Пробуждение любви - Ферн Майклз

Кто та женщина в зеркале?

Эмили, встрепенувшись, натянула оранжевое платье, разгладила складки, затянула пояс, сунула ноги в сандалии, причесалась, воспользовалась духами и вдела серьги в уши.

Держа ключи в руке, миссис Торн выключила свет в ванной. На крыльце ее поджидала Роузи.

– Хочу проводить тебя до стоянки, а потом пойти на обед. Ты выглядишь очень взволнованно, – заметила она, беря подругу под руку. – Не надо… Тебя никто не собирается пытать и загонять иголки под ногти. Эмили, будь сама собой. Что бы ты ни сделала, все будет правильно.

– О, да, конечно! Стоит только вспомнить эпопею с Яном… Как я тогда запуталась!

– Кто запутался?

– Да ладно тебе… Тогда я выбрала нелегкий путь для решения возникших проблем.

– Однако выжила. Посмотри на себя, дорогая, ты прошла огонь, воду и медные трубы; занимаешься делом, приносящим немалый доход, у тебя есть друзья и сподвижники, есть мужчина там, который любит тебя, и мужчина здесь, испытывающий к тебе самые нежные чувства. Словом, замечательная женщина, чувственная, заботливая, прожившая богатый событиями отрезок жизни…

– Боже! Мне будет недоставать тебя, Роузи! Кстати, а как тебе мое предложение насчет переезда в Нью-Джерси?

– Похоже, ты собираешься возвращаться. Я же хочу поехать домой, повидать детей и внуков, горю желанием встретить с ними Рождество: для моей семьи это особый праздник. А уже после Нового года подумаю и решу… Ну, мы пришли. Возвращайся к половине десятого. Ты прекрасно выглядишь, Эмили.

Миссис Торн обняла подругу.

– Не увлекайся жареным мясом и не ешь много печенья. Запомни – это яд для тебя.

– Ладно, – неохотно буркнула Финнеран, бегом направляясь на кухню.

* * *

Эмили должна была подъехать к дому Мэтта, который к этому времени обещал приготовить детям ужин и проверить их домашние задания. Очевидно, секса сегодня не предвидится, если, конечно, Холидей не заглянет к ней в Убежище, однако это маловероятно.

Миссис Торн включила радио. Слезы набегали на глаза при звуках популярной песенки: «… мы довольствуемся несколькими украденными мгновениями… Я, не выдержав, плачу… Всю свою любовь и нерастраченную нежность отдаю тебе…» Она смахнула капельки соленой влаги с ресниц и переключилась на другую передачу.

Сумерки еще не упали на землю, когда Эмили припарковала машину возле дома Мэтта. На крылечке сидел Бенджи, держа на коленях пушистого щенка.

– Он твой? – поинтересовалась миссис Торн, поглаживая бархатную голову животного. – Какой красивый! У него есть имя?

– Еще нет. Кто-то его выбросил, а я подобрал по дороге из школы. Если папа разрешит мне его оставить, тогда и дам имя. Эмили, как ты думаешь, он позволит?

– Твой отец любит животных?

– Конечно. У нас никогда не заводили ни кошек, ни собак, потому что… потому что мама говорила: «Простите, но у меня от них усиливается аллергия».

– Как бы ты его назвал?

– Биззи.

– Наверное, он вырастет веселым и жизнерадостным. И очень умным, – добавила она, перебирая мягкую шерстку. – Хочешь, я поговорю с твоим папой?

– Ага. – Мальчик поднял на нее загоревшиеся надеждой глаза.

– Хорошо. Ты ведь будешь заботиться о своем пушистом дружочке, да? Кормить его, выгуливать и купать?

– Обязательно, – выдохнул мальчик. Миссис Торн вошла в дом.

– Мэтти, это я, – крикнула она и, закрыв глаза, загадала открыть их и не увидеть фотографий на стенах. Женщина даже скрестила пальцы, но, приподняв веки, тяжело вздохнула – они по-прежнему находились на своих местах. Ее плечи уныло опустились.

«Как он красив», – подумала Эмили, подставляя губы для поцелуя и почему-то испытывая раздражение. С какой стати мужчины, становясь старше, приобретают властность, уверенность в себе и красоту, а женщины просто стареют? Она подумала о своих мучениях при потере веса, об обвисшей коже, о подтяжке лица… Если бы не это, то вряд ли бы оказалась здесь, в гостиной Холидея, увешанной фотографиями первой жены. Эмили почувствовала боль в сердце.

– Ты видела нашего гостя?

– Биззи? Да, он восхитителен. Ты разрешишь детям оставить его?

– Ага. Бенджи без ума от щенка, а тому нужен хозяин. Ненавижу, когда кто-то выбрасывает животное или сбивает машиной. От такого зрелища кровь стынет в жилах.

– Когда ты ему об этом скажешь?

Мэтт с любопытством взглянул на нее, будто собираясь с мыслями и желая сказать: «О, уже начинаешь вмешиваться в мои дела?» «Боже, – с опаской подумала Эмили, – я, как всегда, попадаю впросак».

– Прямо сейчас. Он сможет искупать его, пока мы будем отсутствовать. По крайней мере, у него будет своя компания. Ведь Молли теперь не оторвешь от собственного телефона.

Они вышли на крыльцо. Бенджи, прижавшись щекой к голове щенка, вопросительно взглянул на отца. Тот кивнул.

– Бери под свою ответственность, но помни, что если не будешь за ним ухаживать, то окажешься в положении того, кто выбросил его. Что скажешь, сын?

– Обещаю, папа. Мне можно искупать его?

– Отличная мысль. Постарайся, чтобы вода не попала ему в уши, а в глаза – мыло. Хорошенько высуши после ванны и можешь положить его с собой в постель. Да, не забудь положить бумагу в своей комнате и около двери.

– Спасибо, па. – Проходя мимо Эмили, мальчик дернул ее за юбку, что на его языке жестов обозначало благодарность.

– Куда мы идем, Мэтт?

– Скорее всего, к Салли. Там прекрасно готовят, всегда свежие продукты, а на десерт подают персиковый пирог. Конечно, это не самый шикарный ресторан, но все же…

– Мне нравится, Мэтт. Я не являюсь снобом и не гоняюсь за внешним блеском.

– Как раз это мне и нравится, – заявил мужчина, мягко беря ее за запястье. – Ты не притворяешься, не манерничаешь и ведешь себя естественно, не ожидая от меня Бог весть каких поступков. Словом, такая же простая, как и я.

«Простая… Холидей считает это комплиментом, – мысленно усмехнулась Эмили, – хотя многие рассматривают такие слова как косвенное оскорбление…»

– То, что видишь, то и имеешь, – произнесла женщина вслух.

– Совершенно верно. Ты всегда находишь точное определение. Какое красивое платье! Оно так идет тебе. Эмили, ты всегда прекрасно выглядишь, даже в бинтах.

– Подготавливаешь меня к важному сообщению? – игриво поинтересовалась она.

– Боже, нет. Молли постоянно твердит, что мне нужно научиться более четко выражать свои мысли, и утверждает: людям больше нравится общаться с любителями чтения, книгочеями… Просто я скучаю по тебе, хотя у нас еще две недели.