Ключ от всех дверей - Яна Смородина

С Жанной мы договорились чаще встречаться, и как-нибудь на выходных устроить вечеринку вчетвером плюс Федька. А потом позавтракали и разъехались по своим местам практики, она — в банк, а я — к Яну.

Ян уже был в офисе, судя по наличию его машины на парковке. Вчера он мне даже не позвонил. Обижается, наверное. Ну и пусть. Буду лучше думать о деле.

Так, сегодня мне нужно согласовать с ним положения устава, и можно заниматься остальным. Я взяла с собой список вопросов, блокнот, ручку и направилась в директорский кабинет. Справившись у Алины, на месте ли Ян Александрович, выяснила, что он у себя и посетителями не занят.

Ян поднял на меня глаза и улыбнулся, когда я вошла.

— Привет.

— Доброе утро. Ян Александрович, мне нужно согласовать с вами некоторые вопросы по уставу «ЭлектроПрофи».

— Пожалуйста, — улыбаться он перестал, и на его лице появился налёт отстраненности, наверное, из-за моего официального тона. Пусть будет официоз. Мне тоже обидно, он мог бы мне вчера позвонить. Он жестом предложил мне присесть.

— Спасибо, — я опустилась на стул. — Нужно ли, там, где закон предусматривает диспозитивность нормы, установить собственные правила? Например, в части порядка выхода участника из общества, перехода доли, преимущественного права покупки, способа фиксации принятия решений? И ещё по сроку полномочий директора…

— Я понял. Оставьте мне ваши вопросы, я посмотрю.

Очень лаконично. Я положила список и с протокольным выражением лица встала из-за стола.

— Когда мне подойти за ответом?

— Я сам принесу.

— Всего доброго, — я направилась к выходу.

Ян безучастно кивнул, и я вышла. Сердце трепыхалось в груди как подстреленный воробей. Что я делаю? Нужно было сказать ему, что я скучаю. И помириться. Это всё моя гордыня…

Ладно, буду работать. Я открыла программу и стала заполнять форму заявления, поминутно сверяясь с талмудом требований.

Попутно, как Мата Хари, выяснила, что Яну двадцать девять лет, день рождения у него пятнадцатого января. А мой двадцать второй, кстати, уже прошел. Девятого мая. Да, я дитя Победы! Правда отметить его как следует не удалось из-за экзаменов.

Но вернемся к шпионскому расследованию. А что? Он же про меня что-то там выяснял по своим источникам — Штирлиц, блин! — при таких обстоятельствах, мы квиты. Фамилия у него — Форкаш. Интересно. Судя по тому, что он родился в Будапеште — венгерская. Вроде бы. Занятно. А у Филиппа, кстати, фамилия самая обычная — Белоусов.

Наконец, я домучила файл и отправила заявление на печать. Ура! Все, можно теперь съездить в налоговую и узнать, все ли правильно.

Посмотрела на часы: ого! Прошло уже три часа! Вот это увлеклась, так увлеклась.

Меня отвлёк стук в дверь, когда я собирала документы, необходимые для похода в налоговую. Кто это там, интересно, такой вежливый?

Ян.

— Я посмотрел, отметил, что нужно внести. Ты хорошо поработала над этим вопросом.

— Спасибо, — я взяла в руки список с его пометками и пробежала глазами — он, действительно, читал его. — К вечеру устав я подготовлю.

— Почему ты вчера не приехала? Я ждал тебя.

Я вздрогнула — вопрос застал меня врасплох.

— Жанна ко мне приезжала. И ещё… мне нужно было подумать, — я принялась теребить в руках лист бумаги.

— Ну и к чему привели твои размышления? — глухо спросил он.

— Ни к чему, — честно призналась я. — Я сама себя не понимаю иногда. Особенно в последнее время: столько событий, жизнь наперекосяк, всё так быстро происходит, и плохое, и хорошее… — я вперила взгляд в пол, пытаясь собрать свои мысли в кучку, чтобы объяснить ему, что чувствую. — А где-то на подсознании маячит мысль, будто мы делаем что-то неправильное.

— Как может быть неправильным то, что я чувствую к тебе? — тихо спросил он. — И ты это чувствуешь тоже, я слышу.

— Не знаю. Наверное, дело во мне. Это я какая-то неправильная. Раз нельзя мне знать ничего обо мне самой же. От греха подальше. Да и решить всё за меня — надёжнее, да и проще.

Он молча притянул меня к себе.

— Ты не неправильная. Все просто старались тебя уберечь.

— У них не вышло.

— Май, если ты не хочешь быть здесь, — мягко сказал он, — тебе не обязательно приходить — документы я оформлю как надо…

Я мотнула головой.

— Нет, я хочу быть с тобой. Я злилась оттого, что ты мне не сказал. Прости, вышло так глупо…

— Прости и ты за этот злосчастный сюрприз. Я просто хотел и хочу быть с тобой.

Я ещё сильнее прижалась к нему — хорошо, что мы друг друга поняли.

— Ян, это всё из-за этой связи? Я имею в виду, ты чувствуешь это из-за неё?

— Нет. Скорее наоборот. Это связь возникла, потому что ты нужна мне, а я… тебе.

Он, и правда, нужен мне.

* * *

К концу дня я, довольная примирением и собой, принесла в кабинет Яна плоды своего двухдневного труда.

— Вот, — положила я папку с документами перед ним. — Сделала. Всё по порядку, по полочкам. И заявление с уставом подготовила. Посмотри.

Он полистал бумаги и взглянул на меня.

— Приятно удивлён. Сама или помогли?

— Сама, — я гордо уселась за стол.

— И с программой разобралась?

— Да. Пришлось попотеть, знаешь ли.

— Тогда я просто в восхищении, — улыбнулся он.

— Ты смеёшься надо мной? — подозрительно прищурилась я.

— И в мыслях не было. Готов взять тебя на работу. Хоть сейчас.

— Ты несерьёзно это говоришь, — проворчала я.

— Да нет же! Ты молодец. Ответственно подошла к делу. И быстро учишься. Сходу включилась в работу. А опыт, он со временем придёт. Главное, чтобы голова работала. Поверь, я знаю, о чём говорю.

— Правда? — от радости я даже привстала со стула.

— Правда.

— И твоё мнение не предвзято и не зависит от того обстоятельства, что мы э… ну, ты понял!

Ян едва сдерживал улыбку, но всё же, серьёзно смотрел меня. А в глазах плясали черти. Мои щёки полыхнули жаром. Алёнушка долбанутая! Ну вот, начала самостоятельно смущать себя своими же словами!

— Я объективно оцениваю твою работу. А отношение к тебе лично, конечно, предвзято. И зависит от того самого обстоятельства в том числе.

— Твоя оценка моей работы, как специалиста, мне, конечно, лестна. Только работать я к тебе не пойду, — я задумчиво села обратно.

— Почему?

— Разве в вашей компании приветствуется наличие э… — снова буксанула я