Другая женщина - Евгения Перова

Чембарцев ушел к окну и долго стоял там, отвернувшись от Ирки, пока она не кашлянула робко:

– Иван Петрович! Наверно, я пойду, да? Я и так отняла у вас много времени…

– Ну, конечно. Сейчас пойдешь. Давай-ка еще выпьем.

Они молча выпили, и Чембарцев дал ей шоколадную конфету:

– На, закуси! – И пояснил: – Диабет у меня. Бывает, инсулин падает, надо что-то съесть срочно. Вот держу на черный день.

Ирка кивнула. И вдруг поняла, что ей… жалко его. Почему-то жалко!

– Да, мерзкая история. – Чембарцев потер лицо рукой и вздохнул.

– А вы… вы долго с ней прожили? С Илоной?

– Не особенно. Года четыре, что ли? Вроде того.

– Это Арсен… ее вам… ну…

– Нет. То есть… Черт побери! Да, наверно. Ты права. Но все очень ловко было устроено. Мы на выставке с ней познакомились. – Чембарцев покосился на Ирину, но договорил: – На кошачьей выставке.

Ирка вытаращила глаза, а Чембарцев явно смутился, даже уши покраснели.

– На кошачьей?!

– И что такого?! Да, я люблю кошек!

– Я тоже люблю! Но не могла себе позволить, Арсен не выносил. Особенно люблю вислоухих, плюшевых, знаете? Ой, они такие лапочки!

– А меня Наталья приучила. Предыдущая жена. Третья. Она страстная кошатница была, ну, и я… втянулся. Даже в какие-то общества вступил – этих, как их? Кошколюбов, в общем. А Наталья серьезно занималась, экспертом стала, в жюри заседала – или как оно там называется. Детей не могла иметь, так все на кошек и…

– А что с ней стало? С Натальей?

– Что с ней стало?! Да ничего! Живет себе в Майами с новым мужем, американских кошек… экспертирует. Влюбилась, понимаешь! Лет десять прожили, и на тебе – влюбилась. Критический возраст у женщины, можно понять. Нашла себе молодого красивого. Ну, что поделаешь! Не заставишь же, как ты говоришь. Котов мне оставила. Теперь вот морока начнется, с переездом. Я хочу в Швейцарию уехать, насовсем. Хватит с меня этого бардака. Как котов-то с собой везти? Одних бумажек миллион надо, сдохнешь, пока оформишь.

– А много котов?

– Пятеро! Три кота, две кошки. Шестой вот помер недавно, Томас. Совсем старый был.

– Они какие-нибудь породистые?

– Все помоешные! Наталья с улицы подбирала. Но красавцы!

Ирка смотрела на Чембарцева во все глаза: кошки, кто б мог подумать…

– Иван Петрович, а дети у вас есть?

– А как же! Две дочери. Внуки. Даже одна правнучка! И сын. – Он нахмурился. – Но почти не общаемся. Так получилось. Да и не умею я… с детьми общаться… Вот только ты меня не жалей! Нашла кого! Себя лучше пожалей!

Он залпом допил бокал. Ирка сидела тихо, только моргала. В голове у нее слегка звенело от выпитого виски. Ира чувствовала, что ей… не хочется уходить! С ума сошла, точно. Нет, надо бежать, немедленно! Чембарцев печально посмотрел на нее и усмехнулся:

– Ну что, теперь ты все знаешь. Может, передумаешь? Прости, что мильёны предлагал – это я так, проверял. А ты мне и вправду нравишься. Давай в жены возьму, а? Это мне и обойдется дешевле.

– У вас же есть жена. Вроде как.

– Это не проблема. Уйдет с миром, как ты и хотела. Ну?

– Нет.

– Ишь какая! Бабье готово поубивать друг друга за такое предложение, а она – нет!

– Простите.

– Ну что ж, насильно мил не будешь. Ладно, иди с богом. Только впредь смотри, в кого влюбляешься.

– Думаю, мне это в ближайшее время не грозит. Иван Петрович! Я такую глупость сделала – с Владиком поговорила, а теперь боюсь, как бы он…

– С Владиком?

– Ну, охранник вашей жены, приятель Арсена! Это же он их сдал, правда?

– Ах, этот! И что ж, его ты, выходит дело, боишься, а меня – нет?

– Он дурак. Как и Арсен. А вы – умный. Вы же понимаете, что я для вас не опасна. Как может муравей слону навредить? Да никак.

Чембарцев рассмеялся:

– Ишь ты, муравей! Живи спокойно, никто тебя не тронет. А слон будет под ноги смотреть, чтоб ненароком на муравья не наступить. Прощай! Береги себя!

Ирина протянула ему руку:

– Прощайте. Вы… вы меня поразили. Ну, своим предложением. Даже как-то… лестно, что ли, не знаю, – и страшно покраснела.

Чембарцев взял ее руку и поцеловал:

– Иди, девочка. И знай себе цену. Ты дорогого стоишь. Я не про деньги говорю, поняла?

В кабинете материализовался давешний тип в галстуке, любезно открыл перед нею дверь, и Ирина пошла к лифту, чувствуя себя очень странно. Конечно, рассказ Чембарцева о планах Арсена ее потряс, но предложение замужества изумило, пожалуй, еще больше: сначала она решила – шутит. Потом поняла, что он всерьез, и… удивилась. Это удивление было таким огромным, что не умещалось в ней, выплескивалось наружу, и редкие встречные даже оглядывались, заметив ее потрясенное лицо. Выйдя из подъезда, она перешла на другую сторону улицы и оглянулась – Ира не знала, сюда ли выходят окна кабинета Чембарцева, даже не поняла толком, какой это был этаж, но увидела темную фигуру за стеклом и догадалась: это он!