, я ощущала прилив восторга от нашего восхитительного полета. Мы взмыли так высоко, что яхта стала похожа на игрушку!

- Но за эти несколько дней, пока я думал, что у тебя есть другой...

Гоша бросил на меня такой красноречивый взгляд, что меня обдало волной жара. Он ревновал! Его терзала мысль, что я принадлежу не ему!

Может, это эгоистично, но мне было приятно, что он мучился из-за этого...

- Какие несколько дней, это было только вчера, - заметила я.

- Да? – удивился Гоша. – Мне показалось, что прошла вечность.

Мы повернулись друг к другу, рука Гоши скользнула к моей талии. Он притянул меня к себе и нежно, еле ощутимо, прикоснулся губами к моим губам. Я закрыла глаза.

Его губы стали более настойчивыми и требовательными. Они обещали и дарили неземное удовольствие, затягивали в мощный водоворот восхитительных ощущений.

Я забыла обо всем на свете, даже о том, чтобы в самом прямом смысле парим между небом и землей. Я не чувствовала, что мои ноги болтаются в воздухе, что волосы и обрывки подола эльфийского платья развеваются под порывами ветра. Зато силу теплых Гошиных рук я ощущала каждой порой кожи...

Так, а что это за звук? Я приоткрыла один глаз, и увидела бескрайнее синее небо. И чуть не вскрикнула от испуга. Ведь я на самом деле забыла, где мы находимся!

- Что случилось? – жарко прошептал Гоша прямо мне в ухо.

Так щекотно и так приятно...

- Жужжит, - объяснила я.

- Что?

Он отстранился и посмотрел на меня.

- Слышишь звук?

- Да.

Теперь и он услышал.

А потом мы увидели его источник. Это был дрон с закрепленной на нем камерой. Аркадий, как и обещал, проводил испытания.

Шелестя своими четырьмя пропеллерами, он приближался к нам, почему-то передвигаясь зигзагами.

Как не вовремя он тут появился! Я готова была свернуть шею этому жужжащему существу. Если, конечно, у него есть шея.

Гоша ослабил свои крепкие объятия, и я из них выскользнула. Меня сразу повело в сторону, я немного покачалась, и даже пару раз пискнула. Все же раскачиваться на такой высоте немного волнительно!

Наверное, чтобы прекратить мой писк, Гоша снова обхватил меня рукой за талию и притянул к себе.

- Они нас снимают, - сообщила я.

- Я вижу.

Он повернулся и чмокнул меня в нос.

- И, наверное, смотрят сейчас на экране, - добавила я.

- Ну и черт с ними.

Гоша снова меня поцеловал. Но я не могла расслабиться под зорким взглядом камеры. Я постоянно на нее косилась.

Оператор, видимо, развлекался, то приближая к нам свой жужжащий аппарат, то уводя его вверх или в сторону. В какой-то момент я даже попыталась схватить его, но он резво отпрыгнул. Прямо как живой!

- Да плюнь на него, - сказал Гоша.

- Он меня смущает.

- А меня нет...

Он обнял меня обеими руками, прижал к себе, и даже умудрился закинуть мои ноги себе на колени! Это было совсем не просто, учитывая обстоятельства. Ремни, на которых мы болтались, не предполагали таких кульбитов.

Мы неслись навстречу облакам, навстречу ветру и солнцу, обнявшись и глядя то друг на друга, то по сторонам. Море сверкало в лучах яркого весеннего солнца, переливалось бирюзой и лазурью. На горизонте оно сливалось с размытой голубизной неба, и этот переход казался нарисованным акварелью.