Инсинуации - Варвара Оськина

Раздался невнятный шум, грохот и голос Генри.

– Да как же вы меня достали!

А в следующий момент послышался торопливый стук каблуков, и дверь распахнулась. Элис едва успела вжаться в стену напротив, но мимолётное движение не скрылось от глаз подруги. Их взгляды встретились, и Кёлль замерла. Воцарилась тишина, во время которой в ушах Элис нарастал отвратительный гул, однако рвано вздохнув, Генриетта холодно бросила через плечо:

– Вы, разумеется, можете продолжать свою беседу, ломать мебель или втаптывать в пол мои печатные платы. Можете врать, соблазнять, подавлять или ещё как-то манипулировать Элис. Очевидно, что ваш эгоизм, как и члены, срочно потребовали линейки. Но, пожалуйста, решайте свои самцовые проблемы только между собой и позвольте ей сделать собственный выбор. Мне кажется, она этого заслуживает. Хотя на её месте я бы отправила вас на хер.

– А меня она уже послала. Раза два, – весело откликнулся откуда-то из глубины аудитории неунывающий Риверс. Будто и не было только что потасовки.

– Там тебе и место, – всё таким же ледяным тоном припечатала Генри.

С этими словами она закрыла дверь и схватила Эл за руку.

– Как много ты слышала? – глухо спросила Кёлль, пока тащила за собой по коридору.

– Достаточно, – мрачно откликнулась Элис. Генри резко остановилась и устало потёрла лоб.

– Чёртовы кобели-затейники… Пойдём, надо поговорить.

Генри развернулась и стремительным шагом направилась в сторону выхода. Шумно выдохнув, Элис ринулась было за ней, но быстро поняла, что не успевает за длинноногой валькирией.

– Хэй! – не выдержала она. – Я ещё не научилась прыжкам сквозь пространство и время.

– Ох, прости. – Генриетта наконец замедлила шаг. – Задумалась о мужском сволочизме.

– Да что ты говоришь, – с сарказмом откликнулась Элис, но тут же натужно закашлялась. Кёлль немедленно оказалась рядом.

– Господи! – испуганно прошептала подруга, пока Эл чуть ли не выплёвывала лёгкие на покрытый плитами пол. Дерьмо! У неё так давно не было сердечного кашля, что уже успело позабыться, как дерёт в груди и тянет под правой лопаткой.

– Всё в порядке, – ответила она, мелко и дробно дыша.

– Пойдём, сядем в кафе. – В синих глазах Генриетты плескался недавний испуг.

– Если ты настаиваешь, – вяло откликнулась Элис и двинулась следом за Кёлль.

Они расположились на первом этаже кампуса в просторном и уютном кафе. Генри принесла два какао и сэндвич.

– Будешь?

Элис лишь отрицательно покачала головой, грея руки о горячие бока белой чашки. На какое-то время воцарилась тоскливая тишина.

– Это полный трындец, – не выдержала наконец Генри.

– Как никогда солидарна с тобой, – пробормотала Элис и отхлебнула терпкую порошковую дрянь. Она любила какао, но как же эта бурда была далека от того самого, с корицей и свежими ягодами. Увы, такой делали только в одном кафе Бостона, и определённо не здесь. Элис вздохнула и сделала ещё глоток. – Лучше бы я ничего не слышала.

– Когда ты пришла?

– Не помню… Генри, ответь мне. Риверс сказал правду? Хиггинс действительно… Чёрт, я даже не знаю, как это назвать. – Элис раздражённо фыркнула и заметила, как помрачнела подруга. – Уже нет смысла отпираться.

Кёлль какое-то время молчала и нервно теребила край пластиковой упаковки, а потом всё же выдохнула:

– Да. Это правда.

Элис откинулась на спинку стула.

– Я не могу поверить. Нет, просто отказываюсь! Всё это время… Всё это время я думала, что обрела учителя, старшего друга. Человека, на которого могу положиться и которому могу доверять. А что в итоге? Он манипулировал мной ради совершенно бредовых целей. Три года притворства, чтобы просто залезть ко мне в трусы?

– Не просто… – пробормотала Генриетта, а Элис лишь горько хмыкнула. – Знаю, для тебя всё выглядит безумно и дико. Так оно, впрочем, и есть, но я уже привыкла к его помешательству. Он действительно переживал за тебя, пусть и таким извращённым способом. Не смейся, но Мэтью и кольцо уже присмотрел.

– Кольцо? Серьёзно? Что за бред… Генри, да я даже не люблю его!

– Мне ли не знать, – она грустно усмехнулась. – Будь всё не так, я бы вряд ли осталась…

Что-то в голосе подруги заставило Элис прислушаться чуть внимательнее, и в голове появилась догадка. Безумная, но не самая невероятная, учитывая всё услышанное за сегодня.

– Генри, ты что, любишь его? – прямо спросила она, глядя в невозможно-синие глаза тяжело вздохнувшей Кёлль. – Как давно?

– Почти пять лет.

– Господи Боже… И ты ни разу не говорила ему о своих чувствах?

– Нет. Сначала боялась, думала, пройдёт и отпустит, я же была ещё студенткой. А потом появилась ты, и Хиггинса словно перемкнуло. Серьёзно, будто наваждение какое-то. – Генриетта невесело хохотнула. – Всё нарастало снежным комом, и я даже понять не могу, в какой момент вышло из-под контроля. Он вообразил тебя несчастной девой, а себя рыцарем. Бегал, менял расписание, чтобы утром по понедельникам тебе не ставили пары, ведь иначе не выспишься. Только в этом году из-за Джеральда не получилось. Выбил самый прибыльный проект, чтобы ты смогла отработать долг перед университетом до выпуска. А ведь NASA со своей астробиологией вообще не его тема. А потом у тебя случился приступ, и начался ад. Мэтью носился по профессорам, заставлял их помогать тебе по учёбе…

– Вот чёрт…

Элис поверить не могла тому, что слышит, но память подсовывала одну сцену за другой. Страшно даже вообразить, что теперь преподаватели о ней думают. Считают Хиггинсовой подстилкой? Ни к чему не способной дурочкой, которую тянет «папочка-профессор»? Какой позор!

– Но пару месяцев назад для меня наступила точка невозврата. Чёрт возьми, Эл, он действительно хотел сделать тебе предложение. Он смотрел на меня, просил помочь, а я слушала и понимала, что больше нет того Мэтью. Я его придумала, как и он тебя. Девчонкой влюбилась в весёлый, жизнерадостный, такой светлый образ несуществующего человека. А на самом деле он двинутый манипулятор. Чёрт, куда там Риверсу! Но сердце всё ждало… а вдруг… Вдруг что-то случится, и он очнётся. Джеральд упорно старался вправить мне мозги, но бесполезно. Я должна была понять всё сама. Вот и поняла. То, что он провернул за твоей спиной, те причины и основания, которые приводил как аргумент, недостойны. Это подло и отвратительно по отношению к тебе. Мы его предупреждали. Джеральд не раз пытался с ним поговорить…

– Как давно Риверс в курсе? – Элис захотелось побиться головой о стену.

– Почти с самого начала, но беспокоиться начал только в прошлом году.

– Долго терпел.

– У него всегда слишком много работы, чтобы ещё следить за мной и Хиггинсом. Он же нам не нянька. – Генриетта криво усмехнулась. – Хотя искренне пытался помочь. Как умел.

– В смысле?

– А ты думала, он спал со мной, потому что я ему нравилась? Да бог с тобой, просто хотел отвлечь меня, и заодно заставить Мэтью ревновать. Никакой лирики, Эл. Никаких чувств. Просто