Его трудное счастье - Таша Таирова

— Алексей Александрович, вам нейрохирург в больницу нужен? Если ваше предложение ещё в силе, то я мог бы поработать у вас.

Вегержинов выдохнул и неуверенно спросил:

— Валька, ты это сейчас серьёзно?

— Да, Алёшка, меня увольняют.

— Тебя? — удивлённо протянул Вегержинов. — За что?

— За хамство и дебош в кабинете начальника департамента.

— Ну и хрен с ними! Ты даже не представляешь, как легко дышать, когда никто вокруг тебя не поднимает пыль! Сдавай дела и принимай отделение. Бля, Кучер! У меня есть нейрохирург!

— Пиратова примешь со мной?

— Ну что ж, блямблямчики и цурепопики! — после небольшой паузы радостно проговорил Вегержинов. — Я тогда кадры напрягаю, пусть сестёр набирают и санитарок. А ты давай дуй к Валюше и Наденьке, обрадуй девочек, что теперь работать в два раза больше будешь! — и он заржал как ненормальный.

— Добрый ты, — усмехнулся Кучеров. — Алёшка, я рад, что смогу заниматься делом.

— Я тоже рад, брат. Что до работы — ты только сразу говори, что вам с Максимом Игоревичем понадобиться может. Я уже давно понял, что руководить — это значит не мешать умным людям хорошо работать. А вы хорошо работаете. Как только дела сдашь, сразу ко мне. Жду.

Валентин откинулся на кресло и улыбнулся. Вот она настоящая дружба. А теперь к своим любимкам, к девочкам…

Глава 44

Валентин ещё раз осмотрел свой уже бывший кабинет и пожал плечами:

— Ну вроде бы всё. Принимай отделение в своё полное распоряжение.

— Валентин Павлович, ты уверен в правильности своего решения? — Новый начальник отделения нейрохирургии присел на подоконник и внимательно посмотрел на Кучерова. — Знаю Короля, тот ещё мудила, но с твоим опытом и руками, о которых уже сказания пошли по закоулкам, уйти куда-то в неизвестность?

— Потому и ухожу, и учителя своего забираю. С таким руководством главное себе холеру на гуся не намотать. А работать уходим вовсе не в неизвестность, а в больницу моего друга. Кстати, ты медсестёр пересчитай, пусть кадры тебе ищут минимум двух на замену. Понятно, что Наташа Пиратова с мужем уйдёт, а ещё я свою операционную сестру забираю. Я без неё работать не смогу, тем более что её муж тоже с нами уходит — он электрик экстра-класса. Помог нам здорово в новом отделении. А ты не тушуйся, гни свою линию. Всегда поможем, если что. Звони, благо это сейчас легко, средства связи всегда под рукой. Только гайки не закручивай сильно, девочки в отделении за несколько последних лет очень многое сами делают. Всегда доложат, скажут, но есть вещи, в которые начальник вроде должен вникать, а вот на кой это ему надо — хер знает. Так что ты в холодильники не сильно заглядывай, да и тумбочки медсёстры секут лучше тебя.

Он похлопал себя по карманам в поисках ключей от машины и тихо закончил:

— Теперь пора. Удачи тебе.

— Подожди. — Его сменщик потёр ладони, будто согревая руки, а потом тихо спросил: — Валентин Павлович, а что у вас с Королём-то не сложилось?

Валентин сел на диван, закинул ногу на ногу и усмехнулся:

— Не столько с Королём, сколько с новым начальником департамента. Мы уже давно работаем с небольшими заводами, они нам некоторый инструментарий делали на заказ и сложные металлоконструкции для операций. Сам понимаешь, что эта продукция мимо департамента шла. Вот мне и задали вопрос — откуда у меня такие деньги и какой процент уходит на сторону и мне в карман. А что я ответить могу? Что у токаря я сына на ноги поставил? Или что сварщику мы чувствительность обожжённым пальцам вернули?

— Дело в том, что он как-то под хмельком свою жену вспомнил.

— Которую? — усмехнулся Валентин.

— Не знаю. С последней-то они так разводились, что там весь госпиталь на ушах стоял. А вот про ту женщину он тихо так говорил, что, к сожалению, понял и осознал ценность женщины, которая рядом с ним находилась, только после того, как потерял её.

— Да, многие мужчины локти кусают уже после того как. Да только поздно. А надо просто посмотреть на то, как женщины относятся к своим мужчинам. Многие понимают важность и ценность мужчины, находясь с ним в отношениях. Именно поэтому женщины до последнего терпят, прощают, на многое способны закрывать глаза. А мужики этим пользуются. Но если довести свою женщину до предела, она уйдёт, а в большинстве случаев никогда не вернётся. А что до Короля… просрал он свою жену, свою семью, всё искал получше. А в итоге ни жены, ни семьи, ни ребёнка. Только дважды сломанный нос и уязвлённое самолюбие. Потому что рожу я ему начистил на глазах у генерала. Но тебе это никак не помешает. Так что трудись, лечи, звони. Честь имею!

Валентин протянул руку, мужчины обменялись крепким рукопожатием и попрощались. Вот и всё. Прощай, Армия. Полковник Кучеров свой пост сдал. Здравствуй, новый этап жизни!

* * *

— Что там у Воеводиных? — Валентин расслабленно сидел на кожаном диване в кабинете Вегержинова и следил за другом, который сортировал бумаги на столе. — Слушай, заведи ты себе секретаря в конце концов! Вон у отца отбери Ирину Павловну, она у тебя тут быстро порядок наведёт.

— Ты не поверишь, уже сто раз об этом подумал. Но, наверное, ты прав. Работы валом, а тут ещё один поставщик нарисовался, только Лена моя против. Не нравится он ей. Так и сказала: «Не верю я этому "голубю". В уши три короба насрёт, что ни попадя пообещает, а как дойдёт до дела — нае…» Обманет, в общем. Рыжуля моя ещё ни разу в бизнесе не ошиблась, чутьё у неё. Так что верю.

Он опустился в кресло, глотнул остывший кофе и вздохнул:

— А что до Воеводиных — хуёво всё, брат. Месяц прошёл, там столько говна выплыло. Столько грязи! Димыч вообще психанул, сказал, чтобы брат с семьёй назад возвращался. Почти двести детишек погибло, они там все до сих пор в шоке. Жили всегда дружно, теперь стали косо друг на друга смотреть, потому что национальность не та. Единственное, что держит там Виктора, Димкиного брата, и его жену, то это работа. Он там не простой мальчик, а главный инженер. И она тоже технолог классный. А это тебе не хухры-мухры.

— Понятно. А Люда смирилась с охраной?

— Не просто смирилась, а каждый день благодарит наших мужиков. Мы же организовали охрану всей школы,