Сирота с Манхэттена - Мари-Бернадетт Дюпюи

- Она обкрадывает бабушку! - возмутилась Элизабет.

- Я тоже ее упрекнула в этом, мадемуазель. А Мадлен ответила, что хозяева у нее богатые и ничего не замечают. А как заметить, если это она занимается покупками, сама заказывает доставку провизии? Ладно, раз вы только вздыхаете, лучше опишу вам это помещение. Комната страшная, с высоким сводчатым потолком, на полу - кучи хлама, да и темно к тому же. Там давно пора прибрать, а то кажется, что мусор копился столетиями. А теперь - как я упала. Мы начали спускаться по каменным ступенькам, очень крутым. Я иду шаг в шаг за Мадлен, и тут она спотыкается! Я вскрикиваю, она вскрикивает и пытается удержаться, схватив меня за юбку. Потом растягивается на ступеньках, а я тоже теряю равновесие, заваливаюсь на бок и скатываюсь вниз! Больше всего пострадала моя бедная голова: у подножия лестницы рассыпаны большие булыжники.

- Ты же чуть не убилась!

Элизабет крепче сжала руки гувернантки. Ужас от того, что могло случиться с Бонни, леденил ей кровь.

- Что бы я без тебя делала? - добавила она.

- Ну, вы бы недолго по мне убивались, мадемуазель. Не сказать, что я вообще кому-то нужна, - тоскливо отозвалась Бонни. - Тут Мадлен права: если в свои годы я еще не замужем, то уж точно обречена состариться одинокой.

Так уж заведено на этом свете… Когда у вас появится супруг вашего ранга и дети, на мое место вполне могут взять квалифицированную няньку, которая выросла не в Америке. По-французски читать у меня получается плохо, так что.

Не договорив, Бонни разрыдалась. Элизабет встала и нежно ее обняла.

- Если Мадлен вбивает тебе в голову такие глупости, не удивительно, что болит голова. Особенно после падения! Бонни, ты останешься со мной, я не хочу тебя лишиться. Супруг моего ранга. Интересно, от кого ты набралась этого чванства? Положение в обществе, хорошие манеры, устаревшие порядки… Бонни, плевать я на все это хотела! И если у меня появятся дети, ты будешь их няней и другой я никогда не захочу.

Еще долго Элизабет утешала и баюкала свою гувернантку и подругу ласковыми словами. Она чувствовала: Бонни очень встревожена, а потому не стоит обременять ее еще и своими неприятностями.

- Бабушка побудет какое-то время в своей комнате, она попросила Жермен принести ей обед туда. Мы с тобой тоже пообедаем тут!

- Мадемуазель, пожалуйста, не сердитесь на Мадлен. Она сама ужасно расстроилась, и я пообещала, что никому не скажу - ну, про винные бутылки.

- Нет конца этим секретам, - с раздражением проговорила Элизабет. - Не бойся, пока я не стану ничего рассказывать. Лучше позову Жермен!

В замковой конюшне, два часа спустя

Жюстен как раз седлал Галанта, рослого хозяйского жеребца серой масти, когда на аллее, ведущей к конюшне, появилась Мариетта. Вошла, остановилась напротив стойла, прижав к левому бедру корзину с бельем.

- Ну здравствуй! - вполголоса произнесла она. - Пришла на тебя посмотреть, потому что ты теперь занятой, в мою сторону и не смотришь.

- Если сегодня у тебя нет работы, зачем ты тут шляешься? - раздраженным тоном отозвался Жюстен.

- Раньше, когда я к тебе прибегала, ты не жаловался.

- Вот-вот явится хозяин, так что лучше уходи, Мариетта! Сегодня плохой день. Если мсье Ларош тебя застанет, а при этом лошадь его не будет готова, нас обоих могут выгнать!

- Мсье Ларош остановился поговорить со старым Леандром, так что не кипятись! Скажи лучше, что не хочешь больше со мной встречаться. Я же не слепая, все понимаю. У тебя перед глазами стоит мадемуазель!

Жюстен дал волю раздражению, резким движением подтянув подпругу. Галант дернулся, попытался его укусить.

- Мне не до тебя, Мариетта. Поговорим в другой раз. И выкинь эти глупости из головы. У меня полно работы, как только смогу - встретимся. Есть и еще одна причина, почему я не хочу рисковать. Я вот подумал: ты и правда можешь забеременеть, а моих заработков не хватит, чтобы содержать семью.

Он повернулся к девушке, желая показать, что он искренне этим обеспокоен.

- Кто это так тебя разукрасил? Ссадина на пол-лица! - ужаснулась Мариетта. - Так кто? Хозяин?

- Нет. Только что ударило веткой в леске, на полном скаку. Мариетта, пожалуйста, уходи!

Но миниатюрная блондинка только насмешливо покачала головой. Жюстен указал ей рукой на внутреннюю дверь.

- Дурачок ты, дурачок, Жюстен, - сладким голосом протянула девушка. - Уж я-то знаю, что ты по уши влюблен в прекрасную Элизабет. Хотя не такая уж она и красавица, не лучше других девушек. Я перестирываю белье, все панталоны-подвязки твоей принцессы! Феи такое не носят!

Жюстен вперил в нее сердитый взгляд. Он был и смущен, и рассержен. Мариетта притворилась испуганной и убежала. В следующий миг через двустворчатую дверь в конюшню вошел помещик, но молодую прачку он не заметил.

- Галант оседлан, мсье.

- Отлично, мой мальчик. Я еду в Эгр и вернусь к ночи. Хочу размяться, развеяться. Впервые за много лет пришлось обедать самому: супруга с внучкой заперлись в своих комнатах. Так почему бы мне немного не развлечься?

Видя, что конюх не смеет ответить, он удивился:

- Жюстен, или ты язык проглотил?

- Нет, мсье, но мое мнение ничего не стоит.

Юноша повел Галанта наружу, и Ларош проводил его взглядом. А потом и сам пошел следом, попутно проверяя содержимое карманов своего редингота. Все необходимое взял: туго набитый деньгами бумажник, часы с цепочкой, сигары.

- Жюстен! - позвал он. - Утром я рассердился, ударил тебя ни за что. У меня на службе прежде не бывало таких дельных конюхов, как ты.

Ларош перехватил поводья, попутно сунув юноше в руку золотой луидор.

- Я не могу это взять, мсье, - заявил Жюстен. - Мне и жалованья хватает.

- Надо же, еще и гордец! Ты умный парень, Жюстен. Ну, не ломайся! Мадлен мне нашептала, что ты водишь шашни с малышкой Мариеттой. Так что прибереги этот луидор вам на свадьбу!