Неистовые. Из огня да в полымя - Алиса Перова

Ой, дура-ак!

Я делаю глубокий вдох, а Сашка истерично взвизгивает:

— Стешка, что за херню он мелет?!

Согласна. И, наверное, в другой момент я бы высказала Генке за подобный сюрприз, но не сейчас, когда до его отъезда остаётся меньше часа, и на очередную ссору с ним нет ни времени, ни моих нервов.

— Саш, не п-переживай, — я мягко ей улыбаюсь и пытаюсь успокоить: — Это же всё равно не сейчас, а п-потом мы с тобой об-бязательно это обсудим.

— Немедленно! — рычит Сашка, прожигая меня потемневшим взглядом.

Но в этот момент к нам на террасу почти влетает Кассандра с полным подносом угощений и, грохнув его на столик, торопливо шепчет мне на ухо. Она совсем, что ли? Я пытаюсь отстраниться и указать на то, что я занята разговором с сестрой, но по мере нашёптываемой информации мне становится совсем не до Сашки.

Хорошо, что мой Генка способен не только шокировать, но и забалтывать большой мастер. Он очень чутко улавливает моё настроение и берёт рыжий огонь на себя. Да и пусть говорит, что хочет — сейчас всё равно, а с Сашкой я позднее разберусь.

Касси выговорилась и слиняла так же быстро, как и появилась, оставив меня растерянной и испуганной.

О, Господи, в какой же серпентарий я попала! И как мне здесь выжить без потерь?

С Сашкой я толком так и не попрощалась, и спасибо Генке, что убедил её связаться со мной позднее, потому что сейчас я якобы сильно расстроена его скорым вылетом.

Была расстроена. Но теперь я мечтаю, чтобы он улетел, как можно скорее.

— Малыш, что с тобой случилось? — избавившись от моей дотошной сестры, Генка метнулся ко мне.

У меня нет оснований не верить Кассандре, но если я такое расскажу, то, боюсь, Генка взорвётся и вместо Парижа угодит в местное отделение полиции. А я из этого дома даже на своих двоих не смогу уйти.

— Кончита х-хочет сама отвезти т-тебя в аэропорт, — озвучиваю самый безобидный кусочек правды.

— Да? — удивлённо переспрашивает Генка и вглядывается в мои глаза, будто подозревает, что дело вовсе не в этом. — Вообще-то, я думал на такси добраться… но пусть везёт, если хочет. Всё лучше, чем этот чёрт. А то ж с её водилой мы можем и не доехать. А ты-то чего испугалась?

— А я н-не х-хочу оставлять тебя с-с ней, — выпаливаю на нервах, но звучит наверняка капризно.

— Где оставлять? — не понимает Генка.

— В-вообще нигде. И в ма-машине тоже.

— Ты ревнуешь, что ли? — Генка недоверчиво улыбается. — Серьёзно? Вот к этой Лупите?

— Да, — киваю, радуясь тому, что он сам придумал объяснение. — П-поэтому я тоже поеду тебя п-провожать. И не спорь.

— Конечно, мой персик, — Генка привлекает меня к себе и нежно целует в губы. — Ты, главное, только не волнуйся, ладно?

— А вот и я! — громко объявляет самая ядовитая в мире змея, вплывая на террасу с большим блюдом.

Заметно преобразившаяся Кончита явно чувствует себя звездой — макияж, алая блузка, брючный костюм весь в облипочку. Да и плевать мне на всё это. Явись она голой, Генка всё равно не повёлся бы. Вот и сейчас, обозрев ароматную паэлью, он едва слюной не захлебывается. От угощения, а вовсе не от прелестей этой гремучей змеи. У меня же напротив — запах еды вызывает лишь тошноту. А вдруг эта ведьма туда что-то подсыпала?

Однако хлебосольная хозяйка и себя не обделила порцией, и я даже немного расслабилась. Но есть всё равно не смогла — аппетит завял.

Ужин пролетел для меня как в тумане, но, к счастью, о причине моей рассеянности Кончита интересоваться не стала. Она сама додумалась, что всё дело в Генкином отъезде, и даже попыталась меня утешить.

Вот же стерва лицемерная!

Уверенная в том, что она не захочет брать меня в аэропорт, я уже приготовилась настаивать. Но, к моему удивлению, Кончита не стала возражать, только недовольно скривилась и напомнила, что в аэропорту я всё равно из машины не выйду, потому что обратно тащить меня будет некому.

Ну и пусть, лишь бы Генка до самолёта добрался без приключений.

И хвала небесам — мы всё же добрались.

За весь долгий путь Кончита не проронила ни слова и даже не мешала нам обниматься и шептаться на заднем сиденье. Зато потом я чуть с ума не сошла от страха, когда она скрылась вместе с моим Генкой в здании аэропорта. Я секунды считала и расслабиться смогла лишь в тот момент, когда Генка позвонил и сказал, что прошёл на посадку.

— Надеюсь, ты меня уже ждёшь, мой Ангел? — весело прогудел он в трубку.

— Как никого и н-никогда. Я очень люблю тебя, Генка, и б-больше всего на свете х-хочу быть Стефанией Цветаевой.

— Ловлю на слове, мой сладкий Персик.

А завершив разговор, я расплакалась.

Я очень-очень скучаю! Но слава Богу, что он улетел!

Телефон ожил снова, и я с удивлением обнаружила, что обо мне вспомнила мама.

— Степашка, зайка моя! — радостно заворковала она. — Как же я соскучилась! Сегодня обязательно заскочи ко мне, я тебе такое расскажу!..

Заскочи?!

Стоит ли удивляться тому, что она забыла о Барселоне? И надо ли ей напоминать, какое расстояние нас разделяет? Нет, точно не сейчас.

— П-прости, мам, но сегодня никак. Давай я тебе п-позднее позвоню.

Сбросив вызов, я, наверное, впервые задумалась о том, как у такой безответственной женщины могли получиться настолько сплочённые дочери? Интересно, это случилось потому что наша мама такая или вопреки?

Взглянув в окно, я увидела, как к автомобилю походкой от бедра приближается Кончита, и улыбнулась ей. А вернее, оскалилась. Вот теперь, когда мой Генка вне опасности, я готова пройти этот квест.

Глава 55 Гена

Май (две недели спустя)

Щуря глаза от яркого солнца, я наблюдаю, как самолёт, уносящий от меня маму, разрезает небесную синеву, и настроение такое непонятное — вроде бы грустно, и в то же время чувствуется облегчение, за которое мне стыдно. Но последние две недели