Шрамы прошлого - Яна Сова

– Нет, просто ситуация очень сложная. Я… Я не знал, что Ленора… что тридцать лет назад она оставила нашего ребенка.

– Когда ты узнал об этом?

– В тот же день, когда приехал Тэрон. Она позвонила мне и сказала, что приехала в Кристал и хочет поговорить, но у меня и в мыслях не было идти к ней на встречу. Я уже хотел послать Ленору куда подальше, как она взяла и рассказала мне про Оливера.

– Я так и знала! – воскликнула девушка. – Чувствовала, что ты водишь меня за нос!

– Мелинда, я всегда мечтал иметь ребенка, и… оказалось, что моя мечта уже давно сбылась, вот только я об этом ничего не знал. – В его глазах плескалась боль, Аллан шагнул вперед и протянул к Мелинде руку. – Я в жизни не любил никого сильнее тебя. Мне плевать на свою бывшую, но не плевать на ребенка.

– И что ты хочешь этим сказать? Что из-за ребенка вежливо выпихиваешь меня на улицу?

– Я ни в коем случае не выпихиваю тебя на улицу, Мелинда. Просто прошу дать мне немного времени, чтобы свыкнуться с этой мыслью и разобраться с дальнейшими действиями.

Повисла напряженная тишина.

– Ты подонок! – проорала Мелинда, брызжа слюной. Понимая, что уничтожающие чувства стремительно к ней возвращаются, она навалилась на стену. Пытаясь спрятаться под маской гнева, девушка дрожала и изо всех сил старалась не разрыдаться. – Подонок, лжец и предатель!

– Если ты знал, что все обернется примерно как сейчас, то на какой хрен устроил этот цирк? Зачем сделал ей предложение и пообещал, что приедешь в Нью-Йорк? – Несколькими широкими шагами Тэрон сократил расстояние между ними, подступив к Аллану почти вплотную. – Ты понимаешь, что поступил с ней так же, как когда-то поступила с тобой Ленора?

– Я не знал, что все зайдет настолько далеко, Тэрон! – закричал Аллан. – Все то время, что мы общались, Ленора и словом не обмолвилась, что собирается жить в поместье.

– Если тебя не устраивает ее пребывание в доме, что мешает выгнать ее прямо сейчас? Опомнись, пока не все потеряно.

Аллан понурил плечи и покачал головой.

– Если я выгоню Ленору, она заберет Оливера с собой. Это ее главное правило: если я хочу общаться с сыном, то должен поселить их вместе.

Стараясь сохранять спокойствие, Тэрон вдохнул и выдохнул.

– Почему ты так уверен, что Оливер твой родной ребенок?

– А ты видел его лицо? Мы похожи как две капли воды! – воскликнул Аллан более резким и нетерпеливым голосом, чем следовало бы. – Неужели ты правда думаешь, что я хочу жить под одной крышей с бывшей? – Он нервно хохотнул. – Я ненавижу Ленору больше, чем кого бы то ни было в этом мире, Тэрон, но она – мать моего сына, и никто не в силах изменить этот факт. Когда-то давно я поклялся, что если обзаведусь ребенком, то никогда не брошу и не обделю его заботой. Я потерял обоих родителей, еще когда был маленьким, и знаю, каково это – расти одиноким и недолюбленным. – Словно остерегаясь, что их подслушивают, Аллан понизил голос до шепота: – Поверь мне, за те несколько дней, что мы провели вместе, я понял: Ленора – не лучшая мать, а потому будет куда разумнее, если за Оливером стану приглядывать я. Он умный, чувствительный и добрый мальчик, и как отец, я не брошу свою кровинку на произвол судьбы.

– Грош цена твоим святым убеждениям, если ты так жестоко поступаешь с Мелиндой. С невинной девушкой, которую обратил по собственной прихоти, лишил прежней жизни, а после обнадежил и предал.

– Я…

– Правильно, Мортис, ты – кусок собачьего дерьма!

Мелинда наблюдала за происходящим, как в замедленной съемке: Аллан собирался что-то сказать, но его глаза резко расширились, когда он увидел, что Тэрон замахивается, а через секунду с силой бьет его в подбородок. Парень не издал ни звука, когда мощный кулак Форбса угодил ему прямо в челюсть. А через секунду Аллан и вовсе повалился на пол, когда Тэрон подлетел к нему во второй раз и нанес по его лицу еще несколько ударов.

– Уж прости, парень, но в такой ситуации съездить кулаком тебе по роже – моя святая обязанность. – Тэрон возвышался над Алланом и потирал испачканные в крови костяшки. Не считая разбитого носа и губы, из которых ручьями хлестала кровь, на лице Аллана Мелинда заметила еще несколько свежих ссадин, а также огромный, наливавшийся под правым глазом, синяк. Но, несмотря на агрессию со стороны друга, в тот момент Аллан выражал что угодно, но не злость. Казалось, он сам не до конца осознавал, что происходит.

– Если тебе нечего сказать, мы уходим. – Тэрон подошел к Мелинде и осторожно взял ее под руку. – Но перед тем как оставить тебя с огромной кучей вонючего дерьма проблем, кое-какую информацию я тебе все же сообщу: Братство темной крови устроили на вас охоту, и это очень, очень плохая новость. Я понял это благодаря амулету, который подкинули Мелинде, и про который ты, по причинам своей «занятости» и раздутого эго, ничего узнать даже не попытался. И это гораздо хуже, чем тот факт, что в твоем доме живет Ленора Рассел, а на хвосте сидит Натаниэль.

Аллан удивленно приоткрыл рот, и в его глазах, казалось, впервые за долгое время появилось какое-то осмысление, когда Тэрон напоследок добавил:

– Понятия не имею, как ты будешь справляться в одиночку, но искренне желаю тебе удачи. – Форбс снял с плеча рюкзак и швырнул к ногам друга. – Внутри ты найдешь целый арсенал антивампирского оружия, который, я уверен, очень скоро тебе пригодится.

Мелинда не запомнила, ни как они ушли с заднего двора, ни как спустились с холма поместья, ни даже то, как Тэрон привел ее к стоянке и усадил на переднее сиденье пикапа. Сознание застелило мутным маревом, не пропускающим в голову ни одной мысли. Девушка опомнилась, когда Тэрон вырулил на пустынную трассу и включил дальний свет. Она дрожала всем телом, и то, что Тэрон не проигнорировал ее состояние и заботливо включил подогрев кресла, ненадолго вывело из омута незабытья.

– Спасибо тебе, – тихим голосом произнесла Мелинда, почувствовав резкую необходимость поблагодарить парня. – Спасибо за то, что не бросил…

Тэрон оторвал взгляд от дороги и вытаращился на девушку.

– Боже, за что ты меня благодаришь? Я поступил так, как поступил бы на моем месте любой нормальный человек.

– Мне так мерзко, – кое-как выговорила девушка. – Поверить не могу, что это произошло.

– Да я, честно говоря,