Всего один поцелуй - Стелла Так

– Извини, Хлоя, мы на минутку, – рявкнул Алекс, внезапно хватая меня за руку. Он потащил меня через весь зал в укромный уголок прямо за обнаженным женским бюстом.

Когда он удостоверился, что нас никто не слушает, то спросил:

– Скажи мне, что с тобой такое?

– Что со мной? – повторила я и ткнула его указательным пальцем в грудь. – Это что с тобой происходит прямо сейчас?

– Э-э-э… Это называется флиртом?

– Прекрати немедленно! Она же первостатейная сволочь!

– Почему? Джефф все равно ничего не желает обо мне знать. Я что, не могу развлечься? – взбесился Алекс.

– А ты никогда не задумывался, что из-за такого поведения Джефф и не хочет с тобой отношений? – Алекс раскрыл было рот, чтобы возразить, но я продолжила: – Как он может доверять тебе как партнеру, если ты волочишься за каждой юбкой и стыдишься его?

– Я никогда не стыдился Джеффа!

– Не стыдился? – прошипела я. – Неважно. Я просто хочу уберечь тебя от нее.

Алекс удивился.

– А что, она такая плохая?

– Не стоит ее недооценивать. Она нехороший человек.

Алекс задумчиво посмотрел на меня и пробормотал:

– Да мы все не очень-то хорошие.

– Поверь мне. С ней ты нахлебаешься проблем. Она три в одном: чума, холера и безумие. И все это пахнет Chanel.

Алекс со смехом пригладил волосы.

– Все так плохо? А что она такого сделала?

Я боялась этого вопроса, поэтому напряженно сглотнула. Целый год я молчала. Да и кому рассказывать? Хлоя тогда была моей единственной подругой, и это ее вина в том, что Мария… У меня на глаза навернулись слезы, и я быстро откашлялась.

– Из-за Хлои я потеряла единственного человека, который любил меня такую, какая я есть, – тихо произнесла я и прикусила губу. Только бы не зарыдать! Сейчас слезы ничего не изменили бы. У Марии все в порядке. Уж об этом-то я смогла позаботиться.

Алекс бросил на меня сочувственный взгляд и внезапно притянул к себе, положив подбородок мне на голову. Мы медленно закачались в такт музыке.

– Что произошло? – зашептал он мне в затылок.

– Почти десять лет в нашей семье работала экономка. Ее звали Мария, – нерешительно начала я. Мы двигались под музыку, а Алекс нежно поглаживал меня по спине. – Она работала у нас шесть дней в неделю и большую часть зарплаты отправляла своей семье в Мексику, – продолжала я. – Я думаю, что нам обеим было одиноко в этом большом доме. Дома у нее осталась дочка приблизительно моего возраста, поэтому Мария видела во мне ее, а я в ней нашла замену матери. Она всегда была рядом со мной. Она готовила мне завтрак, пекла печенье, когда я возвращалась из школы… Благодаря ей в доме всегда замечательно пахло едой. Она готовила божественные тапас. Когда я безобразничала, она ругала меня по-испански и трепала за ухо, пока не извинюсь. А за хорошие оценки она целовала меня в макушку и пекла торт. – Я грустно улыбнулась. – Именно она читала мне сказки по вечерам, а если я просыпалась от страшного сна, то залезала к ней в постель. Мария всегда брала меня с собой за покупками, так как считала, что в противном случае я потеряю связь с «реальным миром». Она была единственным человеком, которому я доверяла больше, чем… – Я указала на окружавших нас гостей.

Алекс медленно кивнул и кратко резюмировал:

– Она была твоим Джеффом.

– Да, Мария была моим Джеффом. На самом деле кроме нее у меня была еще и хорошая подруга – Хлоя. Она часто приходила к нам в гости. Но Марии она не нравилась. Она всегда называла ее maldita rata, то есть проклятая крыса. Сначала я не понимала, что она имела в виду, пока… пока я не застукала Хлою, когда та хотела стащить свадебное колье моей матери. – От этого воспоминания я содрогнулась.

– О, совсем нехорошо, – пробурчал Алекс.

– Нет, – тихо произнесла я. – Я не знаю, насколько далеко зашла ее клептомания, но Мария и раньше пару раз ловила Хлою за руку и отбирала у нее украшения. Но тогда я оказалась быстрее. А так как я не осмелилась вернуть колье на место, Мария сделала это за меня. И мама ее застукала.

– Вот дерьмо.

– Точно.

– А потом?

– Мария утверждала, что нашла ожерелье и просто хотела вернуть его на место. Но у мамы уже было подозрение, что кто-то подворовывает ее украшения. Несколько лет Хлоя потихоньку таскала по мелочам. Мама, конечно, это заметила, тем более что иногда пропадали весьма дорогие вещицы.

– И твоя мама решила, что это Мария ворует украшения?

У меня задрожала нижняя губа.

– Да, – выдавила я. – А я ничего не сказала, чтобы защитить ее. Я побоялась, что у Хлои будут неприятности, она ведь была моей единственной подругой. К тому же я думала, что родители не уволят Марию. Она была как член семьи. По крайней мере для меня.

– Они ее уволили?

Я сглотнула.

– Немедленно. И ей пришлось вернуться в Мексику.

– Да уж.

Я грустно улыбнулась.

– Когда за меня выбирали университет и разрывались между Принстоном и Гарвардом, я позвонила Марии. Она дала мне совет идти собственным путем. Так я попала в УЦФ. Я хотела стать другой, стать хорошим человеком. Чтобы кто-то гордился мной… так как Марию уволили из-за меня, я дала долгосрочное поручение в банк, чтобы большую часть моих карманных денег переводили на ее счет. Хотя бы ее дочь сможет получить образование.

У меня вырвался глубокий вздох, но я испытала чувство облегчения, когда рассказала Алексу эту неприглядную историю. Хотя в глубине души мне хотелось, чтобы кое-кто другой оказался на его месте, он заключил меня в объятия и в качестве утешения прижал к себе.

– Но мои родители узнали про это платежное поручение. – Я вздохнула. – Из-за него было много шума.

Алекс скривился.

– На тебя очень разозлились?

– Нет. Папа предложил мне сделку. Они и дальше будут переводить Марии деньги на обучение, а я взамен ухожу из УЦФ и перевожусь в Принстон. Я согласилась. Но я не ожидала, что никогда больше не увижу Райана. В Принстон… – У меня задрожал голос, и я хрипло продолжила: – …в Принстон меня будет сопровождать Макстон.

Алекс резко выдохнул.

– Айви, мне очень жаль…

Но я прервала его:

– Пообещай мне лишь одно – не рушь отношения с Джеффом. Нельзя терять людей, которые видят в нас не только деньги.

Алекс не ответил, но в его лице что-то дрогнуло. С него исчезло напряженное выражение, а на подбородке появилась ямочка и взгляд стал более мягким.

– Спасибо, – прошептал он.

– За что?

– За то, что ты моя подруга, – ответил Алекс, целуя меня в макушку.