Любовь в академии - Лина Алфеева

— Он был разочарован, — тихо призналась я.

— А вот это ты зря. Могла бы и подыграть мужику.

— Да, зря. Просто все случилось так неожиданно. И глупо.

— Слушай, ну ты же не золотым огнем ему в лицо плюнула. Нет?

— Конечно, нет, — нервно хихикнула я. — Но был момент, когда хотела. И, кажется, он это понял.

— Да мало ли кому что кажется! Ты девушка не местная, могла не так понять, не так посмотреть и не так выразиться. Если император жаждет увидеть дочь Даринии Альтори, то пусть к ней и приходит. Или ты расстроилась не из-за императора? — Бельчонок проницательно склонил голову набок.

— Из-за его сына, — вымученно призналась я. 

— Считаешь, что Норгат донес папаше о том, что явилась дочь предшественника и может потребовать вернуть награбленное? — мигом уловил самую суть Хвостик и припечатал, — вздор!

Ещё и хвостом по траве звучно хлопнул.

— Норгат принц и должен действовать в интересах империи, — каждое слово жгло горло.

— В первую очередь Норгат должен действовать в своих интересах. Иначе не выживет. Если ты не поняла, то наследник не пользуется всеобщей любовью.

— Эм… Думаешь, родной отец его не любит?

— Любаша, ты порой прелесть до чего… наивная.

— Спасибо, что дурой не назвал, — буркнула я.

— Император Ардмрак вынужден был предъявить хоть какого-то наследника, иначе бы с трона поперли уже его самого. В остальном же мужчина ждет и верит в лучшее. А еще не прочь заводить наложниц.

Хвостик многозначительно уставился на меня.

— А я при чем? Стоп! Да блин-блинский!

— Знаешь, Любаша, если захочешь экстренно эвакуироваться на Землю, я пойму. И многие, уверен, тоже.

— А я не захочу, — яростно выдохнула я. — Иначе все будет бессмысленно. Я для чего сдавала эти экзамены? Чтобы получить доступ к новой магии. И сейчас у меня есть четкий план…

— Вот и держись за эту мысль! — одобрительно закивал бельчонок, а фениксы поддержали его добродушным клекотом.

Вся золотоносная живность следила за нашим разговором молча, я не была уверена, что они понимают слова, зато мое настроение улавливали преотлично. Если я была расстроена, они тут же начинали суетиться и пытаться ко мне прижаться. Они в самом деле ко мне тянулись, словно к источнику огня.

— Так! Я на разведку к венценосному, — решительно объявил Хвостик.

— Ты поосторожнее. Не хотелось бы, чтобы император Ардмрак тебя обнаружил.

— Он меня даже не почувствует, пока я не нагажу ему на голову. Ты еще не поняла, Любаша? Ты единственная, кто может нас чувствовать или контролировать.

— Но император не идиот. Он наверняка все поймет, если увидит золотых существ…

И наблюдательным мог быть не только он. Вероятно, Хвостик прав. Я зря сочла, что Норгат меня сдал.

— Поэтому я попросил всех сидеть тихо и не высовываться. — Бельчонок обвел строгим взглядом живность, окружающую меня. — Все, я побежал. Чувствую, нажрусь так, что на неделю хватит. А ты вставай давай, пока тебя и твою свиту не заметили.

Да, свита у меня просто чудо. Вон даже бабочки прилетели, а в траве ползали мелкие золотистые жучки. И было бы на что любоваться! 

Я решительно вытерла слезы. Как стыдно-то…

— Не понимаю, что на меня нашло. 

— Как нашло, как и потеряется. Гони-ка ты эту хандру взашей. У тебя завтра последний экзамен по магическому иммунитету.

— Помню. — Я поднялась с травы и осмотрела свою золотую группу поддержки. — Не знаете, как мне попасть в замок так, чтобы меня никто не увидел?

Возвращаться к арке портала не хотелось. В Черном и Белом корпусах могли идти тренировки, а Норгат наверняка меня почувствует и придется объясняться. Так что я решила вообразить себя Белоснежкой и попросить помощи у лесных созданий.

И не прогадала. В замок меня провели ласки, причем провели теми нехожеными тропами, на которых стояли предупреждающие знаки об активных магических ловушках. Если бы не помощь ласок, я бы точно куда-нибудь вляпалась, а так вышла к замку за какие-то десять минут, прошла через боковой вход и дальше пустыми коридорами к главному холлу, откуда по центральной лестнице было удобно подняться к ректору. Мне нужно было увидеть лорда Кхаала и понять, что у нас вообще происходит.

Когда я вошла, группа мужчин как раз что-то вешала на ту стену, где обычно находилась карта континента, наглядно демонстрирующая разделение Тааса на северную и южную часть. Теперь же они вешали какой-то портрет, точнее, это было изображение пары.

Сначала я решила, что у меня галлюцинация. Нет, маму я узнала сразу, а ее изображение в тиаре и бальном платье не стало для меня неожиданным. Но мужчина, его лицо заставило меня забыть, как дышать. Кровь прилила к голове, порождая в ней шум, перекрывающий происходящее в холле, в котором стало почему-то не протолкнуться. Я понимала, что стою в окружении толпы, но не могла сказать, кто же именно находится рядом. Взгляд был прикован к лицу мужчины, которого на Альтасе всеми силами старались предать забвению.

И это было лицо моего отца. Моего настоящего отца, который меня вырастил в другом мире и подарил море любви и заботы. Он был мужчиной, которым я восхищалась и на которого надеялась стать похожей. Он был не просто умным человеком и капитаном команды, он был лидером во всем, и даже спустя годы я слышала его голос, наставляющий меня выбирать цель и идти к ней, невзирая на препятствия и преграды. "Не бывает недостижимым целей, — говорил он, — есть неподходящие способы ее достижения". А ещё мне нравилась, его другая фраза: "Один не воин, для победы нужна команда".

— Мне нужна команда… — еле слышно прошептала, чувствуя, как по щекам снова текут слёзы.

И плакала не только я. Рядом тихо всхлипывала Майла и другие девчонки из нашего набора. Даже парни шумно шмыгали носами.

— Шумская, ты достала. Кончай разводить сырость! — подошедший Карад хлопнул меня по плечу. — Золотого императора убили ещё до моего рождения, я не готов рыдать над его портретом.

Не убили…

Моего папу не убили. Он просто переместился с мамой в другой мир, где прожил чудесную жизнь. Но Карад прав, я не должна плакать. Я должна гордиться своими родителями, быть сильной, чтобы никто не посмел говорить