Анатомия соблазна - Дарья Десса

Я зажмурилась, услышала, как открывается дверь. Сквозь щелочку в веках заметила похитителя. Он толкал перед собой передвижной столик, на нем было несколько блюд. «Прямо как в ресторане», — подумала и окончательно открыла глаза, когда они привыкли к свету. Преступник подвел столик поближе, затем принес стул, уселся на него.

— Прошу отобедать, Анжелика Дмитриевна, — сказал спокойно.

— Я с грязными руками есть не привыкла, — заметила, не сдержавшись.

— Могу предложить только влажные салфетки, — сказал похититель.

— Уж будьте так любезны, — ядовито ответила я.

Он снова вышел, вскоре вернулся с упаковкой. Протянул мне. Пока я тщательно вытирала лицо и руки, сидел и молча наблюдал. Когда закончила приводить себя в порядок, принялась за обед, который оказался попутно и завтраком. Блюда оказались простые: на первое суп с фрикадельками, на второе хорошо прожаренный стейк с картофельным пюре. Плюс апельсиновый сок и три кусочка хлеба.

Неудобно было есть в верхней одежде, притом орудуя пластиковым прибором. Но справилась кое-как: голод не тётка. Когда насытилась, отодвинула столик от себя, поудобнее разместилась на кровати, опершись на спинку.

— Поговорим? Вы ведь не просто покормить меня пришли? — спросила.

— Да, — согласился похититель.

— Послушайте, а имя у вас есть?

— Конечно. Зовите меня… Бьорн.

— Это шведское имя, кажется. Вы швед?

Похититель промолчал. Я поняла, что не слишком-то он любит на вопросы отвечать.

— Ну, раз пришли общаться, прошу, начинайте, — сказала я.

Бьорн, или как там его по-настоящему, ещё некоторое время посидел в тишине, собираясь с мыслями. Затем вдруг заговорил, притом тихо, мне пришлось вслушиваться в каждое слово, чтобы ничего не пропустить. Благо, тут посторонних шумов нет, ничего не мешает. При этом смотрел мужчина куда-то вниз, то ли на пол, то ли под кровать. Я догадалась: со мной взглядом встречаться не хочет.

— Меня всегда интересовали женщины, — заговорил он.

— Приятно слышать, что не мужчины, — выдала я комментарий и прикусила язык.

— Да, женщины, — продолжил Бьорн, подождав, пока я прекращу свои выпады. — Моё половое созревание произошло быстро, и к 18 годам я уже был довольно подкован в этом вопросе: статьи на сексуальную тематику, порнофильмы и откровенные романы, — многое было просмотрено и прочитано, и я часто мастурбировал, но энергия всё равно била через край.

Я поморщилась. «Он что же, извращенец? Сейчас начнет мне какие-нибудь гадости рассказывать? Только не это! Не хочу слушать… но ведь надо!» — подумала, приготовившись услышать нечто противное.

— И тогда я понял, что мне нужны не виртуальные девушки, а настоящие. Но дело было не только в гормонах, конечно. Я вырос без отца. Он ушёл, когда мне исполнилось два года. Не выдержал жесткого характера моей матери. Она человек очень жесткий, равнодушный. Занимается только собой. Когда я рос, то она часто приводила домой разных мужчин. Закрывалась с ними в своей комнате, и я порой не мог уснуть из-за шума за стенкой. Крики, стоны… Мне было страшно и одиноко. Казалось порой, что маму убивают. Но она запретила мне выходить из своей спальни. Это всё продолжалось, пока я не окончил школу и не поступил в университет. Потом переехал в общежитие, и здесь началась моя другая жизнь.

Я слушала эту исповедь похитителя со странным шведским именем и не могла понять: почему он меня сделал своим слушателем? С такими вещами ходят или к священнику душу изливать, или к любимой женщине, или к психологу, наконец. А этот меня украл и теперь вываливает свою подноготную. Ничего не понимаю!

— В общежитии я почувствовал себя одиноким и свободным. И стал заполнять пустоту в душе общением с девушками. Вино текло рекой, я довольно быстро потерял невинность, а потом превратился в секс-машину. Трахался со всеми подряд, с кем попало. Мне не были важны ни внешность, ни возраст, ни семейное положение. У меня была здоровенная дыра в душе, и её хотелось заполнить. Думал, секс в этом поможет. Но я ошибался. Чем больше становился список моих половых партнёрш, тем более одиноким я себя ощущал. Несмотря на такой развратный образ жизни, умудрился окончить университет с отличием, потом поступил на работу в одну компанию. Начал строить карьеру и попутно искать…

— Себе вторую маму? — подсказала я.

— В некотором смысле, наверное, да, — ответил Бьорн. — Мужчины ведь, когда выбирают себе женщину по сердцу, всегда сравнивают её подсознательно со своей мамой. Но у меня ничего не получалось. Не знаю, может, не там искал или не тех. В какой-то момент я решил, что это бесполезно. Как моя мать не смогла до сих пор найти мужчину своей мечты, — после развода с отцом она так больше и не вышла замуж, — так и я не сумею найти свою любовь. Потому махнул рукой на попытки завязать отношения и продолжил жить, плывя по течению.

— Может, у тебя просто слишком завышенные требования к девушкам? — спросила я, испытывая сочувствие к Бьорну. «Кажется, у меня стокгольмский синдром, — подумала в этот момент. — Мне надо бы ненавидеть похитителя и бояться, а я прониклась его душевными переживаниями».

— Я не знаю. Скорее всего, это не так. Мне не нужна фотомодель с обложки Vogue. Умная, добрая, верная, сексуальная, — вот и все качества, которые я предпочитаю в девушках.

— Ага, а ещё женщина должна быть хозяйкой на кухне, королевой в гостях и проституткой в постели, — иронично напомнила я поговорку.

Бьорн ничего не ответил. Поняла, что снова ляпнула лишнее.

— Простите, — сказала тихо, перейдя на «вы».

— Всё в порядке, — ответил похититель. — Но вы знаете, мне все-таки однажды крупно повезло. Я перешел на новое место работы и встретил там девушку, которая с первого взгляда запала мне в душу.

— Любовь с первого взгляда? — спросила я саркастично. — Вы серьёзно? В XXI веке, эпоху интернета и соцсетей?

— Да, я вполне серьёзно, — ответил мужчина. — Только любовь не с первого взгляда, но настоящая.

В который раз мне пришлось заставить себя заткнуться, ощутив грубой хамкой. Ну что я лезу со своими дурацкими комментами!

— Когда мы только познакомились, мне эта девушка показалась настоящей стервой.