Жена поневоле - Нинель Лав

— А почему кавказского? — Федин наклонился, собрал с пола огрызки карандаша и сунул песику ластик. Еврик тут же забрал его в рот и начал жевать, думая, что это какая-то еда, но через секунду выплюнул — нет, еда не может быть такой противной, и снова принялся за карандаш.

— Нос такой… не острый, а крупный и загнутый вниз — явно не русский и волоски над верхней губой.

— И что это нам дает?.. Светлана явно что-то скрывает от нас, а для них эта информация очень опасна, раз решились на крайние меры. Так какие, в связи с этим, возникают соображения? Как нам найти эту «сладкую парочку»?

Заметив удивленные взгляды Федина, Кира натянула пониже шелковый цветастый платок на лоб и виски и вздохнула.

— Ну, вообще-то… их надо еще раз спровоцировать.

— Легко сказать! — Федин не любил выслушивать советы дилетантов, но в данном случае дилетант был еще и заказчицей, и он обязан был проявлять к ней элементарное уважение — по крайней мере, выслушать, а уж потом решать! — После неудавшейся попытки убрать свидетеля они затаятся на какое-то время…

— А я думаю, что попытаются сделать это еще раз, — возразила Кира — возразила из чувства противоречия (все приходится делать самой!), совсем не уверенная в своей правоте. — Этим вы должны воспользоваться. Только на этот раз надо все хорошо спланировать.

Предложение Федину не понравилось — подвергать реальной опасности кого бы то ни было, он не хотел, хотя и понимал, что без «приманки» преступников им не поймать.

— Кого будем посвящать в наш план?

— Никого, — нервно передернула Кира плечами. — Возможно, в доме Вячеслава есть пособник преступникам, а в нашем положении нельзя ошибиться.

— А Николая? Или его сестру?

— Только не его сестру — она ненароком проговориться кому-нибудь, и все сорвется. Света сидит дома и никуда не выходит.

— Но… — Федин хотел напомнить о затратах, но передумал — в конце концов, они работают на Вячеслава Львовича Бурмистрова, а за всякую работу надо платить. — Хорошо, привлечем ребят из охранного агентства «Панцирь» — пусть последят за домом, за припаркованными машинами — если она сидит дома, то ее должны караулить именно у дома. Ребята что-нибудь да обнаружат, а уж тогда они их не упустят — профессионалы. Теперь главное — найти кого-то на роль приманки…

Кира надвинула шелковый платок на самые глаза, закрыла лицо ладонями и снова вздохнула.

Этот «байкерский» атрибут с цветочками и помятый, местами испачканный джинсовый «костюмчик» вызвали у Федина в первую минуту их встречи недоумение — он привык видеть Киру хорошо одетой и ухоженной в сверкающей машине и с бриллиантовыми часиками на запястье — эта одежда показалась ему маскарадно-вызывающей и пахло от нее совсем не привычно резко. Правда, после услышанной истории он перестал обращать внимание на одежду и запах.

— Мне очень не хочется это делать, но, может быть, снова я… Хотя если честно, перепутать нас со Светой очень сложно — мы совершенно разные! — и по возрасту, и по фигуре.

Достав из пачки сигарету, Федин повертел ее в руках, посмотрел на собачку — рыская по углам, тойчик все время чихал от скопившейся там пыли — и, переломив ее, бросил в пепельницу.

— Тогда почему они приняли тебя за Светлану? Не узнали? Почему?

— Не знаю… — Возможно, они лично со Светланой не знакомы — видели ее мельком или издалека — вот и перепутали вас… Надо подумать об этом на досуге. — Тойчик запрыгнул на колени к Федину, покрутился и, поставив кривенькие лапки на письменный стол, стал высматривать на столе что-нибудь интересное и вкусное. Федин достал из ящика баранку и сунул ее собачке. Еврик соскочил на пол и, зажав баранку лапками, стал громко со смаком грызть развалившуюся надвое сушку. — И не страшно снова подвергать свою жизнь опасности? Ведь теперь они знают, что у тебя пистолет, то есть у Светланы, хоть и пневматический, но пистолет, и будут действовать более осторожно. Возможно, тоже будут стрелять.

— Стрелять? — такая перспектива Киру совсем не обрадовала. — Не, не, не, на «стрелять» я не согласна!

— Попробуем исключить такую возможность. Можно сделать так, что около тебя все время будут крутиться люди. Ну, например, водитель такси, помогающий нести большие сумки, или грузчики с мебелью… Может же, Светлана переезжать на другую квартиру. В конце концов, можно надеть бронежилет…

— А еще лучше тяжелый водолазный костюм, сверху бронежилет и все это прикрыть пуленепробиваемым щитом!

— Ты все шутишь, Кира, а дело серьезное!

— Да ну? А я и не знала!

На этот раз Федин промолчал.

Эта авантюра ему все больше и больше не нравилась — слишком мало времени было на подготовку, и слишком малой информацией они обладали, необходимо было дня два, а лучше три. За это время детективы уж точно что-нибудь да обнаружили бы, но и упускать такую возможность было нельзя: преступники могли отказаться от своего плана и сбежать из города — ищи тогда ветра в поле!

— Мне надо обсудить с детективами весь план операции, подготовиться, просчитать все возможные варианты и подумать о безопасности всех участников. Завтра утром я позвоню и сообщу, что мы решили.

Подхватив с пола тойчика и сунув его за пазуху, Кира попрощалась с Фединым, вышла из кабинета и снова посмотрела на время — ей предстояло еще одно очень печальное дело…

А Константин Федин достал из ящика письменного стола тонкую, пластиковую папочку и стал в сотый раз перечитывать отчеты детективов и свои собственные записи.

Если официальное расследование органов правопорядка не пополнялось никакими данными, то неофициальное «дело», расследуемое в частном порядке детективами агентства «Панцирь» и Фединым, быстро обрастало фактами и признаниями людей, по воле случая вовлеченных в круговорот этих криминальных событий.

Пытаясь разобраться в этом хитросплетении лживой беременности, убийства, подстав, удавшихся и неудавшихся покушений, Федин до ночи задерживался в своем кабинете. Жена была недовольна, теща ворчала, но полученные за дополнительную работу деньги делали свое дело — женщины вынуждены были смириться, надеясь, все же, что его полуночным отлучкам скоро придет конец.

Мотивом совершенного преступления Федин считал все же деньги и имущество Бурмистрова. Первоначальная версия самого Бурмистрова о намерении одного из учредителей захватить его пакет акций банка не нашла своего подтверждения — жертвой преступления неслучайно была выбрана единственная наследница Вячеслава Львовича: за жертвой ездили в другой город, разговаривали с матерью, уговаривали девочку, везли, прятали — все это сопряжено с большими трудностями. А значит,