Ночные птицы - Кейт Армстронг

– Я же говорил, что заставлю тебя заплатить, – отвечает Вилло. – И счет уже выставлен.

Он тянет ее за собой из охваченного безумием зала в тесный коридор, который окутывает тьма. Несмотря на потрясение, Сейер пытается сопротивляться, но он быстро тащит ее за собой, да и ее магия не желает отзываться. Как Вилло Регинс узнал о ведьмином яде? Где раздобыл его? Но сердце Сейер стучит так громко, что заглушает мысли.

– Ты и так натворила дел в «Клубе лжецов», – шипит он. – Но тебе этого показалось мало, и ты захотела совершить богохульство на глазах у всей Симты. Хотя чему я удивляюсь. Твоя мама тоже вела себя безрассудно. А ты, похоже, решила не учиться на ее ошибках.

Ярость бурлит в ней, но ее заглушает ужас. Сейер пытается удержаться на ногах, найти способ вырваться из его хватки, но ведьмин яд затуманивает ее чувства. А еще эта трава так воняет, что становится трудно дышать.

– Мне следовало бы отвезти тебя в церковь Августейна и покончить с этим, – рычит он. – Но сомневаюсь, что ты не соврешь о своем происхождении в отчаянной попытке запятнать мое имя.

Сейер так прикусывает губу, что на языке разливается кровь.

– И что ты собрался сделать? Убить меня?

– Лучше это, чем если кто-то узнает, что моя дочь – ведьма.

Она впервые слышит, как он назвал ее дочерью. От этого к горлу подкатывает тошнота.

Вилло тащит ее по узкому коридору. Сейер удается вырваться, но он сильно дергает за веревку на ее запястьях, выворачивая ей плечо.

– А может, мне стоит спрятать тебя в загородном доме, – говорит он. – Чтобы ты больше не отравляла мне жизнь и наконец стала приносить хоть какую-то пользу.

Да Сейер скорее бы нырнула в море со скалы, чем отдала ему магию. Она кричит, пытаясь дотянуться до других девушек, хотя ведьмин яд приглушил их связь. Она передает им все чувства, которые так долго скрывала в дальних уголках души. Тоску по семье после смерти мамы. Удивление и радость оттого, что в окружившей ее тьме она смогла найти сестер и родственные узы, которых не знала прежде.

Сейер тянется к Фен, зовет: «Ты мне нужна».

Вилло вытаскивает ее во двор, напоминающий кладбище старых карет. Его освещает лишь свет звезд – далеких, холодных огней. Лета сказала, что она когда-то тоже была звездой, которая помогала исполнять желания. А мама желала заполучить этого мужчину. Но еще она научила Сейер, что потребность в другом человеке приносит только боль. Сейер поклялась себе, что никогда не допустит подобного. И считала, что жизнь в одиночестве сделает ее сильнее.

Но когда отец тянет ее по каменным ступеням, она посылает желание звездам: «Прошу, пусть мои друзья услышат меня».

Но она оттолкнула всех… и теперь осталась одна.

Неожиданно давление на ее запястья ослабевает. Отец внезапно вскрикивает, отчего она сбивается с шага. Моргнув, Сейер пытается понять, что происходит. Скрипя, гвозди вырываются из пазов в ящиках, инструменты взмывают в воздух, а спицы вырываются из колес. Все они становятся каплями металла, напоминая тысячи мелких звезд, а затем несутся навстречу друг другу, чтобы слиться в длинные жгуты. Вилло вскидывает руки, но ничего не может сделать, когда жгуты обвивают его тело. Через мгновение они твердеют, заковывая его.

Оказавшись в ловушке, он теряет равновесие и падает на камни.

– Выпусти меня отсюда! – кричит он, и в его голосе слышится паника. – Ты, отродье!

Выпутавшись из веревок, Сейер стирает ведьмин яд с лица.

– Нет. Мне больше нравится, когда ты заперт в клетке.

Подойдя ближе, она склоняется над мужчиной, которого боялась, ненавидела и которого хотела узнать лучше. Ее отец по крови, но не по имени.

– Я вернусь за тобой, Вилло Регинс, – шепчет она. – Не сегодня, но обязательно вернусь.

Сейер достает из кармана монету, которую он много лет назад кинул ей из кареты. И кладет ему в рот, как это делают с покойниками.

Он яростно кричит, брызгая слюной, но она отворачивается, не слушая. Сейер покончила с ним… по крайней мере, сейчас. К тому же что-то еще в этом дворе взывает к ней. Тянется к ее сердцу.

Из тени разбитой кареты выходит смотритель. Сейер напрягается, но замечает над порванной и грязной формой медное пламя волос.

Слегка пошатываясь, Сейер подходит к Фен. Подруга потеряла повязку, и теперь ее зеленый глаз светится в темноте. Ее рубашка и щека заляпаны кровью.

– Ты ранена, – выдыхает Сейер.

– Все в порядке. – Фен пытается улыбнуться. – Я выживу, наверное.

Обхватив Фен руками, она прижимает ее к себе.

– Как ты меня нашла?

– Неважно. Как тени, держимся вместе. – Она прижимается лбом ко лбу Сейер. – Я всегда найду тебя. Ты моя тень, Тиг. А я твоя.

Сейер делает вдох, позволяя себе проникнуться этими словами.

– Фен, я…

Но глаза Фен закрываются, и она оседает на камни.

Глава 34

Смелость Шелдар

Эйса стоит на носу корабля Виллана. Перед ней носовая фигура: женщина с растрепанными волосами и раскинутыми, чуть заведенными назад руками. Она словно защищает корабль, и Эйса задается вопросом, а хватит ли у нее сил защитить их всех.

Виллан стоит за штурвалом, раздавая с помощью жестов команды матросам, которые суетятся вокруг. Они поднимают и закрепляют темно-зеленые паруса. Как бы невероятно это ни казалось, они все делают молча, боясь привлечь ненужное внимание.

Люди Виллана – а когда-то его отца – подкупили все патрули, но это не означает, что на них не наткнется кто-то еще. Скорее всего, колокола в Корневой тюрьме все еще звонят, а значит, все начеку.

Они добрались до дальнего причала в порту, имеющего форму полумесяца, где военно-морской флот Симты держит все арестованные суда. Вода в Шепчущей лагуне спокойна… даже слишком. Но хотя бы радует, что солнце зашло и небо потемнело.

Выстроенные в ряд корабли тянутся до дальнего конца причала, увенчанного сторожевой башней. На ближайшем к ним причале есть такая же. И еще две стоят по обе стороны Симтанского Обода – узкой полоски суши, которая защищает порт от волн. Без сомнений, на этих четырех башнях сидит охрана с подзорными трубами. Но корабль у Виллана пиратский. Его строили так, чтобы он оставался незаметным.

Девушки из Подполья спрятались под палубой. Эйса пыталась уговорить Джасинту спуститься к ним, но она отказалась. При каждом взгляде на ее покрытое синяками и кровью тело у Эйсы щемит в груди. Но больше ее терзает то, что ее сестры пропали. Она чувствует тревогу и опустошенность. Что случилось с Фен после того, как Эйса оставила ее