Король, у которого не было сердца - Мэри Соммер

К великому сожалению Грэйс, Хиус составил ей компанию внутри. Он проявил верх прямодушия и поделился, что из-за физического недостатка испытывает трудности от долгого путешествия в седле. Грэйс посочувствовала. Она участливо поинтересовалась, что произошло, но на этом откровения закончились, и Хромой только коротко поведал о давности события. Надо бы перестать называть его Хромым, думала Грэйс, а то неуважительно как-то получалось, даже для потенциального маньяка.

Всю первую половину дня Грэйс грузила Хиуса фактами из своей выдуманной биографии. Она болтала без умолку, надеясь усыпить его бдительность и не допустить вопросов – врать легче, когда владеешь историей. Будь Джек рядом, он бы без раздумий лишил себя полномочий рассказчика и в восхищении передал ей свой медальон.

– А каково твоё призвание в жизни? – спросила Грэйс. – Я сразу обратила внимание на твой изысканный вкус и подумала, что ты человек высокого положения.

– Не буду отрицать свой привилегированный статус. Однако всего, что у меня есть, я добился большим трудом, – уклончиво ответил Хиус.

Вероятно, трудиться пришлось упорно, но это дало заметные результаты. Судя по тону, в котором сопровождающие повозку всадники обращались к Хиусу, все они ему подчинялись.

Хорошая точка для стратегической беседы – можно помолчать и подумать о своём.

Что сейчас делали Сэми, Тони и Джек? Может быть, они обнаружили её пропажу только сегодня утром и провели спокойную ночь. Грэйс надеялась, что в первую очередь её будут разыскивать на пристани и дружелюбный продавец билетов передаст им сообщение. И что конюх передаст похожее сообщение уже на этом берегу. Разумно ли было доверять свою судьбу посторонним людям? Получалось уравнение с большим количеством неизвестных, но оставался шанс, что и без подсказок оно со временем решится само. Если все будут следовать плану и направятся к условленному месту встречи. Если Грэйс удастся отделаться от Хромого. Хиуса, то есть.

Может быть, она сама создала проблему себе и близким? Пока её попутчик не проявлял признаков враждебности и в принципе вёл себя благопристойно. Вот же умора выйдет, если Хиус и не помышлял ничего дурного, не узнал её, не связывал с Самирой и украденной картой, которая, возможно, даже не представляла ценности. Если так случится, Грэйс с удовольствием посмеётся и без нареканий выслушает от друзей обвинения в тупости и мании преследования.

Она то и дело пыталась мысленно достучаться до Сэми. После её неудавшегося обращения в Белоснежку Грэйс чувствовала между ними особенную связь. Наверное, такие побочные эффекты неизбежны, если один человек так глубоко проникает в сознание другого. Теперь Грэйс пыталась мысленно влезть в голову сестры и подсказать ей, предостеречь, успокоить. Иногда она будто чувствовала какой-то слабый отклик.

Интересно, Джек тогда не пытался разбудить её поцелуем? Очевидно, нет… это ведь должен быть поцелуй истинной любви.

После обеда в придорожном трактире, где от одного только взмаха руки Хиуса хозяин заведения лично подал им лучшие блюда, Грэйс почти до вечера удавалось изображать сон. Иногда она в самом деле проваливалась в дрёму под ритмичное покачивание повозки, но нервное напряжение не позволяло ей забыться надолго. Пробуждаясь, Грэйс приоткрывала один глаз и проверяла, чем занят её попутчик. Хиус в основном читал, тихо давал указания своим людям или просто смотрел вдаль. Широкая дорога пролегала между городами и деревнями, среди лугов и полей, на которых среди щетины собранного урожая пробивались яркие пятна маков и васильков.

А они всё продолжали ехать в северо-восточном направлении, удаляясь от реки Орс, от Элмура.

Её друзья, наверное, уже давно на пристани – ждут судно, чтобы поскорее переправиться на другой берег. Чтобы завтра утром обнаружить, что Грэйс снова куда-то пропала. Чувство вины сейчас преобладало над всеми остальными, заглушило обиду и не давало проявляться страху, поэтому у Грэйс получалось вести себя с Хромым так непринуждённо.

Как Хиус и обещал, к вечеру они прибыли на место. Грэйс понятия не имела, чего ей от этого места ожидать, надеялась только, что ночью удастся как-нибудь незаметно удалиться.

Повозка остановилась у подножья пологого холма, на котором стоял большой дом из серого камня. Его создатель, очевидно, пытался придать дому вид замка, поэтому по углам были выстроены круглые башни с мозаикой на стенах. Высокое крыльцо с обеих сторон обрамляли гранитные балюстрады, в пролётах их украшали тяжёлые горшки с петуниями – цветы свисали и вились вокруг столбиков.

– Мы уже приехали? – спросила Грэйс, уставившись на дом. – Это и есть Брокет-Форт?

После дня в раскачивающейся повозке, когда снаружи на черепную коробку воздействовал ритмичный стук копыт, а изнутри переполняло волнение, Грэйс лишь спустя несколько минут начала нормально соображать.

Хиус усмехнулся.

– Нет, моя дорогая. Это дом, в котором я живу. Брокет-Форт вон там.

Он указал рукой туда, где за холмом возвышалась высокая каменистая гряда. Через пару миль от одиноко стоящего дома стройными рядами выстроились огромные плоские валуны, слишком гладкие и одинаковые, чтобы быть порождением сил природы.

– О, – сказала Грэйс. Будь на ней сейчас шляпа, она слетела бы на землю – так высоко пришлось задрать голову в поисках верхнего края. Едва ли в этом волшебном мире существовала птица, способная перелететь через эту преграду, которая по надёжности и монументальности превосходила границы между странами. И словно этого было недостаточно, перед валунами возвышалась плотная стена из старых величественных сосен. Грэйс в очередной раз мысленно отругала себя за скудоумие, ведь только у беспросветно тупого человека слово «форт» в названии города не вызовет очевидных ассоциаций.

Лучи заходящего солнца проникали в единственный узкий просвет между валунами. Для людей и прочих живых существ были предусмотрены два вида ворот. Одни были изготовлены из тяжёлого кованого железа. По высоте они сравнялись с верхушками самых почтенных сосен, и чтобы сдвинуть их с места, требовалось не меньше дюжины сильных мужчин. Если судить по заржавевшим петлям, возникали подобные нужды крайне редко. В эти массивные ворота были врезаны ещё одни, поменьше. Получалась такая дверь внутри двери, как форточка.

– Ты и в самом деле направлялся сюда, – пробормотала Грэйс, всё ещё находясь под впечатлением от увиденного.

– Я ведь сразу так и сказал, – ответил Хиус, легонько подталкивая её к ведущей в дом довольно крутой лестнице.

Кучер с повозкой уже скрылся за углом. Остальные всадники последовали за ним.

– Просто я подумала, что совпадение слишком велико и что ты по доброте душевной решил сделать для меня крюк. – Грэйс