Кисло-сладкое - Татьяна Грачева

Соня прошлась по комнате, нервно сжала пальцы.

– Беременная я была страшная.

– Вот-вот.

Соня резко развернулась, удивлённо вскинула брови.

– Ты сейчас должен был сказать, что материнство меня красило, и я светилась изнутри.

Кирилл обнял Соню, чмокнул в висок.

– Еще как светилась, и этот внутренний свет периодически извергался из тебя. Ты еще это токсикозом называла, – он ободряюще улыбнулся, – теперь ты другая. Вот такой они тебя не видели. Покажись им.

Соня показалась, с тех пор делала это регулярно, даже когда переехала в Краснодар. Пропустила только год, когда носила Тимура – беременность сыном её тоже не украсила, вернулся извергающийся внутренний свет.

Поднявшись на второй этаж, Соня толкнула двери и позволила себя заметить.

Её встретили тепло, для вида повозмущались, что она редко звонит и неактивна в чате одноклассников. А дальше все пошло по проверенному годами сценарию: демонстрация фотографий, чуть приукрашенное настоящее, общие воспоминания, которые почему-то со временем стали сильно разниться, развесёлые танцы и заверения, что теперь они будут встречаться гораздо чаще.

Олег, влюбленный в Соню с первого класса, пытался выдавить из неё признание, что нравился ей, только она это тщательно скрывала. Видимо, даже от самой себя. Подруга, с которой они вместе ходили на легкую атлетику, припоминала тренера и его несколько садистские методы воспитания, а хохотушка Полина начала танцевать уже после второго бокала шампанского.

Соня беспрестанно поглядывала на часы, волнение нарастало с каждой минутой, словно гул приближающегося поезда. Шумело в ушах, напряжение бродило током по поверхности кожи. Прошло только полчаса, а она уже не могла усидеть на месте. Где-то там, на набережной, бродил Марк. Почему они договорились встретиться в восемь? Это же почти ночь, и еще целых три с половиной часа здесь, в ресторане. Словно подслушав ее мысли, Марк прислал фото. Судя по ракурсу и деревянным потемневшим доскам, он находился на пирсе.

Соня не ответила, перевернула телефон экраном вниз и попыталась влиться в беседу. Вроде шутила, отвечала и спрашивала, но чувствовала себя роботом, который выдает заученные реплики по алгоритму. Мысленно она уже шла по набережной, дышала солоноватым воздухом и наслаждалась видом мартовского моря.

Олег звал её танцевать, но Соня отказывалась. Для танцев она оделась непразднично и слишком тепло. Её и так трясло и бросало то в жар, то в холод, а после танцев свитер можно будет выжимать. Марк периодически слал фотографии, словно отчитывался о своих передвижениях по городу, и коротко их подписывал. Не хотел отвлекать от праздника, но не мог не поделиться эмоциями. Он тоже нервничал.

Еще через час Соня осознала, что уже наговорилась и даже устала, одноклассники постоянно вспоминали выпускной класс, а этот год их жизни прошел параллельными несоприкасающимися курсами. У Сони было свое прошлое, и оно ждало ее где-то у моря. Она не выдержала, объявила, что ей срочно нужно бежать, и схватила куртку. Возмутился только Олег, он все еще не потерял надежду выжать из Сони признание, а желательно и поцелуй. Прошло восемнадцать лет, но он так и не смог забыть свою первую маниакальную влюбленность. Ему было бы гораздо легче побороть чувства, если бы Соня подурнела или приехала с мужем. Но она не облегчила его страдания. Даже в простой одежде выглядела привлекательно, а мужа не показала ни разу.

Соня просто сбежала. До встречи с Марком оставалось целых два часа, но лучше она пройдется по улицам, поздоровается с морем, чем будет сидеть и нервничать, изображая радость и воодушевление. Не сегодня. На притворство нет сил.

Выйдя из ресторана, она глубоко вдохнула и направилась к набережной. Благо ресторан был расположен на площадке у моря, и идти было недалеко. Соня не стала застегивать куртку, ветер дул теплый, хотя солнце подрумянило бока и перестало напоминать шарик мороженого, растворяющийся в молоке. Мартовское море потеряло краски, будто в него плеснули отбеливатель. Вдоль линии прибоя носились неугомонные крикливые чайки, бродили редкие отдыхающие, некоторые купались. Соня вздрогнула: она не рискнула бы лезть в такую студёную воду.

У кораблика с алыми потрепанными парусами Соня приостановилась. Надо же, ему столько лет, а он все стоит, непотопляемый и неубиваемый непогодой. Как символично: не Ассоль ждет корабль, а корабль ждёт свою Ассоль.

Соня шла медленно, рассматривала знакомые достопримечательности, дышала морским воздухом и пыталась унять колотящееся сердце. Впереди ступени уходили вниз, еще немного, и спуск выведет ее к пляжу, а там недалеко и до пирса. Её блуждающий взгляд случайно выцепил среди людей высокого мужчину в черной куртке и синих джинсах. Он слегка прихрамывал и периодически останавливался, опускал взгляд в телефон. Соня сначала застыла, потом двинулась следом за ним. Рассматривала его со спины, почему-то пытаясь убедить саму себя, что это кто угодно, но не Марк. Хотя все кричало о том, что это именно он. Эту куртку она уже видела в его ролике, в этих джинсах он был на фото, которое прислал два дня назад. На снимке он сидел на отремонтированной «Ямахе», довольный и важный, будто починил космолёт за секунду до взлета. Всё говорило о том, что это он: цвет волос, осанка, походка и окончательно взбесившееся сердце. Соня прошла за Марком почти два квартала. Не пыталась прятаться, но и не окликала, а он не поворачивался.

Марк дошел до открытой площадки с биноскопами и остановился у перил. Навел камеру телефона на солнечную дорожку на воде и несколько раз сфотографировал. Когда он отправил снимки, Соня стояла за его спиной. Ее мобильный отреагировал чередой сигналов, прозвучавших как нота ми на тонкой гитарной струне. Марк резко опустил руку и замер. Соня видела, как напряглась его спина, свободная рука сжалась в кулак, а потом медленно расслабилась.

Соня просмотрела присланные фото, будто до сих пор не верила, что перед ней Марк. На экране увидела ту же панораму, которая раскинулась чуть ниже и дальше.

Марк медленно повернулся.

– Соня?

Она кивнула и чуть качнулась вперёд. Он тоже качнулся. Так и замерли в стремительном движении друг к другу.

– Привет, Марк.

Он сделал шаг вперёд, она не шелохнулась, смотрела на него и не могла моргнуть. Марк преодолел последний метр пространства и обнял неподвижную Соню. Она чуть повернула голову, вскинула руки, но не обняла в ответ, так и застыла на середине действия. Это был Марк. Не запись, не фото и не бесплотный голос из телефона. Реальный человек.