Бижутерия - Мередит Рич

— Я никогда не слышал, чтобы ты говорила подобным образом. — Аллен взял жену за руку и крепко пожал. — А как насчет Майка Маршалла? Ты его любишь?

Вопрос застал ее врасплох. Откуда Аллен знает о Майке?

— Нет, — ответила она. — Какое-то время мы забавлялись. Он так сильно меня хотел, и это льстило. И еще… согласись, мы никогда не сгорали от страсти. Было удобно, но часто чувствовалось, что ты чем-то озабочен.

— Не только я…

— Конечно. Наверное, так всегда происходит в браке. Нет способа удержать страсть. Поэтому лучше всего выходить замуж за друга. Когда все уже сказано и совершено, у тебя остается друг. Нам необходимо решить — обоим, — достаточно ли крепка наша дружба, чтобы продолжать жить вместе.

Несколько минут они сидели в молчании и прислушивались к щебету синиц за окном.

— Я больше не знаю, что и думать, — наконец произнес Аллен.

— Я тоже, — вздохнула Джуэл. — Вот что еще пришло мне в голову… уже по другому поводу. Черт! Как хочется курить! — пожаловалась она.

Аллен поцеловал ей руку, которой она обычно держала сигарету.

— Принести тебе конфет? Пожевать взамен курения?

— Если каждый раз, когда мне захочется сигарету, я стану тянуться за сладостями, через год меня так разнесет, что буду весить не меньше трехсот пятидесяти фунтов, — горько рассмеялась она. — Нет, съем холодную индейку. Возьми хлеб и майонез. — Она взъерошила ему волосы пальцами правой руки. — Еще я хотела поговорить с тобой о… Саше.

— О Саше?

Джуэл кивнула:

— В последнее время он не выходит у меня из головы. Я чувствую себя виноватой из-за того, что девочки не знают. Думаю, надо им сказать. Но я хочу знать твое мнение — их приемного отца.

— Считаю, что девочки должны знать правду. Всегда так думал. Мы подолгу обсуждали это с Эдвардом. Даже намеревались объявить за твоей спиной, но не решились. Ты была против. А почему теперь изменила мнение?

Джуэл покачала головой:

— Сама не знаю. Вчера листала «Вог» и увидела рекламу «Тиффани» с Сашиным колье. По-настоящему красивая вещь. Массивное золото и черный, неправильной формы жемчуг. Я вспомнила жизнь с Сашей, словно снова оказалась на Спринг-стрит. И стала думать о нем, о нас, о том, как все кончилось. — На глаза Джуэл навернулись слезы. — Побывав за чертой смерти, начинаешь смотреть на жизнь по-другому. Я внезапно перестала его ненавидеть.

— Наверное, так и есть, — согласился Аллен. — Я рад. Девочкам надо сказать. Поначалу им будет трудно. Но они привыкнут. Мы все привыкнем. Когда ты хочешь сказать?

— После того, как ты возьмешь из сейфа фотоальбом. В нем есть снимки Саши с дочерьми. Так они мне поверят.

— Тебе помочь?

— Нет, спасибо. Я должна это сделать сама.

— Я тобой горжусь, дорогая. Правда горжусь. И Эдвард обрадуется. За последние годы они с Сашей по-настоящему подружились.

— Я догадалась, — зевнула Джуэл. — Кажется, мне пора соснуть. От всего этого у меня голова кругом. Надо восстановить силы.

— Помни, я сделаю все, чтобы тебе помочь. Я тебя по-прежнему люблю. Очень сильно.

— И я тебя люблю, Аллен. — Джуэл взяла мужа за руку. — Верь мне.

— Как давно мы с тобой так не говорили. Что с нами случилось, дорогая?

— Издержки долгого брака. — Она пожала плечами. — Каждый шел своим путем. Потом мы возвращались домой, ложились в одну постель и называли это сносной жизнью. Она и была сносной. Вопрос только в том, жизнь ли это вообще?

Аллен склонился и поцеловал жену.

— Да… жизнь. Ну, давай сосни. — Он направился к двери, но внезапно остановился. — Ты не перестаешь меня поражать. Бывало, сильно бесила, но никогда не нагоняла скуки.

— Спасибо, — улыбнулась Джуэл. — Это комплимент?

— Да, — твердо ответил Аллен.