Высота в милю - Лиз Томфорд

— Я тебя ненавижу, помнишь?

Мы обмениваемся понимающей улыбкой.

— Стиви девочка, я тебе нравлюсь? — он убирает завитки волос с моего лица, чтобы видеть меня.

Мой взгляд мечется между его глазами и губами. Не в силах сопротивляться, я наклоняюсь вперед, сокращая расстояние между нами, и прижимаюсь губами к его губам. На мгновение Зи поддается мне, прежде чем отвернуться, разрывая связь и качая головой.

— Не надо, — парень закрывает глаза, как будто ему больно от того, что он остановил меня. — Не делай этого, если только это не приведет к чему-то большему, и я не имею в виду физическую близость.

— Что ты имеешь в виду?

Я знаю, что он имеет в виду.

— Ты знаешь, что я имею в виду. — Его взгляд сфокусирован и направлен на меня. — Я хочу больше, чем просто секс с тобой. Я хочу тебя. Всю целиком. Я просто хочу получить шанс.

Открываться ему таким образом очень страшно, но как я могу не хотеть этого мужчину после всего, что он мне показал? Зандерс пытался выбрать меня снова и снова, а все, чего я когда-либо хотела, это быть чьим-то первым выбором.

Моя пауза приводит к тому, что на лице Зандерса отражается поражение, когда он отводит от меня взгляд, его губы сжаты в жесткую линию.

Сжимаю указательным и большим пальцами его подбородок, чтобы вернуть его внимание ко мне.

— Не делай мне больно.

Он всматривается в мое лицо, пытаясь прочесть мои мысли, и его охватывает надежда.

— Я не смогу.

— Если когда-нибудь наступит момент, когда ты больше не захочешь этого, когда я больше не буду твоим первым выбором, скажи мне.

Уголки его губ поднимаются вверх.

— Ты всегда будешь моим первым выбором. Так было с того дня, как я встретил тебя, милая.

— Будь честен со мной.

— Буду. Всегда, — Зандерс обхватывает мое лицо, прислоняется лбом к моему, выражение его лица меняется. — Но я еще не готов быть честным со всем миром.

Я киваю ему.

— Можешь играть со всеми остальными, но не со мной. К черту. Я даже поддержу твою выдуманную личность, лишь бы ты не был тем парнем со мной.

— Значит, я тебе нравлюсь? — Его улыбка нетерпеливая и возбуждающая.

Я не могу не рассмеяться над этим огромным мужчиной, задающим такой детский вопрос.

— А ты как думаешь?

— Скажи это. Потешь мое самолюбие, Стиви.

Я смеюсь, опуская голову на его плечо, прежде чем снова посмотреть на него.

— Я тебе нравлюсь, — уговаривает Зи, его губы всего в нескольких дюймах от моих, пока парень смотрит на мой рот.

— Поцелуй меня.

— Скажи это, и я сделаю гораздо больше, милая.

Огонь горит в его карих глазах, я знаю, что он хочет всего этого так же сильно, как и я.

Я игриво закатываю глаза.

— Да. Ты мне нравишься, самый высокомерный мужчина в Чикаго.

Я наблюдаю, как с его плеч словно спадает тяжесть, его глаза сияют, а улыбка становится напыщенной.

— Я думаю, ты имеешь в виду самого сексуального мужчину в Чикаго.

— Как я уже сказала… самый высокомерный мужчина в Чикаго.

Его самодовольная улыбка появляется как нельзя кстати.

— Черт возьми, я так и знал. Как ты могла не запасть на меня? Я офигенно хорош. Я…

— Заткнись, — закрываю ему рот ладонью. — Заткнись. Заткнись, — смеюсь я.

Его веселье сменяется желанием, когда я опускаю руку. Он встает, обвивая мои ноги вокруг своей талии и несет меня так, будто я абсолютно ничего не вешу.

— Как насчет того, чтобы заставить тебя заткнуться?

Зандерс прижимает свои губы к моим, лишая меня слов, которые я могла бы произнести, и несет меня к кухонному острову, усаживая сверху.

— Я бы предпочла, чтобы ты заставил меня кричать, — парирую я с придыханием.

Дьявольская ухмылка появляется на его губах, в глазах пляшет озорство.

— Вот это я могу сделать.

ГЛАВА 30

ЗАНДЕРС

Не знаю, чувствовал ли я когда-нибудь в своей жизни такую легкость. Я чувствую, что меня видит, выбирает и принимает тот, кого я выбираю так же сильно.

Усадив Стиви на столешницу моего кухонного острова, я встаю между ее ног и крепко целую ее, исследуя ее рот. К моей радости, девушка не менее нетерпелива, обхватив меня ногами, упираясь пятками в мою задницу, требуя, чтобы я был ближе.

Оторвавшись от ее губ, я провожу своими по ее подбородку и вниз по шее, вырывая тихий стон из горла Стиви.

— Зи, подожди, — шепчет она, но в то же время обхватывает руками мои плечи, притягивая меня к себе.

— Больше никакого ожидания, — я продолжаю атаковать ее шею и грудь, сбрасывая фланелевую рубашку с плеч, оставляя ее только в майке и обнажая все больше ее бронзовой кожи.

— Зи, — останавливает она, обхватывая мои щеки и притягивая мое лицо к своему. В ее глазах пляшет беспокойство. — Нам нужно поговорить о твоей маме. Мы вроде как обошли это стороной.

Мне и без этого хорошо. Последнее, что хочу сейчас делать, это думать об этой женщине. Сегодня из-за нее я провел целых двадцать минут в паническом состоянии.

Я качаю головой.

— Ви, я действительно не хочу.

— Уверен? Ты знаешь, что можешь поговорить о ней со мной, если хочешь.

Я не могу сдержать легкую улыбку, расползающуюся по моим губам. Впервые за долгое время я чувствую себя в полной безопасности и защищенным, рассказывая каждую маленькую деталь своей жизни.

— Я знаю. Но у меня правда все хорошо. Даже великолепно, и лучше я буду трахать свою девушку, чем говорить о золотоискательнице, которая меня родила.

Стиви кладет руки мне на плечи, приподнимая одну бровь.