Пробуждение любви - Ферн Майклз

– Сидеть на заднем сиденье, обхватив тебя руками, и носиться по дорогам?! – возбужденно воскликнула миссис Торн. – В кромешной темноте?!

– Да!

– По дорогам или здесь?

– Ну, проедем по шоссе… Представь: ветер летит в лицо, и ты испытываешь настоящее наслаждение, чувствуя себя властелином мира. Играем, Эмили?

Мужчина казался настолько возбужденным, что миссис Торн не решилась ему отказать. Они снова сели в джип и через сорок минут открывали дверь гаража Холидея.

– Разве это не красота?

Наверное, представители сильного пола больше разбираются в технике… Эмили же видела перед собой только какой-то велосипед с мотором. Она внимательно посмотрела на сиденье.

– Я не сяду, пока ты не наденешь свою кожаную куртку. На ней есть серебряные бляхи и заклепки?

– Все есть, даже «молния». – Глаза Холидея блестели от возбуждения. – Хорошо бы, если бы у меня имелась и другая такая же…

Миссис Торн взглянула на свое платье, подумала о колготках и высоких каблуках и, не выдержав, рассмеялась. Ладно, они будут носиться по лесу, никто ее не увидит.

– Однажды мне довелось лицезреть фото девушки на мотоцикле, одетой в кожаный топик с глубоким вырезом, весь усыпанный серебряными заклепками. Из него едва не вываливалась грудь, а на плече красовалась татуировка.

– Займись этим в следующий раз, – улыбнулся Мэтт, набрасывая на себя куртку. – Боже, мне даже не верится, что мы делаем это! Эмили, ты чувствуешь радость?

– Скорее, возбуждение.

– Ты доверяешь мне?

– Конечно. Что за вопрос? Хотя по возрасту мне больше подходит велотренажер. А почему ты не обулся в кожаные ботинки со стальными каблуками?

– Я куплю их в следующий раз. Хорошо, садись. На открытой дороге мы поедем медленно. Освещение неплохое, но я никогда не выезжал в такое темное время, да еще на шоссе. Обхвати меня руками за талию и оберни платье вокруг тела.

Миссис Торн последовала его совету. Холидей, помогая себе ногами, вывел мотоцикл на дорогу и включил зажигание. «Харли» взревел, как бык. Женщина, вне себя от восторга, вскрикнула, сердце бешено застучало в груди.

– Здорово, да? – закричал Мэтт. – Неплохо бы отправиться сейчас в Нью-Мексико, прихватив с собой рюкзачок.

Эмили слышала, как он что-то говорит, но ветер мешал уловить смысл слов. Она лишь крепче прижалась к нему, выражая таким образом свое согласие.

Еще никогда в жизни ей не приходилось испытывать такое радостное, всепоглощающее ощущение свободы. Интересно, можно ли доехать таким образом до Нью-Джерси, подкатить к дому на Слипи-Холлоу-роуд, чтобы все девочки высыпали на улицу, восхищаясь ее модным кожаным топиком, который следует приобрести поскорее? В каталоге должен быть раздел, посвященный мотоциклистам. Запрокинув голову, она звонко рассмеялась. Мэтт сбросил скорость, поворачивая на дорогу, ведущую к Убежищу.

– Ну, что ты думаешь?

– Думаю, мы оба сумасшедшие, но мне нравится это. Послушай, а можно ли проехать на мотоцикле по маршруту?

– А вдруг сестры станут возражать?

– Здесь нет никого, кроме двух пожилых пар, а они не ездят на велосипедах, да и сестры тоже. К тому же сейчас ночь, все сидят по домам. Все в порядке… Зайцы и белки крепко спят…

– Ладно, – согласился рейнджер, – в горы мы не полезем, просто прокатимся по маршруту.

– Я готова, – храбро заявила женщина, усаживаясь поудобнее. – Мэтт, будь поосторожнее, в некоторых местах есть ямы и рытвины. Учти, на второй миле второго маршрута появилась промоина. Там даже стоит предупреждающий знак.

– Знаю… Мы закапываем ямы пять-шесть раз в году, и все равно они появляются. Не беспокойся, я буду осторожен. Ты готова?

– Ага. У тебя хватит горючего?

– Конечно.

Они двинулись с небольшой скоростью. Мэтт говорил не умолкая. Эмили, когда он дал газу, даже не заметила. Фары, ярче, чем факелы Убежища, выхватывали из темноты каждый камень, каждый куст. Женщина и понятия не имела, где они находятся, совершенно потеряв ориентацию. Она крепко прижималась к крепкой спине Мэтта.

Через двадцать минут бешеной езды Эмили ощутила, как ее сердце начинает сжимать холодная когтистая лапа страха: мотоцикл стремительно несся вперед, Мэтт редко садился за руль скоростного «Харли», дорога покрыта толстым слоем сосновых иголок. Деревья мелькали перед глазами, словно при ускоренной киносъемке. Холидей что-то кричал, но слова уносило ветром. Эмили принялась умолять Мэтта сбросить скорость, но тот не обращал внимания. Мотоцикл с ревом несся по тропинке маршрута.

Миссис Тори уже серьезно беспокоилась за свою жизнь. Радость, возбуждение и наслаждение от поездки остались где-то позади, а говоря точнее – на второй миле от Убежища. Перед глазами насмерть перепуганной женщины промелькнула вся ее жизнь. Боже, ей больше не суждено увидеть подруг и Джексона. Бен, дорогой, любимый, добрый Бен!

В любую минуту миссис Торн могла погибнуть только из-за того, что согласилась на эту глупую поездку, да еще без шлема. Она снова вскрикнула, и из горла вырвался хриплый жуткий вопль. Когда Холидей и после этого не сбросил скорость, женщина в испуге вжала голову в его спину, ощутив острую боль.

– Слезай, Эмили, слезай немедленно! – услышала она голос Яна. – Прикажи ему снизить скорость и слезай с этой чертовой машины!

– Он не слышит меня! – в отчаянии закричала миссис Торн.

– Ущипни его, ударь в спину, делай что угодно! Здесь никто не станет упрекать тебя в отсутствии хороших манер.

Женщина стукнула водителя по шлему, била его по бокам, хотя понимала, что кожаная куртка защищает его, и мужчина ничего не чувствует.

– Мэтт, сбрось скорость! Ты же пугаешь меня! – Держась левой рукой за Холидея, она правой пробралась под куртку и сильно ущипнула его, подумав, что тот воспримет этот жест как выражение восторга. – Остановись! – во всю мощь легких закричала женщина.

Неожиданно впереди возникла здоровенная, толщиной в руку, ветка, а рядом с ней – промоина на дороге. В этот момент она услышала голос Яна: «Прыгай!»

Перед ее взором пронеслись огромные валуны, толстые стволы деревьев, колючие кустарники. Словно в замедленной киносъемке Эмили увидела, как Мэтт накренил мотоцикл вправо, заметила сломанный сук, почувствовала, как он ударил ее, и потом уже перестала ощущать что-либо и слышать какие-либо звуки, кроме собственных стонов. Над ней нависли ветки сосен, высвеченные красноватым светом фары «Харли».

Миссис Торн попыталась пошевелиться, но головокружение мешало координировать движения.

– Мэтт, где ты? Мэтт?! – Ей казалось, что она кричит, но из горла вырывался лишь сиплый шепот. Женщина звала Холидея, но все напрасно. Оставалась последняя, довольно призрачная, надежда – свет фары привлечет внимание Айвэна, когда тот выберется в лес для объезда.