Скамейка грешников - Анастасия Уайт

– Я догадалась, когда увидела, какие книги вам купил Колт, – говорит Ава, и они улыбаются друг другу. – Можно в следующий раз книги выберу я? А то я не могу поручиться за его вкус.

– Это будет значить для меня очень много. – Мама сжимает руку Авы между своими ладонями и воодушевленно смотрит ей в лицо. – Я люблю своего сына, но когда дело доходит до романтических книг, он совсем не понимает, что делать.

– Эй! – вскрикиваю я, после чего подхожу к ним ближе и сажусь в кресло у окна. Они обе косятся на меня, а потом разражаются искренним смехом. – Не припомню, чтобы ты жаловалась.

– У меня не было выбора, родной. – Мама пожимает плечами и подмигивает Аве. Следующие пятнадцать минут они болтают о книгах, пока я сижу и молчу, шокированный до глубины души. Я понятия не имел, чего ожидать, когда приглашал Аву поехать со мной, но и представить не мог, что все пройдет именно так.

Мы с Авой проводим у мамы еще три часа, пока медсестра Бет не напоминает нам о приемных часах. Пора уходить, даже если у меня нет никакого желания. Мы прощаемся, и Ава выходит из палаты первой, но только после того, как мама заключает ее в долгие и крепкие объятия.

Подойдя ближе, я обхватываю маму за талию одной рукой и притягиваю к своей груди, чтобы обнять.

– Я буду по тебе сильно скучать, мам.

– И я по тебе, Колт. Спасибо большое за то, что приехал меня навестить, и спасибо за то, что привез с собой Аву. Вот смотрю на вас двоих… и у меня появляется надежда, что ты не повторишь наших с отцом ошибок и никогда не сделаешь больно любимому человеку. – Я отстраняюсь и гляжу на нее, нахмурив брови. – Ты так на нее смотришь, что сразу все понятно, родной. Ты любишь эту девочку.

– Она мне нравится, – поправляю ее я, а мама только качает головой. Я сглатываю ком в горле и осознаю, что мне сложно сконцентрироваться. – Я просто…

– Просто будь собой. Уверена, она твоя судьба. Зови это материнским инстинктом. – Она поднимается на цыпочки и целует меня в щеку. – С Рождеством, Колтон. Увидимся через неделю.

– С Рождеством, мам. – Я стискиваю ее в объятиях в последний раз и отступаю, а когда покидаю палату, то меня одолевает целый рой мыслей. Заметив Бет и Аву чуть дальше по коридору, я не свожу глаз со второй, пока она не одаривает меня улыбкой. Мне сложно понять, что все это значит. Сегодняшний день превзошел все мои ожидания, но одно знаю точно: я сказал Дексу правду. Ни за что не отпущу его дочь.

Глава 41. Мы не встречаемся

– Как скажешь, – безэмоционально говорю я, вставая с дивана.

После зимних каникул прошел месяц, и отцовская дурацкая вечеринка уже совсем скоро. Уж ее я определенно не жду.

Подойдя к окну, я смотрю на улицу. За пределами моей квартиры тихо и спокойно. Несильный вечерний снегопад делает открывавшуюся глазам картину еще прекраснее, напоминая о моем детстве. Возникает искушение выйти и прогуляться, тем более что так я смогу успокоить расшатавшиеся нервы и избавиться от раздражения. Отец выбрал для звонка худшее время. Впрочем, как и всегда.

– Не «как скажешь», Колтон. – По его голосу создается впечатление, будто он теряет терпение. – Вечеринка должна пройти идеально.

– Тогда зачем тебе нужен я?

– Потому что однажды этот бизнес перейдет тебе.

– Зачем? Неужели я хоть раз проявил к нему интерес? – рявкаю я, прикасаясь лбом к прохладному стеклу и закрывая глаза. – Хелен куда лучший вариант. Она будет…

– Она, твою мать, просто наемный сотрудник, а ты мой сын. Какого черта ты вообще несешь?

– Ладно. – Я едва сдерживаюсь. – Выбери Хлою. Она твоя дочь.

– Официально она у нее нет права считаться моей наследницей, – злится он, и я стискиваю челюсть. – Ее мать подписала все бумаги. И ты это знаешь. Все, что у меня есть, твое.

– Стоило об этом подумать до того, как ты обрюхатил секретаршу.

– Секретаршу, на которую ты, и это ни для кого не тайна, пускал слюни? Ту, которую ты тоже трахал? – И снова за старое. Каждый раз, когда у него заканчиваются весомые аргументы, он пытается свалить всю вину на меня, но это никогда не срабатывает.

– Я трахнул ее один раз. И это был худший секс в моей жизни. – Я прислоняюсь к окну. – Я же сказал, что приду на твою вечеринку и сыграю роль идеального сына. Просто потом оставь меня, черт возьми, в покое.

– И кого планируешь с собой привести? – спрашивает он, тяжело дыша. Обычно мы ругаемся и ругаемся, пока один из нас не решает повесить трубку, но сегодня у меня на это нет сил. Пускай он и выводит меня из себя. – Роуз сказала, ты попросил добавить к твоему имени плюс один.

– Ну да, – подтверждаю я и чувствую, как телефон жужжит, оповещая о пришедшем сообщении. Наверняка оно от Авы, но в данный момент мне не хочется это проверять. Нет никакого желания смешивать положительные эмоции с теми, которые во мне пробуждает отец.

– Кто она?

– Это не важно. Познакомишься с ней через неделю.

– Я должен знать, что за шлюху ты планируешь привести на мою вечеринку…

– Назовешь ее так еще раз и больше меня не увидишь. Я ясно выразился?

Он замолкает, и мои губы расплываются в улыбке, хотя пальцы чешутся. Мне страшно хочется врезать ему по лицу. Он думает, что имеет право оскорблять ее, в то время как сам неспособен удержать свой хрен в штанах. Гребаный лицемер.

– Не опаздывай. Это важно. – И отец наконец завершает звонок.

Не двигаясь с места, я бездумно играю со своим телефоном, подкидывая его в воздух. Отец испортил мне все настроение, как и всегда. Теперь мне ничего не хочется делать, даже видеться с кем-то. Я тяжело вздыхаю и прилагаю усилие, чтобы оторваться от окна, а затем бреду в ванную, оставляя телефон на столе в гостиной. Сейчас бы принять ванну, снять напряжение после тренировки и смыть отвращение, вызванное отцом. Мне тошно оттого, какое он оказывает на меня воздействие.

Ванна наполняется, и когда вода наполняет ее до краев, я кручу ручку крана, закрываю глаза и откидываюсь на спину. По телу расплываются приятные ощущения, все мысли улетучиваются, а ноющие после физической нагрузки мышцы расслабляются. Вода горячая, в квартире тихо.