Сердца мира - Анна Александровна Цой

снова куча народу. Лорды и Леди, что вновь будут разговаривать со мной как с маленькой, пытаться брать на руки и говорить глупые фразы, которыми бросаются, соблюдая этикет. Дома все проще: кто сильнее, тот может все, кто слаб, тот не может к тебе даже прикоснуться. Я сильнее их, но они все равно могут касаться меня. Мне не нравятся правила этого мира.

– Ты пахнешь деревом и землёй! – говорю я, смотря в его ярко-синие глаза.

Таких не бывает в моем мире. Только чёрные, зеленые и карие. Или у дедушки такие же?

– Я строю большой замок в своём мире. Там будет сад, река и много-много цветов! А ещё твоя комната в самой высокой башне, как ты хотела, помнишь?

Я киваю, но тут же морщу лоб.

– Мама не захочет там жить.

Он улыбается мне и гладит по щеке.

– Тогда мы будем жить там, пока она не придёт. А потом уговорим ее вместе.

Я закивала в ответ. Как же я была рада, что он понимает меня. Даже мама иногда была неправа и несправедлива, но мой Фил всегда был со мной заодно. Обнимаю его за шею и кладу голову на плечо. Сейчас мне стало лучше, сейчас он мог защитить меня от толпы гостей. А они будут смотреть и смеяться как обычно. Люди злые и не любят кого-то добрее их. Они считают его слабее себя, но он день за днём становится сильнее. Будто старается защитить меня от всех и растит магию. Живи он в моем мире – умер бы, когда был маленьким. Он сильнее меня уже сейчас, но будет ли сильнее альфы?

Выныриваю из видения и не могу прийти в себя. Шторы в комнате были задернуты, но длинный узкий прямоугольник лунного света отражался от пола, значит сейчас уже ночь. Феликс прижимал меня к собственной груди и сопел где-то над макушкой. Он обнимал меня обеими руками, а моя нога лежала у него на талии. Кажется, я привыкла спать с ним в обнимку. Даже смирилась с тем, что жарко и тесно.

Алесса вновь показала мне, что я могу потерять его в любой момент. Но теперь стало ясно, что никто не будет нас разделять, потому что тогда Алессу найдут.

Прижалась к мужчине сильнее и уткнулась носом в нос. В душе разлилось приятное тепло.

– Спи, – пробурчал Фил и улыбнулся так, как умеет только он.

Как можно бояться того, кто стал тебе больше, чем первой любовью? Риторический вопрос.

31

Следующий день пролетел незаметно все в той же библиотеке за поиском и изучением информации, которая могла помочь мне что-то понять о мире Алессы. Одновременно узнавала историю и обычаи Деймоса и Фобоса как мира магии: факты о расах двух миров, заклинания и многое другое, что казалось мне полезным. Бабушка заглядывала периодически, говорила со мной, приносила еду, но есть мне не хотелось совершенно. Информация была важней.

В конце концов она махнула на меня рукой и ушла. Через пару часов пришёл Вольтер, молча отобрал у меня книгу и повёл, как я думала, спать. Сон как-то резко преобразовался в переодевание и завтрак. Я просидела всю ночь.

Сейчас, единственный раз за все проведённое здесь время мы все сидели за одним столом и весело переговаривались. Точнее говорил Барсик, Вероника хохотала, Мао бурчала, а Вольтер с бабушкой смотрели, как я почти засыпаю в тарелке. Гости, что приезжали вчера, разъехались утром, Вильгельм сбросил свои обязанности на Актинию и уехал по делам.

Я поблагодарила за завтрак, встала чуть не уронив стул, и пошла в комнату, намереваясь поспать.

– Деймос испортил тебя, Лесси, – сказала бабушка, когда я уже почти вышла из гостиной.

Ступила на первую ступеньку.

– Скорее Фобос, – произнес Князь с усмешкой.

Снова обсуждение меня. Надоели уже.

– Она была идеальным ребёнком, пока не повстречалась с Вами, Лорд Вольтер! – крик бабули.

Тут уже интересней. Пропущу самобичевание на тему "подслушивать плохо", и так тошно.

– Мы повстречались в тот же самый момент, что и вы, – ледяной тон Феликса.

Минутная пауза. Я села на ступеньки и приложила голову к перилам. Как же я устала от всей этой недосказанности!

– Да, я согласна, что тот хорошо воспитанный молодой человек, которым Вы были семнадцать лет назад, не мог испортить никого, – кажется, Актиния Кери была в ярости, – но то, кем Вы стали сейчас, это просто ломает ей жизнь!

Я знала, что они были знакомы давно. Но странно было слушать такие слова от той, что, казалось, никогда не желала участвовать в моей жизни. Да кто вообще мог сдать собственную внучку в детский дом, когда твоя дочь от нее отказалась?

– Не буду отрицать. Однако огромную долю того, кем я стал, внесла именно ты. Скажи ты мне, где Алесса, все было бы проще. Но ты молчала пятнадцать лет! – рычание от Феликса.

Он знал меня уже два года? Не помню его до момента со взломом кабинета отца.

– Знал бы ты, кем являешься, то бежал бы от нее сам! – тяжелый вздох и бабушка встаёт из-за стола.

– Ещё одна порция околесицы. Глупые отговорки той, кто знает больше, чем говорит.

Кто бы говорил! Сам хранишь тайны мадридского двора! Да такие, что когда я что-то узнаю, у меня случается шок или припадок. Удивительная у меня жизнь. Все скрывают что-то друг от друга. Плетут заговоры, бросают своих детей и внуков. Ломают друг другу жизнь, а потом кричат о виновности злодейки судьбы. Да по нашим с Алессой жизням можно многосерийный телесериал снимать. Эх, насколько бы он был успешный!

Я поднялась на ноги под звук приближающихся шагов и взялась рукой за перила. Меня тут же закачало от усталости, но я упрямо пошла до комнаты. Как только голова коснулась подушки, я уснула.

Меня разбудили, когда солнце уже садилось за горизонт. Прислужницы споро засунули меня в ванну, вымыли и переодели в длинное шелковое платье. Шёлковый подьюбник и сетчатое верхнее платье с вышитыми розами по подолу были настолько прекрасными, что я даже не грустила о брюках, оставленных на кровати. Волосы тоже собрали по моде Деймоса, так что в жаркую ночь они не будут лезть в лицо.

Все казалось прекрасным, потому как меня не оставляла мысль о том, что через пару часов я увижу маму. Не ту, какой она была в прошлом теле, но очень на нее похожую. Хотя бы тёплый взгляд или улыбку – мне будет достаточно и этого.

С лестницы я пролетела к