Секретарь для монстра. Аллергия на любовь - Анна Варшевская

- Как она могла смотреть сквозь пальцы на то, что вас… бьют? - спрашиваю о том, что ужасает больше всего.

Что это за мать, если…

- Она не была в курсе. Когда узнала - сразу развелась, - Адам вздыхает. - К тому времени баланс сил изменился в ее пользу. Хотя главой Совета директоров стал и на протяжении следующих лет оставался дед Феликса. Та еще гнида, если уж по-честному, - морщится мужчина.

- Кто, Феликс?

- Нет, дед его, - Адам машет рукой. - Преставился несколько лет назад, земля ему стекловатой!

- Адам!

- Ой, не читайте мне нотаций, - закатывает глаза. - Говнюк сам своих ставленников везде совал, только и делал, что интриги плел, отовсюду его уши торчали. Я тогда как раз в юридический отдел пришел работать…

- В юридический? Ты?! - ошарашенно смотрю на него.

- Что-то мне не нравится твой тон! - фыркает Адам оскорбленно. - А ты полагала, что я кто… золотая молодежь? Балду пинаю?! У меня вообще-то кандидатская защищена!

- Прости, - смотрю на него виновато.

- Ладно уж, так и быть. Ну да неважно. Марк, насколько мне известно, никогда не стремился к должности главы Совета, - мужчина чуть пожимает плечами. - Вон, даже с Феликсом дружат вроде как. Почти. Насколько умеют.

- Но почему тогда твоя мать… - запинаюсь, не зная, как сказать.

- Считает, что от меня никакого толка? - усмехается он. - Это просто метод ее воспитания. Сравнивать. Стравливать. Раздувать… соперничество. После развода с моим отцом она активно начала давить на психику и мне, и Марку. Учти, я не горжусь этим, - добавляет, отводя глаза. - Но… у меня как раз начинался подростковый период, и я его… просто возненавидел! Все, что меня восхищало в нем, когда я был маленьким, стало поводом для раздражения. Даже тот факт, что он всегда выступал в роли защитника.

- Это был твой способ сепарации, - говорю негромко. - Ребенку нужно отрицать все вокруг, чтобы найти свою идентичность.…

- Вот ты душнила! - с веселым восхищением смотрит на меня мужчина, усмехаясь. - Понятно, почему вы с ним сошлись, вы же два сапога пара! Он такой же зануда!

Фыркаю и неожиданно всхлипываю.

- Я по нему так соскучилась, - губы у меня трясутся, того и гляди разревусь.

- Эй… - Адам с сочувствием качает головой, осторожно садится на край кровати, обнимает меня, и я утыкаюсь носом ему в грудь. - Ну не плачь, чего ты… Вернется он, никуда не денется. Обещаю, вправлю я ему мозги! Даже если придется по ним как следует настучать… тем более, что давно об этом мечтал! - добавляет шутливо, явно пытаясь меня приободрить.

Усмехаюсь сквозь слезы, судорожно вздыхаю и отодвигаюсь.

- Не надо драться, - шмыгнув носом, утираю мокрые щеки.

- Сама же грозилась его прибить, - хмыкает Адам, отсаживается на стул и о чем-то задумывается.

Я опускаюсь на подушку и тоже размышляю. О том, что мне сейчас рассказал Адам, и еще о том, что могла бы сказать Марку, чтобы он прекратил заниматься самобичеванием и винить себя во всех грехах. Но в голову ничего не приходит - кроме того, что сначала дала бы ему пощечину, а потом поцеловала так, чтобы забыл про все на свете.

Ну обидно же! Взял и бросил меня!

В дверь палаты внезапно раздается стук, она открывается и внутрь заходит высоченный мужчина в форме.

Честное слово, ему чуть не наклониться пришлось!

- Добрый день, Ева Андреевна, - переводит взгляд на выпрямившегося Адама, здоровается и с ним тоже.

- Добрый день, - тот кивает ему, как знакомому, тут же поворачивается ко мне. - Ева, это Руслан Александрович, следователь, который арестовал твоего отчима.

Меня передергивает.

- Врач сказал мне, что вы уже достаточно пришли в себя, чтобы с вами можно было поговорить, - следователь проходит вперед, кивает мне сочувственно. - Это не допрос, мне просто нужно знать некоторые моменты. Вам потом еще придется прийти в управление, зафиксировать показания и подписать бумаги…

- Да, я сделаю и расскажу все, что нужно, - морщусь.

- Мне уйти? - негромко уточняет Адам.

- Можешь остаться, если хочешь, - качаю головой.

Больше всего я хотела бы забыть это все, как страшный сон. Но понимаю, что не выйдет - мне наверняка и на суде присутствовать придется. Я только надеюсь, что это поможет упрятать Леонида за решетку на максимально возможный срок.

- Ну что ж, - Руслан Александрович заканчивает задавать вопросы через полчаса. - Спасибо, Ева Андреевна, я вам очень благодарен. И, кстати, думаю, вам это будет интересно, - поднимает на меня глаза. - Мы возобновили следственные действия по делу вашей матери. Ваши показания и слова подозреваемого дают основания полагать, что это все-таки была не просто авария. Собственно, Марк Давидович настаивает на этом же и дотянулся до самого высокого руководства, поэтому…

- Вы с ним говорили?! - подскакиваю на кровати, непроизвольно вцепляюсь мужчине в руку. - Когда?!

- Э-э-э-э… - следователь, кажется, ошарашен моей реакцией, но кивает. - Ну… да. Говорил на днях. Он пообещал, что даст показания завтра с утра, потому что вернется только сегодня вечером.…

- Адам! - смотрю на мужчину, но тот уже идет к двери, кивнув мне по дороге.

- Не переживай, бить не буду, обещаю! Но пора мне серьезно поговорить со старшим братом!

Глава 37

Марк

- Добрый вечер, Марк Давидович, - из коридора, когда я захожу в холл, с опаской выглядывает Павел. - С приездом…

- Меня ни для кого нет, - обрываю хмуро, и помощник, правильно угадав мое состояние, кивает и моментально исчезает.

Отставляю в сторону чемодан, кидаю сверху чехол с костюмами и слышу цоканье коготков по полу. Мне навстречу выскакивает Тайсон.

- Привет, дружище, - тянусь погладить собаку.

Тот было подставляет голову, пару раз виляет хвостом, но тут же отскакивает в сторону, уставившись на дверь. Потом оглядывается на меня, чуть не заставив согнуться от очередного приступа боли где-то внутри, к которой я пока не могу привыкнуть.