Гадкий утенок - Айрис Джоансен

На следующее утро темноволосый молодой человек в черной кожаной куртке привез на мотоцикле «меч Карла Великого». Его лицо сияло самоуверенной улыбкой.

Он элегантно вручил Николасу длинный сверток в кожаном чехле.

– Держите, сеньор. Лучшее из произведений моего отца.

– Спасибо, Томас. – Видя, что парень не двигается с места, завороженно уставившись на Нелл, Николас добавил: – Познакомьтесь: Томас Армандарис, Ева Биллингс.

Томас горделиво заявил:

– Я тоже великий мастер. Когда-нибудь я буду очень знаменитым.

– Рада за вас, – рассеянно ответила Нелл, приблизившись к Николасу.

Парень не отставал от нее.

– Тут есть часть и моего труда.

Николас осторожно вынимал меч из ножен.

– Отец сказал, что в награду я могу устроить себе каникулы – съездить на несколько дней в Париж. – Томас кокетливо улыбнулся. – Может, махнем вдвоем?

– Все, Томас, до свидания, – сказал Николас, разглядывая клинок.

Но юноша, похоже, не слышал.

– Я учился в Сорбонне, знаю все тамошние кафе…

Николас замахнулся на него мечом: – До свидания, я сказал!

Томас испуганно моргнул и попятился к двери.

Нелл не могла его за это осуждать. Таким рассвирепевшим она не видела Танека с того самого дня, когда не поздоровилось сержанту Уилкинсу.

– Уж и пошутить нельзя, – обиженно пробормотал парень.

– Я так и понял, что ты шутишь, – сменил гнев на милость Николас. – Скажи отцу, что я мечом доволен. А теперь тебе пора в Париж.

– Да-да, уезжаю. – И Томас пулей вылетел на улицу.

– Зачем ты его так испугал? – упрекнула Танека Нелл. – Сказал бы просто «нет», и все.

– Слишком уж он нахальный. – Танек разглядывал эфес. – К тому же он действовал мне на нервы.

Но Нелл уже забыла о парнишке, всецело углубившись в созерцание меча. Когда-то она видела оригинал, и ей показалось, что копию отличить от него невозможно.

– Ты доволен? – спросила она.

Танек кивнул:

– Да, это настоящий шедевр.

– Разве ты не отказался от своего плана?

– Теперь, когда Сандеквес мертв, этот меч – единственное оружие, которое у меня осталось. И в прямом, и в переносном смысле.

– Неужели ты сунешь голову в пасть льна? – Нелл, поколебавшись, произнесла: – Я тут подумала… Если мне удастся проникнуть в Бельвинь, ты можешь вообще там не появляться. Попробую справиться сама.

Танек уставился на нее, утратив дар речи.

– А что такого? – скороговоркой продолжила Нелл. – Бог с ним, с мечом. Тебя там знают в лицо, живым тебе не выбраться.

– По-моему, ты собираешься оттереть меня в сторону, – ледяным тоном сказал Танек. – Это называется «воровство».

Кажется, примерно такие же обвинения выдвигала против него сама Нелл.

– Сейчас – совсем другое дело, – сказала она.

– Еще бы! Когда воруют не у тебя, а воруешь ты сам. – Танек улыбнулся. – Это я прекрасно понимаю. Но тебе не приходило в голову задуматься, почему я старался удержать тебя на ранчо и уберечь от беды?

– Потому что ты слишком высокого о себе мнения. Тебе кажется, что никто, кроме тебя, не в состоянии…

– Дело совсем не в этом. Ты сама знаешь. – Он смотрел ей в глаза. – Однако я вижу, что ты по-прежнему предпочитаешь прятать голову в песок.

Нелл замахнула на него кулаком:

– Не нравится мне этот разговор!

– Знаю. Но ничего, потерпишь. Я от тебя тоже натерпелся немало. – Он вновь поднес к глазам клинок. – У меня есть в запасе кое-какие трюки, которые помогут мне в трудную минуту.

– Восстанавливаешь контроль над ситуацией?

– Вот именно.

Танек достал из ящика стола фотографии, на которых был запечатлен подлинный меч, и стал сравнивать их с копией.

– Потрясающе, – пробормотал он.

Разговор явно закончился. Нелл хотела было выйти из комнаты, но тут Николас вдруг сказал;

– Марица в Бельвине не будет.

Она резко развернулась:

– Ты уверен?

Он кивнул:

– Гардо его уволил. Придется разбираться с ними по очереди. Сначала разделаемся с Гардо, потом будем думать о Марице.

Разочарование, страх, отчаяние – все смешалось в ее душе.

– Но сумеем ли мы его найти?

– Найдем. – Танек разглядывал фотографию эфеса. – После того, как ты уедешь в Париж, не возвращайся сюда.

– Почему?

– Слишком опасно. Раз ты – Ева Биллингс, будь ею. Подружись с другими манекенщицами. Никаких таинственных исчезновений на выходные. Все время будь на виду.

– Хорошо.

Нелл знала, что он прав, но все равно расстроилась. Однако ничего не поделаешь – поездка в Париж была ее идеей.

– Но ведь нам нужно будет обо всем договориться?

– Позже, когда я свяжусь с Гардо и выясню все обстоятельства. В ночь перед тем, как отправиться в Бельвинь, я загляну к тебе на квартиру. До того момента никаких контактов. Только при чрезвычайных обстоятельствах.

– Что ж, это разумно, – выдавила из себя улыбку Нелл.

– Завтра поедешь с Джейми в Ниццу фотографироваться. Он уже снял тебе маленькую квартирку возле Сорбонны. Скромненькая такая конура, в которых живут студентки или начинающие манекенщицы.

– Джейми невероятно распорядителен.

– Ты даже не представляешь себе, до какой степени.

Это верно, подумала Нелл. Ведь она совсем мало знает о прошлом этих людей. Как только их общая цель будет достигнута, каждый вновь заживет своей собственной жизнью.

– Ты будешь себя беречь? – внезапно спросила она к собственному удивлению.

Танек коротко взглянул на нее, улыбнулся.

– От кого? От чаек? Больше тут никого нет. Или мне спрятаться у себя на ранчо?

Да, подумала Нелл. Спрятаться и запереть за собой ворота.

– Окружающая среда так загрязнена, – с деланной шутливостью сказала Нелл. – Можно заразиться от чайки какой-нибудь гадостью… Ну ладно, пойду укладываться.

* * *

Клинок манил, как голос Сирены.

Гардо разглядывал цветную фотографию с увеличительным стеклом.

Если и подделка, то гениальная.

А возможно, и не подделка. Танек большой мастер своего дела.