Сердца мира - Анна Александровна Цой

– Я замужем! – объявила драконица и счастливо улыбнулась присутствующим.

Вильгельм и Майкл одновременно выругались, Феликс же задумчиво разглядывал тату.

– А что так можно было? – спросила я, зная что Мао была ограничена договором.

Я думала каждый магический договор обойти невозможно, как оказалось и здесь существовали кое-какие уловки. Словами было невозможно передать, как я была этому рада.

– Ни один договор Деймоса не действует на Фобосе. А маги у них хиленькие! – она засмеялась, взбесив мужчин ещё больше, – надо было для тебя кого-нибудь тоже украсть.

Я облегченно вздохнула. Она справилась сама, как и обычно. И совершенно неординарным способом. Только что будет ей за ее очередную выходку? Майкл не оставит ее в покое. Тем-более, когда он почти стал Магистром Деймоса. Так или иначе, я была готова укрывать ее.

Обняла подругу за плечи и прижалась к ней. Не позволю никому причинить ей вред!

– Ладно! Вы переиграли меня! – взревел будущий глава Деймоса, – но через год ты пожалеешь об этом!

И он вылетел за дверь, где тут же прозвучал тихий хлопок портала. Мао положила на меня голову и прикрыла глаза. Ее длинные чёрные волосы укрывали меня как плащом, так что я крутила в руках одну прядь, немного завидуя, ведь свои то волосы я обстригла.

– Почему через год? – так же шёпотом спросила я.

– Метка спадет, если я в течение года не подтвержу брак, – ответила Марконтьяр, довольно жмурясь и расслабленно опираясь на свой подлокотник.

Это было проблемой. Причем ощутимой. Однако, думаю, в течении целого года можно будет придумать выход из этой западни.

– Он отомстит, – произнес Вильгельм, наблюдая за нами.

– У него из всего арсенала самой страшной местью будет наговорить гадостей на коронации, – ответил Феликс, – на большее ума не хватит.

Папа понимающе хмыкнул и сел за свой стол. Князь смотрел на меня, облокотившись на спинку кресла, и о чем-то думал.

Я должна сказать. Сейчас самое время. Почему же тогда руки трясутся, а открыть рот кажется невозможным?

– Я… я хочу кое-что сказать, – я опустила глаза в пол.

Это тяжело, но я справлюсь. Я же сама это решила, не так ли?

– Я обдумала Ваше предложение, Лорд Вольтер, – все замерли, даже Мао отсела на диван напротив, – и я решила согласиться.

Гробовая тишина, и тихое марконтьяровское:

– Любовь зла.

Феликс счастливо улыбнулся мне, и мы вместе взглянули на задумчивого папу.

– Я ждал чего-то подобного, – сказал он после минутной задержки, – первый день лета?

Дата мне понравилась, так что я кивнула. И камень сожалений спал с души. Через полторы недели меня ждала свадьба.

Оставшиеся ночи до коронации нового Магистра меня готовили к балу с утроенной силой. О предстоящей свадьбе здесь объявлять привыкли белым платьем невесты на каком-либо мероприятии, где будет присутствовать вся аристократия. Ну и так же пригласительными, которые мы с Мао строчили на пару. Почему-то мое предложение смотаться на Фобос и напечатать там, было встречено в штыки, потому к знаменательной ночи я была зла на всех. Из-за руки, что уже отваливалась, имён, что вечно крутились в голове и примерки платья. Оно даже ещё не подвенечное! А я уже хочу сбежать.

И вот, наконец, белая шляпка с закрывающей глаза вуалью была взгромождена на мою голову, мягкие туфельки на достаточно высоком каблуке делали меня ростом по грудь жениху, и я вошла с ним в бальный зал. И стала самым ярким пятном в чёрном цветнике аристократии – все были в трауре. Лишь пара Леди сверкали яркими платьями, среди которых была и Королева, которая не сдержала стон страдания при виде меня в таком виде. Зато остальной народ рассматривал меня удивленно-восхищенно. Пока их взгляд не доходил до Вольтера. После все хмурились и смотрели с сожалением.

Но мне было все равно – я улыбалась всему миру. Я была счастлива.

Мы встали на противоположной стороне от мамы, которая сверлила меня взглядом и чуть ли не полыхала огнём. Майкл зашел в зал под медленную мелодию, в ту же секунду начатую оркестром, и с довольной улыбкой прошел к уже своему трону. Оглядел всех и оперативно сел. Ни короны, ни других символов власти в его руках не было. Действительно, магистр – лишь номинальная должность, вся власть держится в руках Совета. Он не стал королем или императором. Он стал козлом отпущения высшей аристократии, которая порвёт любого за лишний клочок земли. Это понимала я, знали папа и Феликс, и скорее всего поймёт довольный бывший принц, что чувствует сейчас свою безграничную важность. Теперь я понимала, почему Вольтер, который был намного сильнее любого Райдера, отказывался от этой ноши. Она отбирала возможности, что были, и давала лишь обязанности, выполнять которые с каждым годом становилось все сложнее.

Далее шла длинная витиеватая речь, которая была написана уж точно не Майком и, наконец, сам бал. Вспоминался прошлый, где я уже была влюблённой дурочкой, что по собственному незнанию танцевала с Лордом Вольтером два раза, разрешая стать любовником. Странный этикет странного мира. Уже моего мира.

Теперь я могла танцевать с ним сколько захочу. Поправка, сколько захочет он.

Любовь за ограничение выбора. Именно этого я опасалась. И именно в это вляпалась. Но не буду убеждать себя в обратном, у меня были огромные надежды на его исправление. Чертова романтичная натура, что никогда во мне не умрет. Возможно это глупые детские мечты, но я не буду собой, если не буду мечтать.

Помнится, при попадании в этот мир я рассуждала о Всемогущих Темных магах из фэнтези, которые неизменно творили зло и с такой же неизменностью получали себе «прекрасную принцессу» в жены. Сейчас я ощущала себя именно такой – дурочкой, что считает свою дальнейшую жизнь с тираном и деспотом сказкой. Я осознавала все, однако, противореча самой себе, делала шаг в его сторону. Теперь я со всей неприсущей мне солидарностью понимала девушек, которые творили глупость ради любви.

Я считала, что в любом случае смогу сбежать от него. В конце концов бабуля прятала нас с Алессой от него больше пятнадцати лет.

Через полтора часа танцев ноги, замурованные в кандалы на каблуках, ныли, а я висела на уже самом настоящем женихе и шла через портал домой. В замок, что перестанет быть мне домом через несколько дней.

– Устала? – спросил Феликс, – не желаешь посидеть с Вильгельмом и отпраздновать помолвку?

Я было кивнувшая головой на первый вопрос, радостно продолжила это дело с утроенной силой. Мы зашли в предрассветную