Отбитая - Кира Романовская

— Я — мудрая женщина? Я тоже так думала, когда и с Артёмом острые углы сглаживала. Оказалось, просто дура, — усмехнулась Катя. — Хотя, знаешь, с Вадимом-то я слишком расстаралась что-то их сглаживать, а он меня даже на порог своего дома не пускает! Не привык к серьезным отношениям? Скоро не надо будет! Нахрен мне такое не надо, я ему не мамочка, чтобы всему учить, сама не умею. У меня такой был один уже — Веретенников! Соображал с трудом, чем вообще в серьёзных отношениях занимаются, женился, сына родил, но так ничего и не понял. То жену любит, то меня. Вадим тоже взрослый мужик, пусть там в своей голове как-то самостоятельно соображает!

— Катя, пожалуйста, остынь, ему тяжело впустить кого-то в свою жизнь, ещё тяжелее, чем тебе. Подожди немного, у вас всё будет хорошо.

— Да у нас и так нормально. Наверное, я слишком много от мужчин требую. Надо проще быть — не пьёт, не бьёт, в постели трупом не лежит и ладно, — тихо сказала она, выходя за дверь.

Катя влетела в свой кабинет ураганом, её сосед в это время собирался уходить, она схватила свою сумку и рабочие документы со стола.

— Всё, меня нет, я домой отсыпаться, завтра уезжаю, в понедельник встретимся, спишемся, — выпалила она и выпорхнула за дверь.

Она его даже не поцеловала на прощание, пока Вадим задавался вопросом, что же сказал ей Игорь?

* * *

Всю ночь её мучали кошмары, опять этот чертов луг около леса за домом её родителей, который летом должен будет превратиться в грандиозную стройку, закапывая её детские воспоминания в котлованы. Среди ночи она несколько раз просыпалась, шарила по кровати в поисках большой ладони, за которую можно ухватиться, но её не было. Сама попросила Великана не приходить, хотела выспаться перед дальней дорогой, он был явно недоволен, и тем, что она уезжает на выходные, и тем, что бортанула его перед ними.

Утром она еле встала с кровати, взглянула на себя в зеркало, долго рассматривая себя со всех сторон.

— Выглядишь, как живой труп, Катя, — тихо сказала она своему отражению. — А ты такая и есть…

Она собрала экипировку, закинула её в багажник, села за руль и выехала по привычному маршруту на базу. На одном из светофоров, Катя задумалась и в своих мыслях, она не заметила, как ей загорелся зеленый свет и начали сигналить сзади. Только она собралась вжать педаль в пол, как со встречной полосы занесло машину и она врезалась в ту, что выехала на перекресток раньше неё с правой полосы. Если бы она не замешкалась, то бок ее машины был бы смят ударом с водительской стороны.

— Как сказала бы моя маман — «это знак свыше»! — пробормотала она себе под нос, разворачиваясь обратно в город.

Ей в голову неожиданно пришла замечательная мысль, устроить самую неловкую для Великана ситуацию — прийти к нему в гости без приглашения. За все эти месяцы, Великан не сделал ни одного намёка на то, чтобы пригласить её к себе. Что он там прячет? Жену и трёх детей, о которых даже Игорь не знает?

Если он не пустит её на порог, то он пойдет на фиг, а она в отрыв. Давно там не была, соскучилась. Катя заехала в магазин, взяла немного продуктов для ужина, чтоб не идти с пустыми руками в гости.

Потоптавшись на месте около высоких ворот, она уже подняла руку, чтобы нажать на звонок, как ворота начали открываться. Катя проскочила за них и увидела навес, под которым стояла машина, не Великана. Женская малолитражка противного грязно-сиреневого цвета. Катя усмехнулась про себя, потирая ручки, предвкушая грандиозный скандал с разоблачениями. Постучавшись в дверь, она нацепила самую милую из своих улыбок. Ей открыла незнакомая женщина, которая удивлённо смотрела на неё.

— Здравствуйте, вы к Вадиму? — приветливо спросила женщина. — Вы его девушка? Он в тренажерном зале занимается, я уже ухожу.

Катя кивнула и несмело вошла, оглядывая женщину, кто она? По возрасту на мать смахивает, но у Вадима ведь её нет. Женщина тем временем, взяла с пола какие-то приспособления для уборки и попрощалась, оказалось, она тут убиралась.

— И Машенька вошла в дом к медведю, — сказала Катя, оглядываясь в новом месте.

Первое ощущение, которое вызвал у нее этот дом — он казённый, апартаменты для съёма, абсолютно обезличенный интерьер, который ни слова не говорил о человеке, который здесь жил. Лишь одежда на вешалках в коридоре и обувь, аккуратно выставленная на полку, сообщала о том, что тут жил мужчина. В коридоре — небольшой комод и зеркало над ним, ваза для ключей и мелочи. Дальше дверь на кухню — идеальная чистота, классические фасады кухонного гарнитура из темно-коричневого дерева, большой стол. Все шкафы и стол были подняты на такую высоту, чтобы человеку роста Вадима было удобно, Катя же почувствовала себя как гном в доме настоящего великана. Металлический блеск двухдверного холодильника немного не вписывался в общий интерьер.

— Машенька заглянула в холодильник и скушала еду медведя, — пробормотала Катя, заглядывая вовнутрь него.

Чистота, мало продуктов, ничего запрещенного. Дальше объектом её интереса стала спальня, когда она заглянула туда, аж присвистнула от увиденного — огромная двуспальная, аккуратно застеленная кровать, две тумбочки, одна из которых абсолютно пустая.

— Машенька пока не будет в кроватку ложиться, а то жопоньку опять напорят, — сказала она, заглядывая в другую дверь, где ей открылась ванная комната. — И ванны нет никакой — печалька.

Темно-синяя спальня, светло-синяя ванная комната — холодно и как-то неуютно. Катя направилась дальше в рабочий, как оказалось, кабинет — дубовый стол, удобный диванчик и кресло с подставкой для ног, светильник и полки с книгами. Она не решилась войти туда, будто здесь было что-то сокровенное, вот здесь было как-то иначе, чем в остальных комнатах.

В гостиной всё тоже по классике — диван, плазма, журнальный столик и никакого камина, ещё одно разочарование. Она огляделась, из неё вели две двери и лестница наверх.

— Машенька легла на диван медведя и уснула, — сказала она, ложась на большой диван. — Надеюсь, он не будет меня ругать.

* * *

В субботу как всегда с утра пришла жена рабочего, который присматривал за его домом, пока Вадим бывал в отъездах. Энергичная женщина лет пятидесяти, убиралась у него раз в неделю за плату, но только пока Вадим был дома, ему