Безбрежное чувство - Джо Гудмэн

Его пальцы у нее на плечах сжались, причинив легкую боль. Еще немного, и останутся багровые следы. Она выйдет с ними к гостям, словно не с одним клеймом, а с десятком! Рэй судорожно перевела дыхание. Герцог убрал руки.

— Потому что непослушание будет иметь для тебя неприятные последствия. Насколько я понял, ты не получаешь наслаждения от боли, а значит, будешь послушной. Так?

— Так, милорд.

— А теперь перейдем к тому, как ты можешь послужить мне у игорных столов. Ты будешь стоять за спиной у одного из игроков, заглядывать ему в карты и оповещать меня о том, что у него на руках.

— Каким образом?!

— В этом ожерелье четыре крупных изумруда. Слева направо они будут означать пики, червы, бубны, трефы. Достаточно будет постучать по одному из камней требуемое число раз — и я буду знать все, что мне нужно.

— А если он догадается? Опытный игрок не позволит никому заглядывать себе в карты и обычно требует, чтобы никто не стоял у него за спиной.

— Ты сделаешь все, чтобы он сам предложил тебе это.

— Но зачем, с какой целью? Однажды я слышала, как Ньюборо сказал, что в картах вам нет равных. К тому же разве вы не обыгрываете его каждый вечер после ужина?

На этот раз герцог улыбнулся с почти искренним благодушием.

— Обыграть Ньюборо — невелика заслуга. Он едва различает масти. Даже если бы я вздумал поддаться, он все равно бы проиграл. Словом, сегодня вечером я намерен прибрать к рукам его долговые расписки.

Рэй пришлось призвать на помощь все свое самообладание чтобы не вздрогнуть. Она догадывалась, что речь идет о Джерри, но только в этот момент поняла это со всей определенностью и тут же решила разыграть простодушие:

— Тогда зачем вам я? Вы можете отлично справиться сами, разве нет?

— Я намерен играть не с Ньюборо, а с другим человеком. Это некий Томас Адамс — джентльмен, в руках которого скопилась большая часть расписок Ньюборо. Я хочу, чтобы все они перешли ко мне. Сегодня утром он наконец дал о себе знать. Он принял приглашение и с минуты на минуту будет здесь.

— Как благородно с вашей стороны прийти на помощь Ньюборо.

— Если бы я не был настолько благороден, ты первая поплатилась бы за то, что тебя обнаружили в библиотеке, — со смешком заметил Найджел. — Но я слышу в твоих словах иронию и в данном случае не сержусь. Я никогда не причислял Ньюборо к своим друзьям, а терпел его в своем доме из простого расчета. К тому же он забавляет меня своей глупостью.

— Значит, расписки нужны вам, чтобы разорить его? — с глубокомысленным видом спросила Рэй.

— Умница. Правда, я еще не решил, как и когда ими распоряжусь, с чего начну. Возможно, я позволю Адамсу выиграть и разделаться с Ньюборо, чтобы не утруждаться самому.

— Что я слышу! И потерять шанс поразвлечься?

— Ах ты, маленькая негодяйка! — Найджел добродушно ущипнул Рэй за щеку. — Важно то, что я люблю оставлять за собой право выбора. Вот почему я хочу, чтобы ты стояла за спиной Томаса Адамса.

— Как вам будет угодно, милорд.

— С чего это вдруг ты стала такой кроткой и послушной? Неужто твоя ненависть к Ньюборо даже сильнее ненависти ко мне?

— Прошу вас, милорд, не заставляйте меня выбирать между вами двоими! Этот выбор так труден, что я могу лишиться чувств.

Герцог подал Рэй руку и, когда она поднялась, повел к двери. Атлас платья вкрадчиво шуршал о его брюки.

— Напоминаю, придержи язык, — сказал он по дороге, — иначе я пущу в дело трость на глазах у гостей.

Это было сказано легким, почти дразнящим тоном, но хватка длинных пальцев на локте была железной. Впрочем, это было излишне, Рэй и без того знала, что Найджел способен на все. Собрав остатки гордости, она вскинула подбородок повыше. Герцог, должно быть, нашел это забавным, потому что засмеялся ей в лицо.

Выйдя из спальни, они спустились по лестнице туда, где прохаживались и переговаривались любители как следует повеселиться.