Величайший рыцарь - Элизабет Чедвик

Вильгельм печально улыбнулся.

– Это на самом деле так, но, возможно, если не будет необходимости греть руки у адского огня при дворе, я предпочту находиться в Англии.

– Ну, тогда попроси у короля вместо этого английскую наследницу.

– Именно это я и намерен сделать – когда подвернется подходящий момент. Сейчас он не в том настроении. Любой, кто у него что-то попросит, вероятнее всего, получит резкий отказ.

– А ты имеешь в виду какую-то конкретную наследницу?

Вильгельм поставил кубок на чистый деревянный стол.

– Изабель де Клер.

Болдвин поджал губы, оценивающе посмотрел на Вильгельма, потом кивнул.

– Ее поместья не так ценны, как Берри, – напомнил он.

Вильгельм пожал плечами.

– Они почти такие же и не на французской границе.

– Однако на уэльской и ирландской, – с улыбкой заметил Болдвин.

– Это вызов, а не трудность, – ответил Вильгельм и улыбнулся Болдвину, правда, улыбка получилась кислой. – Но, судя по всему, вряд ли я в ближайшее время стану женихом, не так ли?

* * *

Утром переговоры возобновились, и Вильгельм видел, как отношения между Генрихом и старшим из его выживших сыновей ухудшаются. Требования одного были неприемлемы для другого. Король Филипп спровоцировал этот спор между отцом и сыном, объявив, что отступит с территории, которую захватил, если Генрих подтвердит, что Ричард является его наследником, а он сам увидит, как Ричард женится на сводной сестре Филиппа Элис, с которой был помолвлен уже двадцать лет. Филипп наблюдал за происходящим, словно за схваткой львов. Покрасневший Генрих, сжимая кулаки, гневно смотрел на короля Франции и лихорадочно возбужденного Ричарда.

– Я не позволю вам загнать меня в угол вашими мелочными интригами! – рявкнул он на Филиппа. – Я назначу наследника, когда захочется мне, а не вам!

Филипп развел руками.

– Это кажется мне вполне разумным решением, – заявил он. – Подтвердите, что ваш старший сын является вашим наследником, проследите, чтобы он женился на своей невесте, и выполните таким образом ваше обещание. Он не просит ничего, чего разумный отец не дал бы старшему сыну.

– Нет, это просите вы! – опять рявкнул Генрих, тыкая коротким указательным пальцем с обгрызенным ногтем в сторону Филиппа. – Это вы намерены вбить клин между мной и моими сыновьями.

– Мне не нужно вбивать клин: вы сами его уже вбили, – заметил Филипп. – Не вините меня в ваших проблемах. Вы сами их создали, – он протянул открытую ладонь в сторону Ричарда: – Подтвердите, что Ричард – ваш наследник, назначьте день его свадьбы с моей сестрой. Это все, что от вас требуется.

Вильгельм стоял рядом с Генрихом, охраняя его, и видел, что короля трясет от ярости. Иоанн сидел рядом с отцом с невозмутимостью кота, хотя Вильгельм подозревал, что внутренне он улыбается от уха до уха.

– Я не должен ничего делать. И вы не заставите меня ничего сделать, – заявил Генрих. – Вы только получите войну, которая вам будет дорого стоить.

Ричард встал с кресла. Он был высокого роста: его серые глаза, когда он повернулся к отцу, блестели, как кусочки отполированного серпентина.

– Нет, – сказал он. – Это будет дорого стоить тебе. Зачем хранить тебе верность, если ты отказываешься признать мои права? Тебя так гложет злоба и одолевают противоречивые желания, что ты готов оставить королевство глупому мальчишке, который показал, что не способен ни править людьми, ни даже выбраться из мешка с мукой? – он с презрением показал на младшего брата. – Ты считаешь его достойным? Боже мой, да все, к чему он прикасается, скисает и свертывается!

Иоанн прищурил светло-карие глаза.

– Меня раздражает не Иоанн, и не он надоедает мне, и не он выворачивает мне душу, – заявил Генрих. – Сядь.

Правая рука Вильгельма непроизвольно потянулась к рукоятке меча. Ричард перевел взгляд, уловил намерение Вильгельма, и его рука тоже потянулась к позолоченному поясу, на котором висел меч. Но, вместо того чтобы достать клинок, он расстегнул пояс и медленно снял его. Потом он повернулся спиной к отцу и брату, приблизился к королю Франции и точно так же медленно опустился перед ним на колени. Затем он положил ножны у его ног.

– Я даю вам торжественную клятву вассала и передаю вам, как вассал, свои земли, Нормандию и Аквитанию, – объявил ом громким голосом, который разнесся но залу. – И я присягаю вам на верность, исключая лишь те обязательства, которые имею по отношению к своему отцу, королю, – последние слова прозвучали очень горько. – И я прошу у вас помощи, eсли меня лишат нрав наследника.

Генрих вскочил на ноги, и архиепископ Кентерберийский вынужден был его сдержать.

– Ты близорукий дурак! – в ярости заорал король. – Разве ты не понимаешь, что тобой манипулируют?!

Ричард посмотрел на отца, отлично держа себя в руках.

– Нет, – ответил он хриплым от напряжения голосом. – Я выбрал свободу. Посмотри на бревно у себя в глазу, перед тем как доставать соринку из моего!

Он развернулся, призвал своих вассалов, забрал пояс с мечом и покинул зал.

Французский король Филипп встал и тоже собрался уходить.

– Вас ждет война, – сказал он Генриху. – И вы сами ее вызвали. Если я когда-то и завидовал вам, сегодня я от этого вылечился. Вы знаете, где меня искать, если, очнувшись, и не захотите видеть, как ваши земли горят из-за гнева вашего сына. Он дал мне клятву верности, и честь обязывает меня помочь ему.

Генрих вылетел с переговоров в слепой ярости и отправился в противоположную сторону – не туда, куда пошли Ричард с Филиппом. Когда архиепископ попытался увещевать его, Генрих вырвал жезл из руки старика и бросил его, как копье.

– Клянусь именем Христа, я жалею, что не был бесплоден, когда вижу, что получилось из моего семени! – задыхаясь, выпалил он.

Вильгельм сходил за жезлом и вернул архиепископу.

– Они хотят войны – они получат войну! Я… Боже! – Генрих согнулся пополам со сдавленным криком и схватился за живот.

К нему поспешили граф Честерский и архиепископ Руанский. Вильгельм отправил слугу за врачом Генриха. Вассалы с беспокойством отвели его в покои и уложили в кровать. На лбу Генриха выступили капельки пота. Тело сводило судорогой, и он стонал сквозь стиснутые зубы.

– Вы видите, что Ричард с ним сделал? – спросил Иоанн с полуулыбкой на губах. – Вы видите, к чему привело его предательство?

– Зачем вы так? – сказал Ранулф из Честера. – У короля и раньше случались такие приступы. Нельзя во всем винить Ричарда.

– Я могу и виню, – ледяным тоном ответил Иоанн.

Вильгельм тихо отделился от остальных и отправился на поиски Ричарда. Он нашел его пьющим вино вместе с рыцарями. Ричард пребывал в ярости. Вильгельм с беспокойством заметил, что его слуги складывают вещи в сундуки.