Приданое Эсмеральды - Нора Робертс

– Все в порядке, бабушка, не бойся, я с тобой.

– Вот, Эстер, выпей воды. Помни о дыхании, – произнесла Эйбра ровным спокойным голосом. – Подержи стакан, Эли, а я поправлю ей подушки. Я хочу, чтобы ты успокоилась, Эстер. Дыши, как я тебя учила.

– Я услышала звук.

– Это я забежал наверх, бабушка, – признался Эли. Я не подумал, что разбужу тебя, прости.

– Нет, я не о том. – Не сводя глаз с внука, Эстер встряхнула головой. В ту ночь. В ту ночь я услышала какой-то звук. Я проснулась, когда услышала его… Я помню… Помню, что встала.

– Что это был за звук?

– Шаги. Чьи-то шаги. Я подумала… Но потом решила, что это мне почудилось. Старые дома издают звуки, я к этому привыкла. Решила, что это ветер, но в ту ночь ветра не было. Просто дом скрипел, как старый человек, у которого похрустывают косточки.

Я подумала, что нужно выпить чаю, того самого травяного чаю, который ты мне принесла, Эйбра. Он меня успокаивает, и я после него хорошо сплю. Решила заварить чаю и снова заснуть. Я встала и начала спускаться по лестнице…

– Успокойся, бабушка, ты не обязана все помнить.

Эстер еще крепче ухватилась за его руку.

– Я кое-что увидела. Точнее, кого-то. Того, кто проник в дом. Что же было потом? Я побежала? Упала? Не помню.

– Кого ты увидела?

– Не знаю. – Голос Эстер звучал надтреснуто, как хрупкое стекло. Я не помню его лица. Я попыталась спуститься вниз, но он оказался у меня за спиной… Я думаю… Мне кажется… мне стало страшно, и я побежала по лестнице. Я слышала его, слышала, как он побежал за мной. Потом провал в памяти. Я очнулась в больнице. И ты тоже был там. В больнице, Эли. Ты был первым, кого я увидела, как только пришла в себя. Я поняла, что со мной все будет в порядке, потому что ты рядом со мной.

– С тобой все в порядке, – ответил Эли и поцеловал ей руку.

– В доме кто-то был. Это мне не приснилось.

– Верно, тебе это не приснилось. Я не позволю ему вернуться в наш дом, бабушка. Он ничего тебе не сделает.

– Теперь в доме есть хозяин. Это ты, Эли. Тебе придется защищать и дом, и себя.

– Буду защищать и дом, и себя. Теперь ответственность за Блафф-Хаус лежит на мне. Поверь мне.

– Верю. – Эстер на мгновение закрыла глаза. – На третьем этаже, за большим двойным шкафом, есть скрытый лепным украшением механизм, который отодвигает панель.

– Я думал, все тайные коридоры закрыты.

Дыхание Эстер успокоилось, и она снова открыла глаза.

– Они по большей части давно заколочены, но не все. Любопытные ребятишки никак не могли отодвинуть этот тяжелый шкаф или стеллаж в подвале, в старой его части, где у твоего деда какое-то время была мастерская. За стеллажом есть еще одна панель, которая сдвигается. Все остальные проходы я велела заколотить. Это был своего рода компромисс. – Эстер нашла в себе силы улыбнуться. – Твой дед иногда шел навстречу моим пожеланиям. Я тоже старалась кое в чем соглашаться с ним. Поэтому мы не стали заделывать эти два прохода, но полностью отказались от старой традиции Блафф-Хауса. Я не говорила об этом твоему отцу, даже когда он стал старше и разумнее.

– Почему?

– Его родной дом в Бостоне, твой – здесь. Если у тебя возникнет необходимость спрятаться, можно воспользоваться этими проходами, сдвинув панель. Об этом уже никто не знает, за исключением разве что Стоуни Триббета, если тот, конечно, не забыл.

– Стоуни не забыл. Он нарисовал мне план дома и отметил места тайных проходов. Но он не сказал мне, что два прохода все еще открыты.

– Молодец Стоуни. Умеет держать язык за зубами, – снова улыбнулась Эстер. – Я просила его никому о них не рассказывать.

– Отлично. Теперь я знаю о них, но обо мне можешь не беспокоиться.

– Мне нужно увидеть его лицо, лицо человека, который был в доме в ту ночь. Я увижу его и смогу опознать.

– Может, заварить сейчас для тебя тот чай? – предложила Эйбра.

– Для чая уже поздно, – пожала плечами старая леди. – Ты лучше помоги мне встать и спуститься вниз. Там ты нальешь мне добрый стаканчик виски.